Вторая жизнь. Том 4 - Ксения Чудаева

по полу. Я, клацнув от ужаса зубами, рванула в сторону, но правая нога соскользнула по полу, и в неё тут же вцепилась… рука. Черные длинные пальцы впились в лодыжку, сжали до хруста. Я коротко вскрикнула от ослепляющей вспышки боли, падая на пол.

— ГОВОРИ! — раздался вибрирующий потусторонний, какой-то надломленный голос из тьмы. — ГОВОРИ!

Черные пальцы, что вцепились в ногу, были настолько горячими, что обжигали. Как будто боли от перелома костей было недостаточно! Я заскулила сквозь сжатые зубы, попыталась отдернуть конечность, но хватка не отпускала. И вдруг по моей ноге вверх поползло что-то темное, рисуя черные узоры на коже.

— ГОВОРИ!

— Да что говорить-то⁈ — сипло заорала вернувшимся голосом. Опомнившись, уперлась ладонями в пол и попыталась левой ногой лихорадочно сбить чужую руку с правой лодыжки, долбя по ней, как сошедший с ума заяц.

— ЧТО ХОЧЕШЬ! ГЛАВНОЕ… ГОВОРИ! — слова произносились с трудом, но у меня не было уверенности, реально ли я их слышу, или они звучат у меня в голове.

Хватка на ноге чуть ослабла, даже уровень выделяемого тепла снизился до терпимого, возвращая мне хотя бы частичную способность думать ещё о чем-то, кроме боли.

— ГОВОРИ!

— Говорю, говорю, говорю, — протараторила, пытаясь найти в забитой страхом голове хоть какие-то мысли. — Пламя Хараша, здесь очень страшно, жарко, и ты мне ногу окончательно сломаешь, если сейчас же не отпустишь! — под конец уже закричала, переставая бить по пальцам ногой, так как с перепугу все равно в основном попадала по себе.

Как ни странно, черные пальцы медленно разжались, рука исчезла в клубе тьмы.

— Спасибо, — выдохнула, тут же подтягивая пострадавшую конечность к себе. Зашипела от боли, но к ране прикасаться не рискнула, только осматривала ожог в виде пятерни в скудном свете.

— ГОВОРИ!

— Да говорю-говорю! — мысль о том, что там, внутри тьмы что-то относительно разумное, немного успокаивала. — У меня тут рисунки по ноге от твоей хватки пошли, — придумывать что-то для разговора было сложно, так что я просто решила изобразить акына и трещать про все, что вижу. Задрала штанину, потерла пальцем, пытаясь избавиться от рисунка, но не тут-то было, полосы даже не размазались, да и на руке следов краски не осталось: — Хм, до колена не дошли, где-то до середины икры. И не болят, хоть на этом спасибо. Слушай, а ведь на татуировки демонов похоже, — первая конструктивная мысль в голове. — Стоп, — я вскинула голову и посмотрела на сгусток тьмы в упор, судорожно соображая. — А ты не демон, случаем?

Из глубины тьмы мне послышались какие-то странные булькающие звуки. И вдруг колыхающиеся щупальца начали истончаться, втягиваться, как будто кто-то внутри их поглощал. Звуки стали более слышимыми, и до меня дошло, что это смех. Хриплый, задыхающийся, сдавленный, но смех. Огонь по периметру потолка вспыхнул, давая в разы больше света. И через минуту, когда вся копошащаяся тьма исчезла, я смогла увидеть довольно отчетливо, что передо мною лежал огромный, дрожащий и абсолютно голый, скорчившийся в позу эмбриона демон с длинными витыми рогами и горящей белой вязью татуировок по всему черному телу.

Глава 14

Я только и могла, что таращиться на… по сути, Правителя, если верить тому, что полноценные белые татуировки могли быть только у него. Вот демон перестал смеяться, со стоном разогнулся, перевернулся, и я смогла разглядеть его лицо.

— Маалар, — выдохнула, узнавая Советника. Бывшего. А теперь Правителя. И, судя по всему, я попала на его ритуал смены цвета. — Все, мне хана, — простонала обреченно.

Но, видимо, настолько была рада, что передо мной всё-таки что-то знакомое, а не этот страшный сгусток тьмы, что даже не испугалась возможности покинуть этот мир быстро и с переломанной шеей, к примеру.

Маалар вновь хрипло рассмеялся, кое-как усмирил дрожь в теле, подполз ко мне, неловко перебирая руками по полу: его ноги двигаться отказывались. Приподнял тяжелое непослушное тело, принял сидячее положение, откинулся спиной на стену, надсадно дыша. Было очень странно видеть этого самоуверенного демона в столь жалком состоянии. Правда, жалости он даже сейчас не вызывал.

— Кто ты? — сипло спросил Маалар, смотря на меня с какой-то шальной улыбкой-оскалом на усталом лице.

— Хочешь узнать имя прежде, чем проломить мне голову? — видимо, весь страх выгорел, теперь боялось только мое тело — меня трясло. Но мозг от пережитого ужаса как отупел. Или адреналин взыграл. В любом случае, страшно мне не было.

— Что-то вроде того, — хмыкнул Маалар, прикрывая глаза.

— Ноат, — проговорила с несколько истеричным смешком. — Инс-Наур.

Когда в меня прямо впились прищуренные глаза Правителя, я наконец поняла, почему они изначально показались мне странными, однако думала, что все из-за темноты. Но нет, белки глаз у него действительно стали черными, а вот радужка белой. Жуткое сочетание, честно говоря. Нормально это или нет — Хараш знает, я же раньше Правителей никогда не видела.

Маалар склонил голову памятным для меня жестом, сощурился. Потом с трудом поднял и положил мне на плечо свою тяжеленную руку. Я вздрогнула, прогибаясь под ее весом.

— И ведь не врешь, — хмыкнул он, спустя несколько секунд. — В прошлое свое появление ты принесла много пользы. И вот второе… и уже есть результаты, — оскалился демон. — Нет, убивать я тебя не буду. По крайне мере, пока ты не вредишь моему народу. Но, что-то мне подсказывает, что делать ты этого и не будешь. И никому не расскажешь, что ты сегодня видела и делала тут, — проговорил он совершенно буднично. — Иначе… Мне, конечно, будет очень жаль терять молодого перспективного дипломата и не менее перспективного травника…

— Дальше можешь не продолжать! — резко перебила, не желая слушать все эти ужасы. — Никто ничего не узнает. Без вариантов.

— Превосходно, — оценил Правитель, снова откидываясь на стену и роняя руку с моего плеча.

Вдруг раздался щелчок, и по периметру пола пролегла дорожка огня, дополнительно освещая комнату. Только в полуметре от сидящих нас огонь затух. Маалар открыл глаза, обвел взглядом комнату.

— Что это значит? — наудачу спросила. Я же уже все равно пообещала молчать, так, может, что интересного мне расскажут.

Маалар, видимо, придерживался схожего мнения, так как ответил:

— Это значит, шаман Центральной Цитадели почувствовал, что я поглотил всю тень и пришел в себя. Меня признали полноценным Правителем.

— Поздравляю, — вырвалось.

Правитель усмехнулся и посмотрел на меня безумными, как будто пьяными глазами. Сглотнула, слабо себе представляя, насколько же сильное существо сейчас сидит рядом со мной.

— Погоди, а почему полноценным признали только сейчас? Ли говорил, что прошлого Правителя уже довольно давно сменили, — нахмурилась. Что-то