Ноша хрономанта 10 - Владимир Михайлович Мясоедов

Ну, по меркам обычных людей аномально, так-то Грейс силачом не являлась даже близко, самой прокаченной характеристикой её было восприятие, как в общем-то и положено, детективу-любителю. — Мы не будем ничего ломать, мы не будем ничего брать, мы просто тихо войдем, немного по сторонам посмотрим, аккуратненько уйдем…Любопытство не запрещено! Тем более, там нет ни забора, ни таблички: «не входить»!

— Их просто не успели поставить ещё, — осторожно заметил Эдуард, который хотел найти их родителей и прочих родственников, но вместе с тем не хотел злить сестру…И буквально содрогался от мысли о том, что с ними могут сделать, если поймают во время проведения этого «расследования» и обвинят в государственной измене! Тюрьма в Лондоне была, может и не самая плохая, но долго в ней, как правило, не сидели. Только вот выйти оттуда можно было не только на исправительные работы, но и к расстрельной стене или на виселицу. В отдельных случаях и куда более жестокие казни применялись, что было, в общем-то, ничуть не неудивительно, если верить тем очень-очень осторожным и тихим слухам, которые ходили о лидере конфедерации, занявшем пост её верховного главнокомандующего и его друзьях.Коулсон, правда, всяким там байкам верить особо не спешил…Но и отрицать реальность тоже не стал бы, ведь он не раз подмечал, как явившиеся в паб армейские головорезы, покрытые шрамами и обвешанные военными трофеями наперебой обсуждают очередные свершения, казалось бы абсолютно невозможные для обычного человека. И испуганно вжимают головы в плечи, косясь на темные углы, если кто-то при них начинал критиковать власти…Чтобы потом решительно заткнуть источник подобных речей когда словом, когда кулаками. Они действительно боялись, что кто-то страшный и могущественный в тенях может прятаться или хотя бы следить за ними через них, а это уже о многом говорило! — Прошло от силы три дня, как этот пустырь объявили промышленным районом, и там как грибы после дождя выросли фабрики числом в два десятка…

Очередная вспышка молний, случившихся где-то вдалеке, осветила окрестности и показала, что заросли тростника или по крайней-мере какого-то его дальнего родича кончились там, где это и ожидалось. В двух шагах от зданий, которых на окраине Лондона раньше не было. Только теперь зданий тут было не два десятка, как вчера, а гораздо больше. Полсотни — минимум! Аккуратные словно выстроенные по линеечке ряды громадных строений, напоминающих большие прямоугольные коробки, возникли там, где ещё совсем недавно не было ничего и темнели своими стенами в ночи…Ну, не совсем темнели. Почти под самой крышей у них располагались светлые квадратики окон, относительно размеров самих сооружений довольно небольших, но всё же довольно многочисленных.

— Мне кажется или… —.Осторожно начал бывший спортсмен.

— Тебе не кажется, — лаконично ответила Грейс. — Рози? Мы можем двигаться вперед? Нас поджидает какая-нибудь опасность?

— Но откуда тут ещё тридцать зданий⁈ — Недоумевал бывший спортсмен, старательно пересчитывая возвышающиеся впереди громады. — Я же вчера их лично с вершины дерева осматривал! И было их больше чем в два раза меньше!

— Оттуда же, откуда и предыдущие двадцать, ведь пять дней назад тут точно был пустырь, — отозвалась его сестра. — Тут творится что-то странное и наш наниматель, кем бы он ни был, хочет знать, что конкретно…И готов за это заплатить очень даже хорошие деньги детективу-любителю в моем лице… Рози? Мы можем двигаться вперед? Нас поджидает какая-нибудь опасность?

— У меня странные предчувствия, — откликнулась женщина, покачиваясь с пятки на носок и обратно. При этом она стояла на последних из стеблей примятого тростника и как именно мисс Гринхолл умудрялась сохранить на них равновесие, её спутникам оставалось только догадываться. Магия, не иначе. — Примерно такие же, какие были в той пещере с древним драконом, куда мы, преследуемые циклопом, забежали на следующий день после знакомства.

— Тогда нас не стали жрать, а просто шуганули, не восприняв ни как угрозу, ни как добычу, в отличии от озабоченного одноглазого урода, — задумалась Грейс, в сомнении оглядываясь на заросли тростника, по которому можно было подобраться к фабрикам так, чтобы на глаза точно никому не остаться. И даже не оставить следов — растения на пути их следования уже выпрямлялись, принимая первозданный вид. — Ладно…Наверное, можно рискнуть подобраться поближе. Идем вперед. Очень тихо и очень-очень осторожно. При первых признаках того, что нас нашли, либо бежим прочь со всех ног, либо сдаемся. Тут уж по ситуации, смотря с кем столкнемся…Геройствовать или делать глупости, зля охрану, уж точно не надо! Эдуард, свою дубинку убери подальше!

— Да я его и не доставал. Толку-то с этой деревяшки против солдат с автоматами или вообще какой-нибудь мистической дряни? Она и на пьяных забулдыг-то, увы, не всегда действует, даже если с размаху и даже если по голове. — Откликнулся бывший спортсмен в их маленькой компании играющий скорее роль пугала, носильщика чемоданов и мальчика на побегушках, чем действительно полноправного участника. Пусть Бесконечная Вечная Империя изменила многое, но все-таки определенную инерцию мышления и нарабатываемые большую часть жизни привычки так сразу отменить не могла, а потому к двум девушкам и сопровождающим их высоком громиле цеплялись куда реже, чем просто к двум девушкам, особенно если Эдуард демонстративно вытаскивал из-под плаща малость помятую и потрескавшуюся бейсбольную биту. А то, что он в бою не стоил даже половинки любой из своих спутниц — это уже детали.

— Видимо надо ещё разочек поработать над тем, чтобы поставить тебе нормальный удар, — пробормотала Грейс после короткого непродолжительного молчания, начав медленно и осторожно шагать вперед. Бывший спортсмен ещё раз тяжело вздохнул, отмечая, как за очень короткое время изменилась его любимая младшая сестренка. На смену веселой жизнерадостной студентке, любившей всякие детективные сериалы и фильмы про маньяков, пришла циничная и расчетливая хищница каменных джунглей, которая умела защищать себя и не раз это делала, отправляя желавших сделать с ней что-то плохое субъектов либо на больничную койку, либо прямиком в могилу. И хотя она старалась быть хорошей девочкой, придерживаясь личного кодекса поведения и не нарушая закон слишком сильно, но без сомнения могла бы приделать ноги тому, что плохо лежит или же перегрызть глотку добыче, которую до этого долго выслеживала и умышленно загоняла навстречу смерти. — Рози, постарайся не отвлекаться слишком сильно…Я не вижу тут расхаживающих туда-сюда часовых или хотя бы стоящих у входа стороже, а это означает, что почти наверняка задействована какая-то мистическая дрянь…

— Не знают отдыха и покоя