Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

им всем по-крупному. Местный бомонд, етишкин корень! Да еще и с кренделем во главе. Князь? Правитель? И смех и грех! На дворе конец века двадцатого. Незабвенный Ильич, который Леонид, последние месяцы доруливает. Ан нет! Оказывается, даже под неусыпным оком партии и КГБ по медвежьим углам «такое» встречается. Кино и немцы. Съезд малого Совнаркома.

У стен на лавках сидели вполне себе нормально одетые мужчины. Про двух затесавшихся в боярские ряды женщин сказ мог быть особым. Вот во главе собрания, действительно, мастодонт засел, в шикарном кожаном кресле чуть развалился. Одежда стильная, под покрой века двенадцатого пошита. Форсит, засранец патлатый. Молод, но по глазам видно, башковит. Во всяком случае, взгляд пытливый, а дурости ни на грамм не просматривается. Порода! На бестолковку обруч напялен, золотом блестит. Как там Зоримира по поводу властителя вещала, а Михаил запомнил?

Человек, голову которого обхватывает Кольцо-Обруч, являет собой вящего. Слово мудреное, сказала бы просто – правителя. Так вот, «обруч», определяет предназначение личности, «Обручённой» с его новой Духовной Сутью, сделавшей осознанный выбор в своей дальнейшей Судьбе. То есть человек, надевший на свою голову «кольцо-корону», не просто поменял свою Судьбу, а возложил на себя огромную ответственность за весь свой род. Как-то так. Но все же, как на вкус Каретникова, мог бы одеться более привычно. Х-хо! Это еще что за сморчок лысый из-за кресла выглядывает? Ни дать ни взять, педик в трауре. Иначе классифицировать этого дедушку сложно. Черный балахон подолом пол метет. Еще один деятель Гардара объявился?

Каретников в роли скованного по рукам изваяния торчал посредине большого зала вполне современного вида. Даже под потолком люстры электрическими лампочками светят…

Наверняка правителю самому надоело в гляделки играть, потому и обратился, правда вовсе не к Михаилу:

– Что-то он слишком молод, Белун?

Сморчок вышел из-за кресла, встал рядом с подлокотником, ответил на вопрос правителя:

– Не верь глазам своим, княже. Это тот, кого называют перевертышем. Ему может быть и сотня лет сейчас, а может и больше…

Во! Загибает старикашка. Откуда только и взял такую информацию.

– …Прошлый пленник примерно так выглядел, только под пыткой удалось узнать, что ему за сотню лет перевалило. Поверь, и этот такой же.

– Ну-ну. – Теперь спросил именно Михаила: – Что скажешь, боярин?

Каретников сделал «большие глаза», а на лицо «натянул» тупизну, сам весь скукожился, голосом чуть ли не заблеял:

– Прошу прощения, товарищи. Я что-то не совсем понял, куда это меня привезли… и з-зачем?

По залу шепоток прошел. Вот только крендель в кресле «вестись» на попытку увильнуть в сторону никак не желал. Расхохотался в лицо плененному. Заливисто, весело, как смеются люди в свое удовольствие. Отсмеявшись, смахнув выступившую из глаза слезу, вполне нормальным, серьезным голосом подозвал одного из стоявших столбами молодцов, надо понимать, охранника.

– Пересвет, поди Глухаря сюда покличь. Скажи, нужен. Лик может не прятать, он свой урок исполнил. Да-а! Стой! Зоримиру тоже позови, а то приехала и до сих пор глаз не кажет.

– Слушаюсь, княже!

Х-хе! У охранника в глазах от общения с кренделем сплошной щенячий восторг. Как же? Сам «председатель» вниманием оделил. Михаил посчитал такое использование телохранителя ошибкой «патрона». Каретников меж тем продолжил в новый образ входить. Хуже ведь уже не будет, может, действительно за идиота признают. Пока кто-то за кем-то бегал, сам князь развлекался.

– Так говоришь, по ошибке тебя схватили?

– Истинно так. В толк не возьму, в чем виновен и в каком преступлении вы меня подозреваете?

– И кем же ты будешь, мил человек? Поделись. О себе расскажи. Так и время скоротаем.

Каретников частя, будто волнуясь чего-то не успеть сказать, озвучил легенду о юном работнике страхового учреждения. Пожаловался, что работы много, а платят копейки. Устает бедняга. Правитель поддакивал, даже посочувствовал ему.

За спиной похлопали в ладоши.

– Браво!

Оглянулся. Комитетчик собственной персоной. Стоит, зубы скалит. Спросил, переведя взгляд с Михаила:

– Звал, князь?

– Звал. Иди сюда поближе, Светослав.

Что за хня такая? Этого урода ведь Денисом зовут.

Проходя мимо, предатель бросил слово Михаилу:

– Что, думал, в сказку попал?

Не преминул ответить, прошептал, но так, чтоб оппонент услышал.

– С-сука ты!

Князь кивнул головой, разрешил:

– Говори.

– Княже, сей пленник из Варны витязей. Я могу с уверенностью утверждать это. Было бы по-иному, он вряд ли оказался под покровительством генерала Аксенова. Нас там так не готовили, как его. Но учил его сам Сириец. В определенном кругу бойцов ПГУ это имя говорит о многом. Опять-таки, троих карабов «положил», а оружия при нем никакого не было. Точно знаю.

– А к ведающим он отношение имеет? Может, в своем роду он боевой волхв? – уточнил князь.

– Нет!

Все присутствующие развернули головы в сторону двери. Звонкий голос молодой ворожеи, кажется, заполнил собой зал.

– Нет. Я проверяла. Ведающий тянется к пониманию мира, читает книги, получает знания и откровения от Учителя, Неба, Природы. Но уж никак не руками-ногами машет, причём весьма профессионально.

– Когда увидеть успела?

– Вящий! Трое карабов погибли. Я ситуацию литить стала, когда он Бера кончал, его глазами все и видела. Этот витязь на уровне кудеяра мастерством обладает.

Князь впервые за весь разговор поднялся на ноги, жестом руки пресек попытку ближников вскочить с лавок.

– Сидеть!

Каретников давно понял, что правитель только внешне выглядит рубахой-парнем, на самом деле чистый тиран, автократ и самодур. Вон уж сколько общаются, а десяток значимых людей без дозволения и пикнуть не смеют.

Подошел близко к Михаилу, тем самым заставил напрячься охрану. Улыбается, словно только что друга в нем распознал.

– Слушай, битый час толкуем, а если б не Светослав и Зоримира, и на шаг не продвинулись. Рассказывай. А? Через два часа по телевизору «Следствие ведут знатоки» показывать будут, а ты кочевряжишься, пургу несешь. Видишь, мы и так много про тебя знаем.

Каретников вспылил.

– Прошу прощения. Чего вы от меня хотите? Да. Сотрудник Комитета. Так что? На каждом углу об этом кричать?

Князь усмехнулся.

– Мне твой Комитет до задницы. Понял? Меня ты интересуешь. Вернее то, каким образом перевертышем стать можно. Осознал?

Вот оно что! А ларчик просто открывался. Это они за Белояровой тайной гоняются. Умники! Ща-аз-з! Так он и расколется до самой жопы. Держи карман шире!

– Какие перевертыши? Я про них ничего не знаю.

Перед глазами, у самого носа появился его медальон-ладанка, повисшая на шнурке в кулаке правителя. Михаил думал, что потерял его в доме, когда боролся с группой захвата, а выходит, что вон оно как…

– Твой?

Чего отпираться? Небось, с груди и сняли, когда без сознания был.