Слезы Березы. Дневник Богдана Лебедева - Алина Есенина

сестры. Они стояли друг напротив друга, неотрывно рассматривая каждую деталь, отличающую их между собой. В этот момент, мне показалось, что время остановилось, и мир вокруг всех нас – словно исчез. Девушки действительно были близнецами, абсолютно идентичными по внешности: ровные черты лиц, тесно переплетенные волосы, и даже их яркие глаза светились в унисон, словно отражая один и тот же свет. Но как я мог заметить, по характеру они всё-таки отличались.

Если Дарина была храброй и безбашенной, готовой идти на риск и часто действующей на импульсе, то Злата была кроткой и чуткой, словно весенний цветок, который боится даже сильного ветра. Она была тихой и спокойной девушкой, в то время как Дарина отличалась настойчивым и требовательным характером, это ставило их схожесть, в явное противоречие. Вместе, они действительно напоминали две неразлучные стихии – земля и небо, которые наконец-то обрели долгожданный покой в объятиях своих душ.

Понедельник. 20 июня. 03.00 ночи.

Злата не превратилась в березу. Сейчас, она сидела рядом со мной на диване, укутанная в теплый бабушкин плед, и создавала собой уютную атмосферу в комнате, наполненной полумраком. В ее руках трепетно держалась кружка с теплым молоком, и я едва мог не заметить, как она неумело пыталась это делать, и этот самый простой жест был для нее непривычен. Однако, девушка, прожившая не один век в образе дерева, довольно быстро, с характерной для нее скромностью, училась всему новому – от того, как правильно держать кружку, до того, как вести себя среди нас.

– Ты совсем ничего не помнишь? – ее тихий голосок все равно заставлял меня сравнивать ее с сестрой. Дарина всегда была шумной и активной, привлекающей к себе все внимание, как вспышка яркого света в темноте. Да, Злата была похожа на нее, но в то же время абсолютно иной. Ее нежность и тишина напоминали мне поведение маленького, пугливого котенка. Ее спокойствие напоминало о том чувстве умиротворения, о котором я кажется, так давно забыл.

Я задумался на мгновение. – Помню только тот день, когда мы увиделись в поезде, – произнес я, сделав небольшую паузу, и потупив взгляд в пол, испытывая сильное чувство вины за то, что напугал ее в тот день. Мои действия тогда были необдуманными, и теперь я не мог избавиться от чувства, что это я стал причиной ее разочарования. – Как ты нашла меня?

Злата улыбнулась, и в ту же секунду я разглядел ее нежное лицо сквозь ночные потемки, в которых притаилась настоящая магия. Ей не требовалось много слов, чтобы вызвать во мне чувство тепла.

– Это ты нашел меня, точнее призвал, – сказала она с легким загадочным оттенком в голосе. – Неосознанно, возможно… неужели ты не чувствуешь в себе эту силу?

Я вновь погрузился в воспоминания. В надежде, что маленькие кусочки мозаики, соберутся в моем сознании, встав на свои места. Но, видимо я просил от своего мозга слишком много. Призывал ли я кого-то до этого? Не помню… Может, это было больше чем просто случайное столкновение двух душ? Мысли крутились в голове, создавая вихрь вопросов, на которые у меня никогда не было ответов.

Я снова посмотрел на брюнетку, и заметил, как свет луны играл на ее длинных волосах, напоминая ветви березы, что так хорошо я успел запомнить.

– Что ты имеешь в виду? – спросил я, стараясь вернуть постигнутые меня мысли в привычное русло. – Как проявляется эта сила? Как я мог призвать тебя? Это же глупости.

– Нисколько, – ответила она, отпив немного молока. – Каждый из колдунов носит в себе магию поиска, и даже те, кто ещё не стал полноценным магом. Иногда сила просыпается, обращаясь к тем, кто готов услышать зов природы. Ты не знаешь, сколько душ осталось в деревьях, земле и на небе, и сколько их голосов ждут, чтобы быть услышанными.

Я снова задумался. Все это казалось далеким и слишком загадочным, но она говорила с такой уверенностью, что невольно начинал верить ей.

– И что теперь? Что мне с этим делать? – спросил я, ощущая свою голову переполненной от вопросов.

Злата застенчиво потянулась к моему плечу, и слегка погладила его, буквально через секунду одернув руку назад. Ее прикосновение было мягким, как шелк.

Я закрыл глаза, прислушиваясь к тихому ритму ее сердцебиения. Я ощущал, как внутри меня что-то шевелится – страх и надежда. Это было тяжело, но в глубине души я знал, что, возможно, это именно то, что я забыл.

Из соседней комнаты послышались приглушённые шорохи. Сейчас, мы находились в доме совершенно одни. Ярослав с Дариной отправились в ближайший лес, чтобы набрать – освещенной луной воды, из местного озера. Зачем не понятно. Дарина обещала рассказать все, когда они вернутся обратно. Меня же, оставили следить за девушкой. Я вскочил с места, приблизившись к ближайшей стене. Нащупав выключатель, я включил в комнате свет, оборачиваясь в сторону Златы.

– Ты сможешь обратиться в березу и исчезнуть? – прошептал я, подумав, что это может ее спасти. Злата кивнула.

– Только… – она смущённо опустила взгляд в пол, и я заметил как подрагивали ее темные, длинные ресницы. – Только, если ты сможешь позвать меня обратно, Богдан.

Я спешно кивнул, пытаясь сосредоточиться на том, каким образом я верну ее, если даже не знаю какой именно силой владею. Но, спорить не было времени. Шорохи из соседней комнаты стремительно приближались. Как по команде, девушка стоящая позади меня испарилась, оставляя после себя знакомый мне древесный аромат.

Звуки в полутемном коридоре, звучали словно кто-то скользил по полу. Пока я вслушивался, мое сердце начинало биться быстрее.

Я прижал ухо к двери этой комнаты. Шорохи становились всё явственнее, они не могли принадлежать ни Ярославу, ни Дарине. Вдохнув глубже, я осторожно открыл дверь и ступил внутрь тьмы. В коридоре было хоть глаз выколи, лишь лунный свет пробивался сквозь занавески гостиной, скользя по полу.

Сначала я не увидел ничего подозрительного. Но, потом я заметил на полу следы. Мелкие, чёткие – как будто кто-то пробежал здесь, оставив отметины. Странное чувство толкнуло меня на шаг вперёд, и я заглянул в стоящий рядом шкаф. Никого.

Шорохи снова раздались, и на этот раз они звучали ближе. Я обернулся, но никого не увидел. "Может, просто ветер", – успокоил я себя. Но в глубине души росло предчувствие, что что-то не так.

Вдруг, в доме глухим этом, раздалось крепкое "тук-тук",