Слезы Березы. Дневник Богдана Лебедева - Алина Есенина

Она, как юркая мышь-полевка, суетливо устроилась на кушетке напротив меня, скомканно задвинув свою маленькую сумочку ногой, прямо под свое место. Этот жест казался одновременно невольным и весьма характерным – будто она хотела скрыть свою принадлежность к этим важным для нее вещам. За её нелепо-торопливым движением, явно скрывалось нечто большее.

Я не мог увидеть и рассмотреть её глаз за темными стеклами очков, но тем не менее, отчего-то, мне казалось, что в этот момент, она как раз смотрела в упор на меня, как будто пыталась заглянуть в самую гущу моих мыслей и чувств.

– С добрым утром, – я кивнул в ее сторону, тихонько заговорив. Девушка тут же, быстрым напряженным движением кивнула в ответ, продолжая молчать. Признаться честно, подобная ситуация начинала меня пугать. Неожиданно, в оконное стекло врезалось что-то большое и громкое. Это заставило меня подскочить на месте, и я бросил взгляд в его сторону. С удивлением я увидел большого черного ворона, который, зацепившись за края железной рамы своими длинными когтями, пытался открыть окно клювом. Его черное перо блестело в солнечном свете, и казалось, будто птица, была упорно настроена на выполнение своей задумки. Она дергала головой из стороны в сторону, как будто искала способ пробраться внутрь, а в её глазах читалось стремление и настойчивость.

Однако скорость с которой двигался наш транспорт, не позволила ворону долго оставаться на своем месте. Внезапный порыв ветра, неожиданно возникший в тот момент, когда проезд оказался особенно стремительным, заставил ворона соскочить. Он резко взмыл вверх, хлопая массивными крыльями, и с испугом исчез в темноте тоннеля, в который мы незаметно въехали.

Девушка продолжала сидеть на месте, слегка поправляя очки, которые постоянно сползали ей на нос. Произошедшее, казалось, не испугало ее, да даже не удивило, как будто она ожидала подобного поворота событий. Хмыкнув от неожиданности, я приподнялся со своего места и хотел было выйти из купе, но в тот же миг она подскочила, оказавшись рядом, и неловко протянула ко мне руки, словно пыталась остановить меня.

Ее действия выглядели несколько хаотично. Она нервно полезла в карман своей куртки и, с трудом нашарив, вытащила оттуда небольшой блокнот черного цвета с замысловатыми узорами на обложке. Спешно открыв его, она достала следом из кармана блестящую ручку и начала что-то быстро зарисовывать. На лице ее читалось напряжение и сосредоточенность.

– Эм-мм, – промычал я, пытаясь сообразить, что происходит. В голове крутились мысли – кто она, зачем так торопится и что именно собирается нарисовать? Пока я отвлекся на свои раздумья, девушка уже дорисовала последний штрих, завершив свой творческий порыв. Она словно оправдываясь за свою смелость, протянула мне блокнот, буквально пихая его в мои руки, как будто боялась, что я не приму ее работу.

– Неужели немая…? – пронеслось в моих мыслях, пока я забирал блокнот из ее рук. Глянув на страницу с рисунком, я буквально замер на месте. Мои глаза в эту секунду округлились в немом ужасе, а разум будто остановился, не в силах осознать увиденное.

– Какого… – мой гневный шепот сорвался с губ, полный шокирующей недоуменности. Неожиданно для себя я схватил девушку за плечи, сильно тряхнув из стороны в сторону. Внутри меня нарастала необузданная ярость, словно какой-то дикий зверь требовал выхода. – Откуда ты знаешь это место? – выпалил я, ощущая, как темные облака злости заполняют мою душу.

Сорвав с девушки очки, я отбросил их прочь, и только тогда наконец заглянул в ее глаза. Два карих зрачка смотрели на меня в каком-то невинном страхе, вызывая во мне вспышку сожаления и растерянности. Я хотел понять, откуда ей могла быть известна моя комната в старой съемной квартире, изображенная на рисунке, ведь все кто когда либо был в ней, только моя мама и сам арендодатель. Волнение и тревога, заставляли меня чувствовать себя словно акула, оказавшаяся в ловушке: сейчас, внутри меня ярость сталкивалась с виной и сомнением.

– Бо-гдан, – девушка тихо, буквально по слогам произнесла мое имя. Оно звучало из ее уст так, словно это было ее первое слово за всю жизнь. Интонация, с которой она произнесла его, была исполнена трепета и нежности, словно она произносила заклинание, способное разбудить в моем сознании забытые воспоминания. Ее голос, мягкий и тихий, словно шепот ветра, заставил мое сердце забиться быстрее.

Она вновь протянула руку в мою сторону, касаясь моего локтя своими тонкими, прохладными пальцами. Прикосновение было легким, но я ощутил, как от него по коже пробежала волна тепла. Медленно опускаясь ниже, она достигла моей ладони, переплетая наши пальцы воедино. Этот жест казался таким знакомым, словно наши руки уже давно были связаны. У меня возникло смутное чувство, будто бы я видел эту девушку раньше. Такое чувство, словно у меня откуда-то проявились острые симптомы амнезии, и сейчас, она пыталась вытащить меня из беспамятства. В моем сознании стала размываться граница между реальностью и сном, и в воздухе витало что-то необычное и притягательное. Все вокруг словно растворилось, оставив лишь ее и меня – в этом моменте, когда время потеряло свое значение.

Это чувство становилось все более ясным с каждой секундой, пока ее пальцы находились на моей ладони. Но, в какой-то момент я очнулся. Отбросив руку девушки, я шумно выругался и спешно покинул купе, выйдя в тамбур поезда. Вокруг меня слышались привычные звуки – тихий стук колёс о рельсы, облегчённый шёпот других пассажиров и лёгкое поскрипывание вагонов, но всё это казалось частью совершенно другого мира. Девушка не вышла за мной, и я почувствовал легкое облегчение, как будто сбросил с плеч тяжёлую ношу. Я выдохнул, стараясь привести свои мысли в порядок, потому что подобная ситуация буквально вывела меня из равновесия. Ещё никогда в своей жизни я не был настолько раздражительным и злым, как за последние несколько минут. Каждый миг, проведённый в купе, казался мне мукой, и я сам не понимал, что на меня нашло. В тяжелой голове зрели навязчивые мысли, пересекающиеся, как тёмные облака на горизонте.

Кому-то, возможно, моя реакция показалась бы чрезмерной, но в тот момент всё, что меня окружало, я готов был разорвать на части. Наверное, во всём виноват мой недостаток сна. Как я говорил до этого, за последние дни я не мог нормально уснуть, и это явно сказывалось на моём состоянии. Усталость копилась, как лавина, готовая обрушиться в любой момент.