Фея Фая - Константин Владимирович Денисов

Сирин тоже не смогла разговорить пленника. Наоборот, при ней он как будто даже больше закрывался и зажимался. Ну да, она ведь его знает и смотрит другими глазами. Да и, как знать, вдруг потом Пауку расскажет, что он тут наболтал. Откуда он может знать, как её встретят, если она вернётся? В общем, её присутствие всё только осложняло.

Когда после допроса мы вышли на улицу, я немного подумал и сказал Сирин:

— Не хочешь ещё полетать? Только молча!

— Зачем? — спросила она.

— Оглядеться. Если есть разведчик, может, есть и ещё кто-то… я понимаю, что здесь полно всего рядом. Может быть, его из бункера послали, после исчезновения вездехода. В общем, глянуть, нет ли в округе чего подозрительного. Но только издалека, с большой высоты, чтобы без риска.

— Без риска? — усмехнулась она, — я видела, как ты Бэтмена приземлил. Высота здесь вообще особой роли не играет.

— Не думаешь ли ты, что на такое способен ещё кто-то кроме меня? — слегка наигранно возмутился я.

— Как знать! — философски заметила Сирин, — как знать!

— Ну так что, полетаешь? — спросил я, потому что так и не понял, согласилась она или нет.

— Полетаю, — сказала она, — вот прямо сейчас и полетаю.

И она, в самом деле, сделала это прямо сейчас! Распустила крылья и взлетела, ещё даже не закончив последнюю фразу.

Я некоторое время смотрел, как она удаляется, а когда она скрылась из вида за башнями, вздохнул и пошёл искать Топора. Нужно было осмотреть вездеход и решить, что с ним делать.

Здоровяка я обнаружил в компании четырёх Барби, которые ему устроили подробную экскурсию. Ему показали всё, начиная от пищевого комбината, заканчивая Единорогами. Уж не знаю, то ли Топор им просто понравился, или они вели тонкую работу по его вербовке, надеясь оставить жить в замке, но отношения у них, видимо, складывались хорошие.

Я этому был только рад. Даже если Топор решит осесть здесь, это будет намного лучше, чем ловить путников на дороге. А вообще, такой богатырь был под стать белому замку и красоткам, его населяющим. Кому ещё здесь жить, как не ему? Он был, как будто создан для этого места.

Боря тоже вписывался в эту схему, но Топор был колоритнее, особенно со своим неизменным оружием.

Посмотрев на это, я решил его пока что не отвлекать от формирования отношений с местными и пошёл обратно в свою башню.

Там за столом сидело несколько человек. Похоже, это место становилось центром сбора и общения всех «понаехавших». Увидев меня, Инга сразу поинтересовалась, не приготовить ли мне поесть, но я отказался. Не успел ещё проголодаться. Да и привыкать часто есть тоже ни к чему. Когда отсюда придётся уйти, такой возможности не будет, так что нечего баловать себя.

На самом деле, я очень не хотел заниматься тем, чем мне нужно было заняться в первую очередь. Не хотел и всячески это оттягивал, придумывая, чтобы ещё сделать. Но вот именно сейчас, сев за стол, я понял, что пора.

Я посмотрел на Фаю и сказал:

— Пойдём, пройдёмся, нужно поговорить.

— Что-то случилось? — напряглась она.

— Конечно! — улыбнулся я, — с нами всё время что-то случается. Но не волнуйся, сейчас я просто хочу кое-что обсудить.

Разговор предстоял серьёзный, и мне почему-то не хотелось вести его в этих стенах. Мы дошли до ворот, которые оказались открыты. Ну да, если всё спокойно, зачем постоянно туда-сюда подвесной мост тягать?

Мы перешли через реку и не спеша побрели по поляне, где совсем недавно разыгрывалась эпическая битва с Орденом. Сейчас от неё следов почти не осталось. Весь мусор и разрушения убрали, а природа потихоньку восстанавливала себя сама. Только вот просека в лесу по-прежнему осталась, такую рану лес быстро не залатает.

— Ладно, не томи, говори уже в чём дело! — не выдержала, наконец, Фая, — о чём ты там хотел поговорить?

Я вздохнул. Как ни оттягивал начало разговора, но вечно это делать всё равно невозможно.

— Я хотел поговорить про твою шагреневую кожу, — сказал я.

— Про что? — удивлённо открыла рот Фая.

— Про ошейник твой, про ремешок на шее, — сказал я.

— А-а-а-а-а-а! Понятно! А я, честно говоря, и забыла, как это называется, — сказала Фая, — ну, чем порадуешь?

— Дело не в радости, — сказал я, — дело в сложившейся ситуации. Паук сделал тебя её заложницей. Это ужасно, потому что ты вообще ни в чём не виновата… но чего ещё от него можно было ожидать?

— Не знаю… — напряжённо сказала Фая.

— В общем, он хочет, чтобы я вернул ему кое-что, что ему, кстати, не принадлежит. Но, во-первых, даже если бы я собирался это сделать, то не факт, что сумел бы. Я на самом деле не знаю, где они сейчас находятся, а время у нас ограничено, — сказал я, — а во-вторых, даже если бы знал, то Пауку эти вещи бы не отдал. Это может стоить жизни очень многим людям. Нельзя, чтобы эти штуки попали к нему в руки. И, в-третьих, даже если бы я знал, где они, и хотел отдать, возможно, что не смог бы этого сделать, по той простой причине, что они мне не принадлежат. У них есть хозяин, который будет, мягко говоря, возражать. Ради того чтобы эти штуки защитить, погибло очень много людей и нельзя обесценить их жертву вот так, в один момент.

— Получается, выхода никакого нет? — пытаясь говорить спокойно произнесла Фая, но я чувствовал, что голос у неё дрожит и она вот-вот расплачется.

— Если бы всё на этом заканчивалось, то и разговаривать смысла бы никакого не было, — сказал я, — вариант есть… но он мне не нравится. Боюсь, и тебе он тоже не понравится. Однако другого выхода у нас, судя по всему, нет.

— Пока что ничего не понятно, — сдержанно сказала Фая.

— Я в курсе, — кивнул я, — не знаю, с какого бока лучше к этому вопросу подойти.

Фая больше ничего не сказала, а терпеливо ждала, пока я сам созрею до того, чтобы всё выложить. Мы немного помолчали, и я начал издалека.

— Ты видела Амину? — спросил