Блюз поребриков по венам - Анна Игоревна Рудианова

Что? Я действительно немного перенервничала, но это не повод меня тискать! А, впрочем, надо дать ковбою шанс. Я вопросительно посмотрела на домового, тот дёрнул хвостом:

– Да он же дух! Он может, вообще, где-нибудь в Китае находиться! Ой, божечки, что ж будет-то, да как же так! Где ж его теперь искать-то?!

– Изучим место престу… освобождения демона. Выясним, откуда он вылез. Потом интернет нам в помощь. Найдём его и засунем обратно, – продолжал уговаривать Клим, и так у него хорошо выходило. Будто мы вместе отпуск планируем на пару недель.

– Ладно, – я встала, стряхивая с себя обострившееся обаяние ковбоя. Что-то меня развезло от его близости. Сказала как можно строже: – Но руки попридержи. Ты меня уже не бесишь, но всё равно значительно раздражаешь! – и ушла переодеваться.

Порезанный вчера палец немного саднило, голова кружилась. Поэтому выбрала свободные брюки и пиджак под пальто, которые могу натянуть на себя одной рукой с закрытыми глазами после любого бодуна.

Первоочередной задачей дня значилось: обезвредить демона и спасти домового.

– А вам, Феофан Валерьянович, когти подрезают? А как вы относитесь к кастрированным котам?... – донеслось из кухни вперемешку с шипением домового. И громкое:

«Василиса, не оставляй меня с ним!»

Первым делом мы, конечно же, полезли обратно в канализацию! Не нагулялись мы там! Иствуду понравилось, ага. Облазили всё вдоль и поперёк, по диагонали и периметру. Восстановительные работы по выкладке стен ещё не согласовали, и у нас было достаточно времени. Но, кроме моих каблуков, ничего путного не нашли. Только крысы опять прибежали, радостно прыгали вокруг Клима и скандировали Леонида Филатова:

«Пришёл Федот домой, сопли – бахромой!

Сел перед лучиной в обнимку с кручиной.

Жена-красавица на шею бросается, а он к жене и не прикасается!

Сидит, плачет-горюет, значит!…»

Иствуд им пообещал показать силу гаменльских крысоловов, а я – принести матерные частушки про Вовочку.

Зато выяснили, что шаман, оказывается, находился совсем не в Китае, а намного ближе. Непосредственно рядышком, в Кунсткамере. Во всяком случае, только одно чучело вело себя неадекватно вчера вечером.

Аккурат намедни экспонат музея уродцев Петра Первого: шаман крайне неудачно упал и разбил своим носом витрину. Лицо фигуры повреждено и вряд ли подлежит восстановлению. Андрюша (настоящее имя смотрителя Кунсткамеры я никак не могла запомнить, в голове крутилось вечное «АААй» и «АаяЙ», «Андрей» и то поприличнее звучит) показал нам повреждённую витрину. Стекло уже подмели. А шамана спрятали на подвальном этаже в хранилище.

Выглядел экспонат как большая кукла из глины с нарисованными глазами и ярко-алыми губами, сейчас наполовину скрытыми продолговатой дырой ото лба к подбородку.

Одежда и так изрядно поношенная (фигуре было около шестисот лет), разорвалась в клочья спереди и стёрлась со спины.

Клим облазил бедного шамана вдоль и поперёк, даже в единственную сохранившуюся штанину к нему залез.

На фразе «Требуется вскрытие!» – я отвела своего ковбоя в сторону и выразительно разъяснила:

– Это не труп, Клим! Там внутри – опилки и глина! Ты испортишь раритетный экспонат!

– Ты же слышала, что Феофан говорит, там сидел демон. Надо проверить! – возразил напарник.

Я прониклась:

– И что ты там надеешься найти?

– Ну не знаю, – Иствуд почесал затылок, взлохматив чёрные волосы. – Может, у него там телик стоит, а мы не в курсе!

Конечно, после таких слов я развернулась и ушла.

Клим догнал меня уже на выходе из Кунсткамеры, явно прощался с Андрюшей. Тоже мне другана завёл!

– Ну прости, Вась! – схватил меня за руку, не давая сесть в машину.

– Ты вообще всерьез не воспринимаешь то, что происходит? – на глаза навернулись слёзы. То, что для меня было настоящей жизнью, этот мужик воспринимал как игру, забаву. И мастерски стебался над моим домовым, своими способностями и даже над демоном, который мог его одним ногтем насадить на шпиль Адмиралтейства!

– Ну так это же всё очень странно. Вот и реакция у меня такая! Видимо, стадия привыкания. Без юмора же невозможно в вашем СМАКе работать. Свихнёшься! Безумный квест какой-то! Что ни день, то новая серия деби… невероятных приключений.

– Это не игра! Ты же сам видишь!

– Я всё ещё надеюсь, что это глюки.

– Ты невыносим!

– Слышь, Вась, а давай уедем! – Клим неожиданно крутанул меня лицом к себе и прижал к груди.

– Что? Зачем?

– Бросим всю эту ерунду и отправимся в Египет! Только вдвоём. Ты и я? И без всяких чудес и демонов!

От Клима пахло моим шампунем, моим ополаскивателем для белья, даже моим любимым запахом корицы, которую Феофан всегда добавляет в блинчики, сырники и выпечку, потому что я очень её люблю. Моим…

С другой стороны, Клим так отрицает мою действительность, что он никак не может быть «МОИМ». Разве что, действительно, потом после поимки демона сгонять с ним на пару недель в Египет. Ведь наверняка на большее его не хватит.

Египет…

Мысль оказалась неожиданной и гениальной. Я даже чмокнула Клима в губы. Быстро, чтоб не подумал чего:

– Ты гений! Сфинксы знают все ответы! Не нужно искать! Они сами нам скажут, где демон!

***

Обитали питерские сфинксы тут же на Университетской набережной. Царственно возлежали на гранитном постаменте напротив друг друга. У левого был отколот подбородок, у правого трещина шла от короны ко лбу.

Лёд ещё не встал на Неве, но в воде уже плавали тонкие льдины. Волны нетерпеливо бились о ступени. Будто Город устал после быстрой пробежки и никак не мог отдышаться.

Я слышала в этом шуме сонливую печаль и неудовольствие. Чайки летали слишком низко, почти касаясь крыльями волн, а тени облаков скользили под тягой ветра небрежно и быстро.

Ступени спускались от набережной к самой воде. На этом причале редко швартовались суда. Туристы в основном набирались в центре Города или на Английской набережной, что находилась как раз напротив. А на Васильевском острове желающих поплавать в ноябре катастрофически не хватало.

Одинокий привязанный к швартовой скобе кораблик уныло стучал надутыми колёсными шинами о стену набережной.

Я остановилась напротив гранитных статуй, подождала, пока камень мостовой покроется тенями прошлого и прошепчет слова истории, после этого подошла к каждой из фигур и положила между лап по десятирублевой монетке.

Далее оставалось задать вопрос или загадать желание.

Желаний у меня всего три:

– Мужика нормального;

– Закрыть ипотеку;

– Повидаться с египетским Сфинксом