Наездник 1-5 - Сергей Александрович Плотников

— Цветы… дарят. На с-свидания… п-приглашают… — каждое следующее слово парень выговаривал всё менее уверенно. М-да.

— А перед цветами? — всё же на что-то надеясь, спросил я. Тщетно. — Да впечатление ты должен на девушку произвести, конечно!

— А как?

Это. Будет. Сложно.

— Давай подумаем вместе, почему тебя Галея неудачником обозвала, — предложил я. — Говорить не заикаясь ты с одноклассницами умеешь, я сам видел. Значит, дело в одежде и внешнем виде. Дай угадаю: мятая школьная форма, рубашка наполовину заправлена в брюки, наполовину навыпуск, половина пуговиц расстёгнута, и на голове словно ворона гнездо свила? Это же не в школу идти, где классная руководительница может и домой отправить привести себя в порядок.

— Раньше что-то никто не жаловался, — надулся как мышь на крупу парень.

— Это когда ты кендо занимался? — поинтересовался я, и, получив кивок, покачал головой. — Тогда для маменькиных дочек, приходивших глянуть на суровых мечников, ты выглядел мачо. Но мы сейчас в Отряде с той, что тебе приглянулась: крутизной тут по делам меряются.

— И что делать? — вместо того, чтобы приободрить, я окончательно испортил другу настроение.

— Следить за собой, — со вздохом пришлось перечислить мне. — Купить нормальную “цивилку” для выходных, подстричься сходить — это для начала.

— И где я на тряпки и парикмахера деньги возьму?! — экий вопль души.

— Друг, — я заглянул собеседнику в глаза. — А ты… Как бы это помягче. Работать не пробовал?

— …Эй, как тебя там, Йоширо, что ли?

Да уж, глубоко я ушёл в себя. Но моторика не подвела — ката я продолжал выполнять.

— Йоширо-сан, но можно и Йоширо-кун, не обижусь, — как оказалось, я переоценил учебный порыв одногруппников. Пока я вспоминал диалог с будущим товарищем по оружию, они не только перестали делать упражнения, но и сбились в плотную кучку. Ага, понятно — вон двое в кулаках сигареты мнут. И остальные, думаю, тоже — просто мне не видно. — Делайте что хотите — стучать не буду. Но, уж извините, и прерывать занятия тоже. Я не такой сильный и везучий, как вы.

Кажется, сенсею подсунули группу из отборных утырков — не злых, но тупых. Видимо, чтобы не расслаблялся только что получивший статус бывший “просто ученик”. Во всяком случае, я успел вернуться к отработке движений, когда один из “старожилов” отлип.

— Чё? — это было сказано без угрозы. Пока без угрозы. Начинается. Надо их отвлечь от себя, что ли… Ну и настроение подпортить.

— Ну, на месте сенсея, которого вы довели до ругани, я бы спрятался где-нибудь и посмотрел, дошли до вас его слова или нет, — пришлось опять прерваться, чтобы демонстративно оглядеться. — Ну… Например за вот этими сёдзи.

Группа занималась рядом с тем же павильоном, что и в прошлый раз.

— С тобой неинтересно в прятки играть, Йоширо-кун, — указанная мною панель отъехала в сторону, являя довольного собой Ичиро. Как не вздрогнул, сам не знаю. — Ваш новый товарищ всё правильно сказал на счёт везучести — я был непозволительно мягок. А ну быстро выгребли из-за пазухи всю гадость и сдали мне! Быстро, я сказал! И как протащили-то столько незаметно?!

— Ну… Мы… Это… — вразнобой забормотали молодые балбесы. — Учитель, простите!

— Я-то прощу, — добродушно согласился сенсей. — Вот только если вы за два месяца не подтянетесь до того уровня, на который я вас учу — мозги вам вколотят противники на боях без правил, куда я вас прямо завтра и запишу. Там-то точно никто сдерживаться не будет, хех. И только посмейте меня опозорить!

Фига себе…

— А ты, новичок, тоже не расслабляйся — с ними пойдёшь, — “обрадовал” меня сенсей. — Один за всех и все за одного — вот принцип нашего додзё!

М-мать.

25

— Вижу, все решились, — удовлетворённо констатировал очевидное я. В этот раз мы без изысков собрались в пустующем по вечернему времени классе 1-С. Мелисса заметно волновалась — кажется, была даже бледнее обычного, Зэта тоже не демонстрировала полного спокойствия. Синдзи занимался тем, что попеременно бросал напряжённые взгляды то на одну девушку, то на другую. — Что ж. Мел-тян?

— Я… могу поправить здоровье чужой кровью и не убить человека. Даже не сильно ослабить, — призналась молодая вампирша. — Но не твоей, Йоширо-кун.

— Почему?! — я было удивился, но тут же сообразил: — Борзая, да?

— Я в случае чего смогу её… перебороть. Пока она ещё не может не выпускать твою кровь через раны, — отведя глаза, тихо призналась пепельноволосая. — Но она станет считать меня своим и твоим врагом. А когда станет сильнее…

Ну ничего себе какие тайны открываются! А подарок от матриарха ещё ценнее, чем я думал.

— Это тебя в Доме предупредили? — уточнил я источник сведений и получил кивок. — Поня-ятно. Ещё что-то?

— Фая не даст твоё тело другому вампиру использовать… Ну…

— Для рождения ребёнка, — помог с формулировкой я. — То есть, получается, я для тебя в экстренных ситуациях бесполезен.

— Что-что? — влез мечник. — Какой ребёнок, почему бесполезен? Ничего не понял.

— В школьной библиотеке должна быть “Большая Энциклопедия Разумных Рас”, не самая новая, но сойдёт. Возьми завтра там первый том и начинай штудировать, — выдал указание я под страдальческий стон “зачем только спросил?!” — А что касается твоего вопроса… Слышал, что человек после укуса вампира сам становится вампиром?

— Это же… сказки? — обеспокоенно глянул на Мелиссу экс-кендоист.

— В том плане, что человек становится — сказки, — утешил я, и когда приятель расслабился, добил: — Нимфа вампира внедряется через место укуса и перестраивает тело под себя. От человека остаётся только генетическая основа… Частично.

Парень прямо на глазах доказал, что человек может побледнеть сильнее, чем кровосос. При должной мотивации.

— Вот потому и надо читать энциклопедию, — я покачал головой. — Да отомри уже! Живущие в Японии вампиры используют для продолжения рода искусственно выращенные тела — заведомоздоровые и молодые, неношенные, так сказать. Но в случае смертельного ранения преступник их расы может попробовать завладеть твоим телом — через форму тумана. Про это надо помнить в случае столкновения.

— Уж т-точно не забуду! — уверил он меня.

Пожалуй, не буду ему сейчас рассказывать, что при всём перечисленном вампиры всё равно оставались даже не подвидом, а расой людей — пусть сам прочтёт и порадуется. Как и про то, что смешанные семейные пары вполне могут рассчитывать на плодовитое потомство.

После посещения шестого корпуса Национального музея я узнал про родственников Мел-тян кое-что новое. В мире красноглазиков случилось нечто, отдалённо напоминающее киношный зомби-апокалипсис. Только “зомби”, которых на стенде почему-то упорно называли “оборотнями”, пусть и потеряли разум,