Вторая жизнь. Том 4 - Ксения Чудаева

— А как его сменили, он не сказал? — сощурился Маалар, мотнул головой, чиркнув рогами по стене.

— Не-а. Просветишь? — нет, мое любопытство родилось определенно раньше меня. И раньше моего инстинкта самосохранения. А проживет явно дольше, чем владелица.

Демон оскалился:

— И снабдить тебя запрещенными знаниями, которые даже не всем шаманам-то известны? — сощурился, смерил меня взглядом. Остановился на правой ноге, вдруг бесцеремонно схватил за поврежденную лодыжку, вынуждая меня сдавленно выругаться от боли. И снова сжал, ставя на место вывихнутый, а не сломанный, как мне сначала показалось, сустав, что, правда, орать мне, как резанной, от боли не помешало. При этом рисунки на коже зашевелились, но не исчезли, а видоизменились, добавилось несколько штрихов.

— Пламя Хараша, ты что творишь⁈ — попыталась вырвать ногу, но пока демон не соизволил сам ее отпустить, ничего толкового не выходило.

— Мне тут сидеть ещё часа три-четыре. Это скучно, — довольно оскалился демон. — А так ты физически теперь не в состоянии предать меня и рассказать о том, что будет сказано в этих стенах, если жить хочешь. Сможем поболтать.

— Да кто тебя просил⁈ — взъярилась я. — Что это все означает⁈ — вытянула пострадавшую ногу. — Как ты вообще умудрился на человека наложить демонические татуировки⁈

Маалар поморщился от громкости моего голоса, флегматично пожал плечами:

— Правителю не требуется ничье разрешение или просьба. Это во-первых. Во-вторых, это знак принадлежности к моему роду. Неполный, конечно. Грубо говоря, часть твоей ноги принадлежит лично мне. И я могу изменять рисунок в определенных пределах. А вот в-третьих, — Маалар хмыкнул. — Не имею ни малейшего понятия, как вообще тень смогла проникнуть в твое тело. Потому что дальше распространить я ее сейчас уже не могу. Как и убрать. А практики, когда во время ритуала демон кого-то касается, тем более при расширении на белый цвет, — сама понимаешь, нет.

— И чем мне это грозит? — хмуро оглядела черную вязь на бледной коже. Нет, красиво, конечно, мне и старые мои татуировки нравились, но вот то, что теперь этот рисунок связывал меня с Мааларом, — напрягало нещадно.

— Да ничем, скорей всего. Тени слишком мало, и ты — человек, доступа к ней не имеющий, — отмахнулся демон. — Максимум, так это то, что я смогу определять твое местоположение с точностью до пары метров. Все. Никакой магии у тебя от этого не появилось.

— Спасибо, мне и так новой магии за глаза хватает! — буркнула, поморщившись.

— Кстати, об этом, — Маалар соскользнул по стене, переполз, расположился на боку передо мной, нисколько не смущаясь собственной наготы. — Как ты вообще тут оказалась?

Я с кашлем отвернулась, стащила жилетку, бросила ее демону:

— Прикройся.

Не то чтобы мне это прямо так мешало, но все равно было как-то неуютно. Демон не стал ерничать, накинул предложенную ткань на бедра.

— Я всё ещё жду ответа, — напомнил.

Как будто я могла об этом забыть!

— Не имею не малейшего понятия, — передразнила Маалара. Но всё-таки поторопилась добавить: — Серьезно, не знаю, как это работает, — пусть мне и не хотелось делиться с этим ушлым демоном своими новыми возможностями, но врать Правителю… нет, не хочу лишиться обоих сыновей. — Я только несколько дней, как в этом мире. Здесь я умерла и…

— Я знаю, — качнул головой демон. — Информация о твоей жизни никогда не выходила из-под моего внимания. Как и о смерти. Ты всегда была слишком близко к тем, в ком я заинтересован. Как видишь, не прогадал. Ты же уже знаешь, какие изменения прошли в твоем роду, Инс-Наур, — хмыкнул, выделяя мою фамилию. — В этом есть твоя существенная заслуга, пусть и косвенная. Значит, ты вернулась недавно и… — Маалар выгнул бровь.

— И оказалась обладательницей специфической портальной магии, — вздохнула. — Могу перемещаться без кристаллов и прочего. Только вот совершенно это не контролирую. Вообще не понимаю, как меня могло сюда перенести, никогда ж в этом месте не была. Да что там, я даже не могу почувствовать местную магию в принципе!

— Ну хоть теперь ощутишь себя нормальной демонессой, — иронично оскалился Правитель.

— То есть? — нахмурилась.

— Они так же не чувствуют тени. Хотя видят ее. И могут применять в качестве усиления демона после ритуала объединения цвета. Но сами не понимают, как это работает.

— А ты, значит, понимаешь? — сощурилась, смотря в белые глаза.

— Конечно, — снисходительно заметил Маалар. — Демон всегда лучше поймет тень.

— Потому что вы с ней дело имеете, — отмахнулась.

— Разные начала взаимодействуют лучше.

— То есть? — непонимающе посмотрела на демона.

Тот откинулся на спину, сложил руки под затылком, покосился на меня.

— Кто считается отцом нашей расы? — спросил он вдруг.

— Хараш, — ответила, все ещё ничего не понимая.

— Верно. Но для получения потомства одной особи мало. Так кто же выступает матерью?

Интересный вопрос, я нахмурилась, понимая, что ни разу, ни в одной легенде, что мне когда-то удалось прослушать в Южной Цитадели, не упоминалась мать расы демонов, тогда как о Хараше вещали через слово и на каждом углу.

Правильно оценив мое молчание, Маалар ответил на свой вопрос сам:

— А матерью нашей расы является противоположность Хараша — Тень. Именно она одаривает нас способностями, с помощью которых мы, демоны, должны защищать нашу расу. И поэтому, как заботливая мать, перекрывает доступ к силе демонессам, потому что нечего им делать на поле боя. Но и учит нас, демонов, что для того, чтобы обрести полную силу и контроль, нам необходима крепкая семья и жизнь в согласии со второй половиной.

— А Хараш? — выдохнула тихо. Слушать это полулегенду-полуправду, озвученную глубоким хрипловатым голосом, было очень интересно, несмотря на обстоятельства.

— А Хараш дает демонессам стойкости. Возможность стабилизировать нашу тень именно от него. Демонессы не горят в огне тени, не чувствуют боли при ритуалах, все достается нам. И даже настоящий огонь, — Маалар в задумчивости протянул руку к дорожке огня у края пола, прикоснулся к пламени. На лице не дрогнул ни единый мускул, но кожа на ладони демона покраснела, а через некоторое время лопнула, показалась кровь.

Я рефлекторно хлопнула по его предплечью:

— Прекрати!

Маалар вынул руку, невозмутимо посмотрел, как прямо на глазах ожог третьей степени затянулся!

— Меня спасают силы Правителя. У демонессы бы чуть кожа покраснела, — совершенно серьезно проговорил он.

— А мне у магов крови в их пещерах было очень жарко и плохо, — задумчиво проговорила, разглядывая абсолютно здоровую руку Маалара. Только потом поняла, что сморозила. И при ком.

— У тебя тело вообще непонятно чьей милостью было одарено. Ты почти всю тень отдавала Энсаадару каждый раз при ритуалах, но при этом