Тренер Гильдии Фамильяров 2 - Сергей Харченко

— Сели оба. Живо, — уже тише приказал я.

Они нехотя опустились на свои места, сверля друг друга ненавидящими взглядами.

Лера ждала, что я сейчас выдам Ветрову словесного «леща» за нарушение субординации и провокацию. Она была уверена в своей правоте. В её мире выскочек наказывали первыми. Но я не разделял её взглядов.

— Ветров, — я повернулся к Дэнни. Мажор напрягся, ожидая разноса. — Ты всё сделал правильно.

Лера поперхнулась воздухом.

— Что⁈ Тренер, вы в своем уме⁈ Он же нас…

— Помолчи, Соколова, — жестко осадил я её. — Ветров всё сделал правильно. Он встал на защиту чести гильдии. Он не спрятался за спину наставника, а принял удар на себя.

Я обвёл тяжелым взглядом всю команду, включая притихшего Костю и Анну.

— Если будете опускать глаза и глотать оскорбления от каждой оборзевшей команды, вы проиграете еще до выхода на песок, — произнёс я, доходчивым тоном. — Психология Арены не прощает слабости. Стоит им почуять слабость, страх, растерянность, и они раздавят вас, даже не вспотев.

Я снова посмотрел на Леру.

— Дэнни показал им зубы, — добавил я в довесок к сказанному. — Он показал, что «Огненные львы» не мальчики для битья. И теперь, Соколова, ваша общая задача доказать на следующем этапе, что эти зубы достаточно острые, чтобы перекусить им глотки.

В салоне повисла тишина, нарушаемая лишь скрипом рессор.

— Сильно сказано, — признался Белов, покачивая головой.

Лера сжала челюсти, обдумывая мои слова. Но она не была дурой, прекрасно понимала, что страх — плохой союзник в бою с теми, кто не чувствует боли. Она медленно, неохотно, но всё же кивнула, признавая мою правоту.

Дальнейший путь проходил в оживлённой беседе. Каждый вспоминал прохождение и пытался передать своё впечатление от Центрифуги.

В этой весёлой и оживлённой атмосфере мы въехали на территорию базы.

Пока проводники занимались разгрузкой вольеров с питомцами, я направился к заднему входу. Пора забрать Живчика, которого я оставлял у Полины.

Кира подскочила ко мне на полпути, схватила меня за локоть.

— Артур, ты не поверишь! — воскликнула она.

Я обернулся. Владелица гильдии сияла как ясно солнышко. Она держала в руках планшет, который и повернула ко мне.

— Так, это таблицы. Много таблиц, — вгляделся я.

— Не просто таблицы. Призовые за Центрифугу упали на счёт! Представляешь? — радостно сообщила она. — Двести пятьдесят тысяч!

Мы прошли с ней через дверь, оказываясь в полутёмном коридоре.

— Я смогу оплатить новые фильтры для вентиляции. И даже заказать нормальные вольеры! А не эту рухлядь, — добавила Кира.

— Отличная новость, — хмыкнул я, вспоминая, что призовых до финала Бетонки не выдавали. Вот и ещё одно изменение в этой альтернативной реальности.

— И поедем за тентами и матами к одному моему знакомому, — напомнил догнавший нас Белов. — Я говорил уже о нём.

— Если хватит средств, — заметила Кира. — Чуть позже разберёмся с дополнительной статьёй расходов. Надо приобрести главное.

Артём Сергеич, сейчас больше похожий на кота, объевшегося сметаны, был не против. Лишь закивал и улыбнулся ещё шире.

Добрался я в итоге до лазарета, вошёл внутрь, замечая Полину у одного из шкафчиков.

— Док, как себя вёл наш?.. — начал я, и осёкся.

Картонная коробка-домик Живчика была перевернута вверх дном. Подстилка из старого свитера валялась на полу. Щенка в лазарете не было.

Полина, перебиравшая ампулы в шкафчике, обернулась, развела руками.

— Артур Викторович, извините. Пять минут назад поставила укол. Витамины. А потом его след простыл. Я думала, он побежал встречать вас в холл.

Внутри меня шевельнулось недоброе предчувствие. Живчик был вихревым терьером. Молодым, гиперактивным и с полностью восстановленными энергоканалами. Оставлять его без присмотра на базе, где полно оборудования, а сейчас уже и фамильяров, которые к нему ещё не привыкли, было чревато катастрофой.

— Смирнов! Ветров! — воскликнул я, замечая мелькнувших в коридоре подопечных. — Живчик пропал. Ищем по всей базе.

Команда мгновенно включилась в поиски увлекая в себя Анну и Леру. Дэнни заглядывал в душевые, Костя свистел, обшаривая раздевалки, Лера с Анной прошлись на склад. Тишина. Щенка нигде не было.

Я уже хотел отправиться в холл, расспросить Родионыча о щенке. Возможно, он его видел.

И из крыла, где располагались бытовки техперсонала и старые кладовые, раздался звук, от которого у меня ёкнуло внутри.

Оглушительный грохот падающих коробок, звон вдребезги разбивающегося стекла, треск пластика и ещё один звук, который не спутаешь ни с чем.

— А-А-А-А! ПОМОГИТЕ! ДЕМОН! УБИВАЮТ! — завизжала баба Зина.

Я бросился по коридору, добираясь до приоткрытой двери. Слыша усиливающийся грохот и крик уборщицы.

Искорка, сидевшая на моем плече, вцепилась коготками в ткань куртки, угрожающе пыхтя, извергая из ноздрей тонкие струйки горячего дыма. Она готовилась к атаке.

Я был готов ко всему — к нападению дикого ферала, вырвавшегося из карантинной зоны, к появлению очередного диверсанта от Пичугина, или наёмников из «Нео-синтеза».

Распахнул дверь, и понял, что ошибался. От увиденного у меня перехватило дыхание.

Глава 11

В тесной кладовой бушевал локальный торнадо. Под самым потолком, полностью игнорируя законы гравитации, размеренно вращались три мокрые половые тряпки.

Словно в невидимой центрифуге они кружились, щедро разбрызгивая грязную воду на выкрашенные зелёной краской стены, стеллажи и шкафчики с полками, на мутное окно под потолком и постер поп-звезды современной эстрады Михаила Стасова.

На полу разбросаны оцинкованные вёдра, средства для мытья полов, пакеты с непонятным содержимым, плошки и полуразбитые тарелки со звоном перекатывались по линолеуму, под воздействием завихрений.

В самом эпицентре коммунального катаклизма сидел Живчик. Спокойный. И абсолютно счастливый. Вихревой терьер увлечённо грыз деревянную щётку. А от него волнами расходилась плотная энергия, закручивающая воздушные потоки в тугую спираль. Хвост мелкого паршивца ходил ходуном, отбивая по полу радостные ритмы.

В углу, врезавшись массивным телом в металлический стеллаж, причитала баба Зина в синей робе. Она яростно крестилась, не отрывая округлившихся в ужасе глаз от левитирующего инвентаря.

— Изыди, нечистая сила! — голосила баба Зина. Она вжалась в стеллаж массивным телом и отмахивалась веником. — Демон прорвался!

Я тяжело вздохнул, чувствуя, как боевой запал сменяется отцовской усталостью. Затем ухмыльнулся. Всё же удивительной способностью обладают мелкие питомцы. Буквально из ничего устраивают масштабную катастрофу.

Мой взгляд скользнул по помещению, оценивая масштабы разрушений. Ничего критичного. Обычный