Наездник 1-5 - Сергей Александрович Плотников

— Игры кончились, ребята и девчата, — глядя по очереди на каждого, медленно произнёс я. — Ишимура предельно чётко выразился: учить нас спасать собственные задницы он не будет. Придётся самим. И в случае чего я в первую очередь хочу и буду спасать тех, кто мне не безразличен. Надеюсь, вы тоже. Потому — для начала предлагаю обменяться самой основной информацией про свои возможности, как это сделал я. Ладно, меня прикончат — а если кого-то из вас? Не хочу, знаете ли, плакать над трупами.

Вот так. Никаких тактических схем и убеждений. Мотивация создать боевую группу должна быть максимально простой, понятной и убедительной. А остальное — потом.

24

— А теперь повторяйте новые ката самостоятельно, пока я не вернусь. И смотрите мне, чтобы никаких “перекуров”, — последнее слово Ичиро-сенсей выделил особой интонацией.

Сегодня, прямо во время первого настоящего занятия в нинкё-додзе, я успел выслушать об одногруппниках много “добрых и ласковых” слов от наставника. Причём никакой ругани: исключительно издёвки, зато поимённо. Строго на тему неисполнения заданных упражнений, махровой лени и нежелания шевелить мозгами хоть чуть-чуть. Заодно и именно по курению прошёлся — похоже, семпай эту вредную привычку люто ненавидит.

М-да. Боюсь, в том, что конкретно эта учебная группа так сильно достала своего наставника, есть и доля моей вины. Точнее, я стал той соломинкой, что переломила спину верблюду наставнического терпения. Думаю, не очень ошибусь, если скажу, что Ичиро начал сомневаться в своих способностях сенсея — по некоторым признакам понятно, что эти пятеро у него первые ученики. И тут появляюсь я. Да, сам себя загнавший в подобие транса, но всё же без проблем выучивший “удар с выходом ки” за одну демонстрацию!

В общем, решение взять меня шестым в группу явно имело под собой не только желание заполучить талантливого последователя. Одно моё присутствие рядом с одногруппниками молчаливо тыкало носом остальных в их, мягко говоря, не слишком старательное отношение к изучаемому материалу. Ещё раз отдам должное семпаю: он в мою сторону, читая свои нотации, не показывал: мол, любой первый встречный лучше вас, кретинов. Про кретинов тоже ни разу не сказал — но между строк, что называется, читалось.

Зато цели своей Ичиро определенно добился — когда спина учителя скрылась за соседним павильоном, мои “коллеги”, то и дело кидая на меня косые взгляды, продолжили выполнять заданные движения, не снижая темп и не теряя ритма. Как бы меня потом не пригласили на массаж лица и других части тела за такую “помощь”, н-да. Но — проблемы буду решать в процессе живой очереди.

В процессе выполнения ката главное — не думать о том, что делаешь. Думать надо тогда, когда тебе движение показывают — и запоминать ощущения в мышцах. Именно на это ощущение и надо ориентироваться, повторяя упражнение — ведь это со стороны видно, косячишь ты или нет, а изнутри себя иначе не понять. Нет, это не я такой умный, это Брюс Ли, я просто “перевёл” вот это на язык понятных мне терминов: “ты должен БЫТЬ тренировкой, вместо того, чтобы ДЕЛАТЬ тренировку. Ты должен быть свободен. Вместо сложности формы должна быть простота выражения.” Ну и, конечно, его же самая известная фраза: “я не боюсь того, кто изучает 10 000 различных ударов. Я боюсь того, кто изучает один удар 10 000 раз.”

Что ж, не надо бояться учиться у великих — как сам же Брюс и завещал. Другое дело, что “не думать о тренировке” и “не думать” — вещи совершенно разные. “Остановить мысль” — так звучит самая короткая инструкция по вхождению в медитативное состояние, вот только хрена с два её выполнишь. Недаром же сказано “мыслю — значит существую”! Так что в этот раз я предпочёл не декламировать стихи про себя, отстраняясь от монотонной мышечной работы, а заняться кое-чем более полезным. А именно — разобрать итоги давешней, так тщательно мною подготовленной демонстрации в спортзале.

— …Ты не мог нормальных девок, что ли, позвать?! — именно это первым делом экспрессивно предъявил мне Синдзи, стоило нам вдвоём оказаться у помойки. Ну а куда ещё было девать остатки разорванной когтями кровавой борзой мишени? Мечник вызвался помочь мне в этом “нелёгком” деле. — Нет, выбрал же таких… Таких! Извращенец!

— Хых, — я с трудом задавил смешок, и махнул рукой свежеиспечённому сокоманднику. — Извини, извини! Ты просто так сказал, будто я на рынке не ту рыбу купил! Син, приятель, реально считаешь, что я могу любую позвать из первоклашек — и она побежит к нам, теряя туфельки? Стоп. Правда решил, что я выбрал?!

— А что, нет? — кендоист отвёл смущенный взгляд. За кого он меня держит?

— Нет, — покачал головой я, и, не сдержавшись, снова фыркнул: — Тоже мне, нашёл ловеласа.

— Да все так про тебя говорят! — выдал парень и только после этого, кажется, понял, что сморозил.

— Так-так, — я внимательно на него посмотрел. — А вот с этого места — поподробнее. Кто эти “все”?

— Ну не все… Широ-тян так сказала… — мой одноклассник, я думаю, предпочёл бы замять такую беседу, но с его прямым и таким же как гибким как рельс характером — как говорят японцы, “импосибру!”

— Ооо, Широ-тяяян, значит, — теперь настало моё время ёрничать. — Я вижу, у тебя всё на мази, друг — а сам меня попрекаешь!

— Да ничего не “на мази”! — вспылил красный как маков цвет мечник. — Я просто попытался с ней заговорить на улице, случайно встретил в воскресенье… А там её подружка-эльфийка оказалась ещё… Сука такая! “Вали отсюда, неудачник!” А Принцесска про тебя добавила — мол, поучись к девушкам у своего дружка-Казановы подкатывать.

— Тяжёлый случай, — я приложил ладонь ко лбу. — Нет, я не умею “подкатывать”. Зэт-тян я несколько раз помог и вообще единственный, кто не держит с со старостой дистанцию. А с Мелиссой… Так уж вышло, что я именно её дому смог оказать некую услугу. Как думаешь, откуда у меня вампирский симбионт взялся? Таких собачек в зоомагазине не продают.

— Угу… — совсем повесил голову приятель. М-да. Так дело не пойдёт.

— И вообще, я не понимаю, что ты тут унываешь, когда понравившаяся тебе девушка прямым текстом сказала: “подкати ко мне!”

— Ч-что?!

— “Поучись у своего дружка подкатывать”, — процитировал Синдзи же я. — Ты каким местом вообще Широхиме слушал?

— Ты правда так думаешь?! Она не против, чтобы я?!

— О, ками-сама! — теперь я приложил к лицу обе руки. — Дружище, ты меня пугаешь. Ну не может быть такого, чтобы