Фантастика 2026-90 - Василий Седой

Мне пришлось совсем немного напрячься, и вот уже по комнате поползли огромные насекомые: пауки, волосатые многоножки и черные скорпионы. После них из стен полезли такого же размера многозубые черви, они прогрызали перекрытие и тяжело падали на пол, рассыпая штукатурку.

Мои оппоненты опешили, крутя головами по сторонам и уворачиваясь от паучьих ядовитых крючков. Только старик стоял, не меняя положения и продолжая шептать, опустив голову.

За насекомыми потекла ледяная вода, она быстро прибывала и наполняла комнату, сразу же покрываясь тонким слоем льда, но вновь прибывающая порция воды ломала эту корку и впивалась осколками, разрезая руки и ноги.

— Что тут происходит? — недоумевал Тоши Кимура, раскрыв глаза и придерживая рукой окровавленный кусок своего раненого бедра.

Константин молчал, только напряженно следил за всем, что появлялось вокруг, хотя сам стоял в порезах и крови.

— Учитель, это зрительная ловушка, — пояснил он, наотмашь откинув вцепившегося в его руку червя.

— Нравится? — улыбнулась я. — С удовольствием добавлю.

Следующими появились полчища блох и вшей, которые летели тучами, покрывая все вокруг, кусая и заползая в глаза, уши и нос. Все начали чесаться и чихать, но мои старания не коснулись старого клирика, который продолжал стоять, как вкопанный. Тучи насекомых обтекали вокруг него, словно обходили невидимый купол.

— Отвлекитесь! — строго приказал своим помощникам отец Адриан. — Это иллюзия, вы теряете время.

В этот момент Константин и Тоши Кимура зажмурились, и мой сюрприз растворился в воздухе. И как только эти двое присоединились к старику, я почувствовала ломоту во всем теле, будто оно постепенно становилось мне маленьким и чужеродным, пытаясь выдавить меня из себя. Вроде пустяк, но неприятно.

— Где мои верные помощники? — громко позвала я. В эту секунду по ту сторону стены рядом с тринадцатью появились Саймон, Ментор и Даниил. Они приблизились к границе и, воздев руки, приготовились.

— Начинаем, — шепнул отец Адриан своим сторонникам. — Соберитесь, прошу. — После он поднял голову и твердо прочел: — Да воскреснет Бог! И расточатся враги Его!

— Серьезно? — усмехнулась я, прохаживаясь вдоль комнаты.

— Подыми рабу Твою, Спаситель мой, много терпевшую, избави храм сей от нечистого духа!

По моему телу поползли колючие мурашки, с каждой минутой становилось теснее и тяжелее, отчего появилось одно желание — удалиться.

— Свят! Свят! Свят Господь! Полны небо и земля славы Твоея!

— Проклятый схимник! — не выдержав, зарычала я. — Чего ты добиваешься?

— Оставь Александрину! И уходи на свою сторону! Эта девочка нам нужна.

— Она и нам нужна, — зло процедила я. — Ты не знаешь, чего просишь. Сотру тебя в пепел! — После этих слов я накинула на упрямцев тьму, которая лишает зрения.

— Работаем! — упорно продолжил отец Адриан.

Мое самочувствие резко ухудшилось, появилось удушье и огненный жар. Но самое странное, что я не могла уйти из комнаты, меня что-то не пускало.

Дернувшись в сторону, я поняла, что бормотание клирика сковало меня, удерживая на одном месте. Встретить такое противоборство от людей было немыслимо и неожиданно.

— У тебя ничего не выйдет, — бросила я старику. — Ты ведь знаешь, тебе не удастся меня удержать.

— Господи! Милостивый! Спаси рабу Твою! — воззвал старец, подняв голову и устремив взгляд прямо на меня. — Не даждь пропасть сей душе! Приди и укрепи!

Ломота в моем теле на тот момент усилилась еще больше, от клирика исходил сильный жар, это заставляло отойти подальше, но у меня не получалось сдвинуться с места. Тогда я применила силу, окатив оппонентов волной, которая свалила с ног парня с мужчиной, но упрямый черноризец был стойким, он лишь покачнулся и продолжил произносить что-то неприятное.

— Уничтожу тебя, — прохрипела я. — Надо было с этого начать, как ты мне надоел.

— Отче, силы на максимуме, — быстро поднявшись, шепнул Тоши Кимура и посмотрел на Константина, который вскочил следом, снова застыв в напряженном положении. — Ты с нами? — спросил он ученика, но тот не ответил и даже не отреагировал.

Зато отреагировала я:

— Это мой воин. Вы еще не поняли? Поэтому с вами двумя мы легко справимся.

Внезапно старик заговорил на страшном для меня языке — арамейском. Он призывал Его, и от этого мне стало невыносимо. Слова выворачивали и причиняли боль, будто на все мое тело прижигали огромное клеймо. Но помимо этого были еще силы, которые удерживали меня на месте. Я в бешенстве переводила взгляд с одного человека на другого, пытаясь поймать поток, но их действия были очень запутаны.

— Самаэль! — громко произнес клирик. — Выйди вон из этого храма! Приказываю тебе! Именем Бога нашего!

— А-а-а!! — зарычала я, вырываясь из ненавистных оков, для чего применила все свои силы, но от этого лишь затрещали стены дома. Неожиданно по всей комнате засветились до того невидимые для меня знаки: кресты и Его имя, поставленные благовонными маслами и святой водой по периметру стен. — Ловушка! Мерзкая ловушка! Проклятый старик!

— Отпусти ее! — приказал отец Адриан. — Выйди вон!

— Нет! Не отпущу! Она моя! Давно моя! Обещанная! Какие у тебя права? А мы ждали ее веками. Веками! И сейчас ты думаешь, что по твоему желанию мы все бросим?

Седой клирик снова принялся за призывы на арамейском. Комната, окруженная светом крестов и Его имени, стала для меня страшным гигантским прессом, давящим и разрывающим изнутри. Мне было очень тяжело выдержать это под бормотание черноризца и постоянное присутствие имени Того, Кого превзойти мы не можем. Хотелось вырваться, во что бы то ни стало, уничтожить источник арамейской речи и уйти на свою сторону, где меня ждали верные братья.

— Саймон! — закричала я. — Усиливайте меня! Их сейчас двое, отсекайте воздействие. Ставьте блок! Сейчас!

— Чего он хочет? — насторожился Тоши Кимура. — Что за блок?

— Думаю, это их трехстороннее ограждение Самаэля от нашей силы, — предположил отец Адриан. — Сейчас та тройка начнет выстраивать защитный блок трехгранник, и, освободившись от нашего воздействия, верховный сможет уйти.

— Этого нельзя допустить, — нахмурился мужчина. — Нас ведь тоже трое, мы должны встать в противодействие.

— Наши силы имеют разное начало, — с сожалением ответил старец. — А у них — одно. И трое ли нас?

Тоши Кимура повернулся к Константину, который стоял отстраненно от них, напряженно зажавшись и устремив взгляд в пустоту.

— Ты с нами? — снова спросил учитель. — Костя, да что с тобой такое? Ты нужен нам, три стороны на три, придется отбивать их.

— Несчастные, — самодовольно усмехнулась я. — Это мой воин. Он сам пришел к нам, вы не знали? Его желание перейти очень кстати. Ты не передумал?

Константин вздрогнул, будто вышел из ступора, и, склонив передо мной голову, подтвердил:

— Я буду