Слезы Березы. Дневник Богдана Лебедева - Алина Есенина

6.20

Я так и стоял в тамбуре под приоткрытым окошком, прислонившись к стене, ощущая, как стальные конструкции поезда трясутся подо мной. Я закрыл глаза, надеясь, что свежий воздух и шум, наполняющий пространство, помогут мне успокоиться. Но вместо этого чувства только усилились, превращаясь в замедленные вспышки гнева.

На миг я почувствовал, как скрытое внутри меня напряжение кипит, и тогда же понял, что мне нужно выбраться отсюда. Заключённый в этих стальных рамках поезда – мир, казался мне слишком тесным. Я дёрнулся в сторону, решив немного пройти по коридору, надеясь, что может быть, я смогу найти немного тишины и покоя, чтобы привести в порядок своё смятённое сознание, но мой разум, упорно твердил мне вернуться в свое купе. Сделав несколько шагов назад, я шумно отворил железные дверцы, врываясь в вагон, словно голодный зверь, жаждущий наживы. Мое сердце колотилось так сильно, что казалось, с каждым ударом оно готово разорвать мне грудь.

Вагон был пуст.

И это повергло меня в состояние растерянности. Девушки на месте не оказалось, и в воздухе повисло немое удивление. Я чувствовал, как ярость внутри меня, кипящая словно масло во фритюре, готова вот-вот вырваться наружу.

Я невольно сжал кулаки, ощущая, как пальцы впиваются в ладони, оставляя красные следы. В этот же миг, когда я пришел в себя, я окончательно перестал понимать, что происходит вокруг. Как она смогла выбраться из вагона, если я стоял прямо за ним? Мой разум ломался от вопросов, которые врывались в сознание без страховки, словно дикий поток ос. Я опустился на колени, стараясь успокоиться. Почему мои чувства вдруг стали такие острые и резкие? Я чувствовал себя иначе, чем обычно: каждая эмоция, каждый звук, каждое движение казались преувеличенными, как будто мир вокруг меня раскололся на осколки, и я был на грани безумия.

Пока мои мысли метались в хаосе, хриплый звук тормозов прервал тишину. Я снова встал, словно кто-то дергал меня за собой, и вздрогнул от неожиданности. Ломая тишину, чувства накатывали, как волны, словно желая затопить мой разум. Я посмотрел в пустоту вагона, где еще мгновение назад была она. Но, лишь эхо моего бьющегося сердца, отзывалось в этом казалось заброшенном пространстве.

Поезд остановился на неизвестной мне станции. Я стоял, неосознанно глядя в окно на унылый пейзаж, который мелькал за стеклом. Он напоминал мне о том, насколько далеко я уехал от привычной жизни. Не долго думая, словно мной кто-то управлял дистанционно, я вышел из купе, направляясь к ближайшему выходу из поезда. Сердце колотилось в груди, как будто предвещало что-то неладное.

Добравшись до дверей, я столкнулся с проводником, который стоял в открытом проходе. Высокий, худощавый парень, с характерной для рабочих – формой, изучал меня пристальным взглядом, прищурив глаза, как будто пытался заглянуть в самую душу.

– Москва? – произнес я едва слышно, и мой голос показался мне чужим и безжизненным, словно это был не я, а кто-то другой, кто ждал от меня ответа.

– Власово… до Москвы ещё сутки ехать. – парень ухмыльнулся, глядя куда-то за горизонт, будто искал ответ на какой-то свой вопрос, за пределами моего поля зрения. Его выражение лица казалось загадочным, и в этом взгляде было также, что-то излишне уверенное.

– Не выспались что-ли? – продолжал он с налетом насмешки, заставляя меня ощутить себя неловко. В этот момент я почувствовал, как по спине пробежали мурашки. В его голосе был легкий подтекст, который не давал покоя, заставляя мерзнуть от неожиданной тревоги.

Я прикрыл глаза, в попытках побороть свой гнев, который, казалось, вскоре вырвется наружу без моего ведома. Признаться, все это начинало меня пугать. Неконтролируемые вспышки гнева, раздражительность и злость – всё это были первые признаки шизофрении, как я помню из школьных уроков психологии. Я старался выбросить все эти мысли из головы, но они всё равно не покидали меня, вкрадчиво шепча, что с каждым мгновением я всё дальше ухожу от реальности, в которой был когда-то.

– Я выхожу, – мой голос вновь заговорил без моего согласия. Оттолкнув проводника в сторону, я спустился с поезда на несколько ступенек ниже, а затем спрыгнул прямо на землю. В голове гудело от волнения, словно все события последних дней вспыхнули в один момент, и я полетел в бездну неопределенности.

– Поезд отходит через пять минут… – провожатый крикнул мне в след, но я даже не стал оборачиваться. Я не мог больше оставаться в этом вагоне, среди этой пустоты и галлюцинационной девушки. Мою душу наполняло разочарование о том, что я не выполнил просьбу своей мамы. Она не знала, ни о моих тревогах, ни о том, что я наперекор всему решил пойти своим путем.

Собрав все свои мысли, я двинулся вперед, вглубь леса. Тишина сразу же охватила меня своей защитной пеленой. Здесь не было ни суеты, ни электрического света, а лишь шёпот деревьев и трели птиц. Моя душа буквально кричала о том, чтр этот лес станет моим убежищем, и местом, где я смогу услышать собственные мысли, чтобы разгадать загадку, которая мучила меня так долго.

Каждый шаг углублял меня в эту зеленую бездну, где все казалось новым и неизведанным. Я почувствовал, как растет свобода внутри меня, словно корни древнего дерева. Где-то позади взвизгнули тормоза, а затем раздался звук, будто кто-то закрывал дверь. Я знал что больше, назад дороги нет. Но, у меня и не было желания вернуться. Я вдохнул свежий воздух, насыщенный запахом хвои и сырой земли, и почувствовал, как моя решимость крепнет.

8.00

Моя голова гудела, как старая машина, отказывавшаяся работать должным образом. Внутри все мельтешило, и я не понимал, почему я оказался здесь, среди деревьев, среди их могучих стволов и густых крон, которые казались практически непроницаемыми для солнечного света. Почему я сошел с поезда, когда у меня была четкая цель в голове? Все было так ясно, пока я не увидел эту странную девушку, и теперь, как будто кружащаяся карусель, мои мысли запутались в невообразимый клубок.

Присев на ближайший пень, который казался таким старым, что мог бы рассказать целую историю, я обхватил голову руками и закрыл глаза, пытаясь успокоить нескончаемый поток хаотичных мыслей. Я пытался поймать каждую ускользающую идею, но они продолжали ускользать от меня, как вода сквозь пальцы. Сколько я уже блуждаю по этому лесу? Часы,