Слезы Березы. Дневник Богдана Лебедева - Алина Есенина

Он умеет призывать и общаться с некромантами, а это значит, что у него есть доступ к жутким тайнам и запретным знаниям, которые могут обернуться для нас настоящей катастрофой. Он знает больше ста сильнейших заклинаний и заговоров, и каждое из них может быть использовано против нас в самую неподходящую минуту. Вообщем, он довольно опасный и беспощадный маг.

Я почувствовал, как холодок пробежал по моей спине. Герман… это имя вызывало внутри меня необъяснимую тревогу и ужас. Я размышлял о том, с чем мы можем столкнуться, и каковы будут последствия, если мы не успеем.

– Вау, – выдохнул я, невольно удивляясь происходящему. – Совсем как в какой-нибудь компьютерной игре. Брюнет, стоящий рядом, слегка улыбнулся, словно в моих словах нашел частичку понимания.

– Если бы мы были персонажами компьютерной игры, – произнес он, задумчиво глядя вдаль, – нам бы было гораздо легче. Но реальность такова, что у нас нет дополнительных жизней.

– А что с этим Германом? Почему он охотится на вашу Злату? Что ему нужно? – продолжал я, стараясь разобраться в этом сложном положении и в тех угрозах, которые нависли над ребятами.

Парень, глубоко вдыхая, запрокинул голову к небу, определённо размышляя о чем-то важном. Он внимательно рассматривал спешно плывущие по небу голубые облака, как будто искал в них ответы на свои вопросы.

– Много веков назад, – наконец произнес он, – Герман наложил страшное и абсолютно противоречащее всем законам магии проклятие на одну девушку. Эта девушка, была одарена особыми способностями. Благодаря проклятию, ее новорожденные дети должны были стать воплощением сил природы, сразу же после своего рождения. Но, к счастью, проклятие было нарушено, и одна из дочерей осталась человеком. Я думаю, что именно это и стало причиной его ненависти.

Парень почесал затылок, искренне взвесив все, что только что рассказал.

– Герман хочет отомстить за то, что произошло, – продолжил он с лёгкой тревогой в голосе. – Когда ты исчез, мы узнали, что этот маг вышел на охоту. И мы думаем, что ему нужна Злата. Он явно будет делать всё, чтобы заполучить её.

Я ощущал, как холодок пробежал по спине, словно предвестие беды. Передо мной разворачивалась настоящая драма, исход которой зависел от меня – да, именно от меня, и это осознание давило, как тяжёлый камень на сердце.

– Получается, – начал я, размышляя вслух, – Злата именно та девушка, которая осталась человеком?

– Нет, – брюнет задумался, и его нахмуренный лоб выдал его внутреннюю борьбу. – Почему ты решил именно так? Потому что видел в её образе человека в поезде?

На мгновение я замолк, оценивая все, что произнес парень, обдумывая слова и параллели, которые вырисовывались в этой истории. Вся эта ситуация оказалась куда более запутанной, чем я предполагал.

– Погоди, – я остановил его, пытаясь объяснить свою точку зрения. – Я размышлял немного по-другому. Зачем Герману девушка, которая уже проклята? Разве не логично было бы ему охотиться на ту, которая осталась человеком? Она представляет собой некий ключ к его желаниям. Возможно, он считает, что, завладев ею, сможет восстановить утраченноe проклятие и получить силу, о которой мечтает?

Глаза брюнета округлились, когда я договорил свое последнее слово. В его взгляде отразилась смесь удивления и паники. Спешно стянув со своего плеча какой-то доисторический мешок, парень резко схватил меня за руку, бросая сумку нам под ноги.

– Залезай! Быстрее! – произнес он. Его голос прозвучал настойчиво и даже немного испуганно. Я понимал, что ситуация требует немедленного действия, однако разум не оставлял меня в покое.

– Ты придурок?! – я закричал, упираясь ногами в землю, как будто пытался остановить какое-то невообразимое бедствие. – В мешок? Ты что, умом тронулся?

Было видно, что мой протест и замешательство только усиливают его тревогу. Он оглядывался, как будто страх уже поджидал нас откуда-то с тыла. Я мог видеть, как его темно-каштановые волосы треплет ветер, а кожа побледнела от напряжения. Он продолжал указывать на мешок, в то время как его глаза непрерывно искали ответы, которые могли бы унять нашу тревогу.

– Слушай, у нас нет времени! – он заговорил тише, но его голос оставался полон настойчивости. – Если сейчас мы не успеем, то как ты и сказал, картина станет гораздо хуже!

Парень отчаянно оглядывался по сторонам, словно ожидая, что вот-вот появится что-то ужасное. Его глаза казались почти беспокойными, хотя в нормальных обстоятельствах он выглядел довольно уверенно. – Я не шучу! – резко произнес он, пытаясь потянуть меня за собой. – Это единственный способ уйти отсюда живыми.

Я всё ещё не мог поверить в то, что происходит. Ноги упрямо оставались на месте, несмотря на его настойчивые попытки склонить меня к тому, чтобы залезть в этот старый, потрепанный мешок.

– Ну и что, ты думаешь, что мы просто так исчезнем? – возразил я.

Парень стиснул зубы и нервно дернул головой в сторону. Где то неподалеку раздавались отдалённые голоса. Похоже, он знал, что времени осталось в обрез.

– Давай, шевелись! Шансов меньше, чем ты думаешь! Мешок перенесет нас к Дарине…

9.20

Ещё утром, я смеялся бы над такой идеей, но сейчас, глядя на все происходящее, я чувствовал, как страх нарастает внутри. Я нервно оглянулся. Вокруг нас всё ещё слышались приближающиеся звуки.

Через мгновение я принял решение. Вздохнув, я резко схватил мешок и, прыгнул внутрь него, зажав глаза.

– Богда-а-ан!

Громкий крик поразил тишину комнаты, и я быстро распахнул глаза. Мгновенно яркий свет лампы, висящей на стене почти перед моим лицом, ослепил меня, заставив снова зажмуриться. Попробовав сосредоточиться, я повернулся в сторону голоса и сразу же увидел перед собой очаровательную брюнетку с глубокими карими глазами, сверкающими словно две полные луны. Она была невероятно красивой, и в душе мелькнула мысль: "Может быть, она моя девушка?" Амнезия, вызванная чьей-то магией, вполне могла скрыть даже такие важные моменты.

Я, вспомнив мимику одного знаменитого актера из известного романтического фильма, улыбнулся ей так, как будто шутил с ней в своем сердце. Но, увы, моя ухмылка, скорее всего, выглядела странно или даже глупо, потому что её реакции не последовало. Вместо того, чтобы ответить на мой жест дружелюбия, она вопросительно приподняла бровь, и склонилась к брюнету, стоящему рядом, громко зашептав ему в самое ухо.

– Ярослав, – произнесла она с легкой обеспокоенной ноткой в голосе. – Ты что, ударил его? Почему он улыбается как дурак?

Эти слова ударили меня прямо в сердце. Моя улыбка, как будто