Кастелламмарская война - Наиль Эдуардович Выборнов

Довольно улыбнувшись, я поехал к ресторану, где была назначена встреча, но припарковался не у него, а чуть дальше, в переулке. Конечно, оставлять дорогую машину без присмотра мне не хотелось, но лучше уж так, чем меня найдут по ней и снова будут таскаться следом.

Я заглушил двигатель, двинулся к нужному заведению, вошел. Это даже не ресторан был, а скорее семейное кафе, но ничего так, хорошо, чистенько. Людей не очень много, и это для нашей встречи хорошо — никто ничего лишнего не услышит.

За дальним столиком около самого туалета сидел Джо Адонис, на столе перед ним были пустые тарелки, а сам он пил кофе из белой керамической чашечки. Увидев меня, он кивнул, поднялся, но я жестом подал ему знак, чтобы он оставался сидеть. Мне хотелось поесть, потому что ничего кроме двух чашек кофе и пары канноли у меня в животе не было с самого утра. А тут пахло достаточно вкусно.

— Лаки, — кивнул он мне, протягивая руку.

— Джо, — ответил я и уселся за столик.

Повернулся и увидел, как официантка в белом переднике уже идет к нам. Скорее всего не наемная, кстати говоря, дочь или племянница управляющего. И молодая совсем, лет шестнадцать ей, не больше.

Она подошла, Джо улыбнулся ей, и она как-то невольно, как мне показалось, улыбнулась ему в ответ. Все-таки Джо — очень красивый парень, и располагает к себе, особенно девушек. Так что ничего удивительного в этом не было, он всегда им нравится.

— Что будете заказывать? — повернулась девушка ко мне, но без особого восторга. Моя откровенно бандитская рожа, да еще и покрытая шрамами, привлечь ее не могла, это понятно.

Я полистал меню, которое было на столе, и выбрал спагетти и салат, а к ним — минералку. Кофе мне уже не хотелось, я его и раньше не особенно любил, но тут других напитков не признавали. Кажется, кофе — это вообще американская национальная культура. Может быть, они так пытались дистанцироваться от метрополии, в которой пили, по большей части, чай? Не знаю, не уверен.

Официантка ушла, а Джо посмотрел на меня с задумчивым видом, а потом все-таки спросил.

— Почему я?

— Что именно? — я сделал вид, что не понял.

— Почему ты передаешь этот бизнес именно мне? Сперва Вито, а потом я. Только вот он скоропостижно скончался. Знаешь, это наводит на мысли…

— Нет тут никакой задумки, не собираюсь я тебя убивать, — мне оставалось только отмахнуться. — И никто не собирается. Мне нужен парень, который способен ладить с людьми, особенно с девочками. Ты же сам видел, как эта официанточка тебе улыбается.

— Ну да, — на его лице снова появилась улыбка кинозвезды, впрочем она тут же мгновенно исчезла. — Но Вито…

— Вито просто захотел слишком многого, — ответил я. — Ты же сам понимаешь, ему не сиделось на месте. Хотелось занять мое место, а то и стать боссом. Сам подумай: тебе бы хотелось работать под парнем вроде него?

— Он жадный… — заметил Джо.

— Жадный, — кивнул я. — Даже слишком жадный. Так что скорбеть по нему я не буду.

— Похороны назначили на пятницу, — сказал Адонис. — Тело уже отдали его жене.

Твою мать. Похороны, точно. Мне как-то до этого не приходилось никого терять, но сейчас вспомнилось, что похороны для мафии имеют сакральное значение. Собирается чуть ли не вся Семья, все скорбят, а потом отдают вдове или другим родственникам пухлые конверты. Так что и мне придется прийти туда и изображать из себя скорбящего друга, хотя никакого желания делать это не имелось.

— Придется идти, — сказал я, вытащил из кармана пачку сигарет, сунул одну в зубы. — И что-то подсказывает мне, что это не последние похороны, на которые придется пойти в ближайшее время.

— Война, — развел он руками. — Но вообще, я тебя понимаю, почему ты сказал не лезть ни в какие дела, сидеть тихо, смирно. Не хочется терять друзей.

— Да не только в этом дело, — я покачал головой. — Если Джо-боссу и Сэлу хочется решить между собой вопросы… Так решали бы их по старым традициям. Знаешь, дуэль на ножах, до смерти…

— Я бы посмотрел на это, — хохотнул он. — Как семинарист и жирдяй режут друг друга. Хотя, это ваша традиция, не наша. Это вы ведь с Сицилии, а я из Авеллино.

— Как будто у вас такого не бывало, — ответил я. — Жаль только, что никто не хочет решать проблемы вот так. И сам подумай, если между нами. Зачем нужен босс всех боссов? Неужели нельзя решать дела сообща? Собрать боссов за одним столом, обсуждать все, что нужно, думать о проблемах вместе.

— Это было бы разумно, — кивнул он и явно задумался.

Я специально удочку закинул. Прямо вопить о том, что я собираюсь убрать Массерию, а потом и Маранцано, я не мог. Но вот так вот, исподволь, предлагая разумные реформы, да и вообще…

Наконец, мне принесли еду. Я втоптал сигарету в пепельницу, взялся за вилку и принялся есть, стараясь не торопиться, хотя это было сложно — во-первых, еда оказалась действительно вкусной, а во-вторых, я был действительно голоден. Джо сидел напротив меня, прихлебывая кофе.

— Куда поедем-то? — спросил Джо, когда я прожевал то, что успел закинуть в рот, и запил это все минералкой.

— Сперва в «Версаль», — ответил я. — Потом еще в пару мест. Но это до глубокой ночи, если что, замучаемся ездить. И не на один день. Так что завтра встретимся с самого утра.

— Тебе как будто хочется избавиться от этого дела как можно скорее, — ухмыльнулся он. — Это наводит на мысли. Вот, ты передал его Вито, а потом он умер. Да и вообще, про тебя разное говорят.

— Что именно? — спросил я, опустив вилку.

— То, что ты видишь будущее, — сказал Джо.

Я выдохнул. Вот ведь люди — ни черта, ни Бога не боятся, убивать готовы направо и налево, нарушают законы. Но при этом суеверные удивительно. Очень суеверные. Да уж, рационально-мистическое мышление, о котором говорят историки, имея в виду Средневековье, никуда не делось. Оно все еще тут.

Поэтому даже в