Послесловие - Артём Александрович Коваль

– У нас два разведывательных дрона. Оба рассчитаны на открытый космос, в помещениях они бесполезны. Идём ногами. – Она помолчала. – Марен, если через двенадцать часов мы не вернёмся – отстыковывайся, возвращайся к выходному окну, уходи в коридор. Доложи Спайке.

– Понял. Буду ждать двенадцать часов и одну минуту.

Рен улыбнулась и пошла одеваться.

Стыковочный рукав – труба три метра в диаметре, гладкие стены, мягкий свет из невидимых источников. Воздух пах чистотой, стерильной и полной, как в только что собранном помещении. Ни пыли, ни запаха старости. Рен шла первой, за ней Касс с фонарём (который оказался лишним – станция освещала себя сама), за ним Боша с портативным сенсорным комплектом, замыкающим – Анри, инженер и единственный в экипаже человек, побывавший внутри действующей станции Сети.

– На Узле-4 внутренности другие, – сказал Анри, оглядываясь. – Там стены шероховатые, дизайн утилитарный. Здесь… тоньше. Будто другой архитектор.

– Или другой заказчик, – сказала Боша.

Рукав вывел в зал. Большой – сто метров в поперечнике, потолок на высоте пятнадцати метров. Кольцеобразный, повторяющий форму станции. По стенам – ниши, проёмы, ответвления коридоров. Пол – гладкий, чуть пружинящий материал, приятный под ногами даже через подошву скафандра. И снова мягкий свет, рассеянный, без теней.

Пусто. Тихо. Ни мебели, ни оборудования, ни следов обитания. Зал выглядел как помещение, из которого вынесли всё и вымыли полы. Или как помещение, в которое ещё ничего не внесли.

– Боша? – сказала Рен.

– Сканирую. Атмосфера стабильна по всему объёму. Температура ровная. Энергетическая активность – фоновая, без локальных источников. Никаких движущихся объектов в радиусе действия сенсоров.

Они двинулись по залу, заглядывая в боковые коридоры. Одинаковые – трёхметровые тоннели, уходящие вглубь станции, освещённые тем же ровным светом. Рен считала проёмы: восемь, двенадцать, двадцать. Зал был хабом – перекрёстком, откуда расходились десятки путей.

– Выбираем направление, – сказала Рен. – Боша, где центральное кольцо?

Боша свериласьн с навигацией.

– Вниз и к центру. Третий коридор слева должен вести к радиальной перемычке.

Третий коридор слева привёл к перемычке – широкому переходу между внешним и средним кольцом. Здесь впервые появились следы… чего-то. На стенах – панели, похожие на экраны, тёмные, спящие. В полу – канавки, возможно, направляющие для транспортных платформ. На потолке – ряды сфер размером с кулак, вделанных в поверхность.

Анри остановился у одной из панелей и коснулся её рукой. Панель вспыхнула.

Все замерли. Панель светилась мягким голубоватым светом. На ней проступали символы – ряды значков, ни один из которых Рен не узнала. Через три секунды символы сменились. Новые были другими, но тоже незнакомыми. Ещё через три секунды – ещё одна смена. Потом панель перешла на лингву.

Лингву – общий язык Сети, который люди до сих пор использовали для торговли и навигации. Символы были архаичные, старше современной лингвы, но узнаваемые. Рен читала медленно, мысленно подставляя современные аналоги.

ОБЪЕКТ РАСПОЗНАН. КЛАСС: МАЛОЕ СУДНО. ЭКИПАЖ: ДВЕНАДЦАТЬ БИОЛОГИЧЕСКИХ ЕДИНИЦ. ВИД: ОПРЕДЕЛЯЕТСЯ.

– Она нас видит, – сказал Касс.

Символы сменились.

ВИД ОПРЕДЕЛЁН. КАТАЛОЖНЫЙ НОМЕР 1173. ДОПУСК: СТАНДАРТНЫЙ. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ. ОЖИДАНИЕ ЗАВЕРШЕНО.

– Каталожный номер 1173, – повторила Боша. – Люди – вид номер 1173 в каталоге Сети. Я читала об этом в архивах Хранителей. Тысяча сто семьдесят три – из предположительно двух тысяч каталогизированных видов.

– Ожидание завершено, – сказала Рен. – Она ждала. Вопрос – чего.

Панель сменила текст.

ПРОЙДИТЕ К ЦЕНТРАЛЬНОМУ УЗЛУ ДЛЯ ПОЛУЧЕНИЯ ИНФОРМАЦИИ. МАРШРУТ ОБОЗНАЧЕН.

На полу зажглась линия – тонкая полоса голубого света, уходящая вглубь перемычки в направлении центрального кольца. Приглашение. Или ловушка. Или и то и другое.

– Идём, – сказала Рен.

Глава 5. Центральный узел

Линия вела их двадцать минут. Через перемычку, через среднее кольцо (похожее на внешнее, но меньше и плотнее застроенное – здесь были помещения, похожие на лаборатории: стойки, ёмкости, рабочие поверхности, всё пустое и чистое), через вторую перемычку – и в центральное кольцо.

Центральное кольцо было другим. Здесь пространство сжималось, становилось концентрированным. Потолки ниже, стены ближе, свет – ярче, направленнее. Здесь стояло оборудование: массивные блоки, встроенные в пол и стены, покрытые индикаторными панелями, на которых перемигивались огоньки. Работающее оборудование. Гудение – низкое, ровное, ощутимое скорее костями, чем ушами.

Линия привела их в зал, который отличался от всего виденного ранее. Круглый, тридцать метров в диаметре. В центре – столб, от пола до потолка, диаметром около двух метров. Столб светился изнутри – пульсирующим, медленным ритмом, как дыхание спящего существа. Вокруг столба – кольцо панелей, развёрнутых к входу, как трибуна к оратору.

На панелях горела лингва.

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В УЗЛОВУЮ СТАНЦИЮ 7714. СТАНЦИЯ НАХОДИТСЯ В РЕЖИМЕ ОЖИДАНИЯ 612 ЛЕТ. ФУНКЦИЯ СТАНЦИИ: ХРАНЕНИЕ И ПЕРЕДАЧА ИНФОРМАЦИОННОГО ПАКЕТА.

– Двенадцать лет после Обрыва, – быстро посчитала Боша. – Она включила режим ожидания через двенадцать лет после Обрыва. Значит, в момент Обрыва здесь кто-то был. Кто-то, кто настроил её ждать.

Рен подошла к панелям ближе. Текст обновился.

ИНФОРМАЦИОННЫЙ ПАКЕТ ПРЕДНАЗНАЧЕН ДЛЯ ЛЮБОГО РАЗУМНОГО ВИДА ИЗ КАТАЛОГА СЕТИ. ОБЪЁМ ПАКЕТА: ЗНАЧИТЕЛЬНЫЙ. ФОРМАТ: АДАПТИВНЫЙ. ПАКЕТ БУДЕТ ПЕРЕДАН В ФОРМАТЕ, ДОСТУПНОМ ДЛЯ ВИДА-ПОЛУЧАТЕЛЯ. ПОДТВЕРДИТЕ ГОТОВНОСТЬ К ПРИЁМУ.

– Что за пакет? – спросила Рен вслух.

Панель ответила.

СОДЕРЖАНИЕ ПАКЕТА: ДИАГНОСТИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ СЕТИ НА МОМЕНТ ОТКАЗА. ПРИЧИНЫ ОТКАЗА. ПРОТОКОЛЫ ВОССТАНОВЛЕНИЯ. ИНСТРУКЦИИ.

Четыре человека стояли в центре мёртвой станции, которая была живой, и смотрели на эти слова. Рен слышала дыхание Касса – ровное, контролируемое, дыхание человека, который старается не потерять самообладание. Слышала, как Боша тихо ругается на каком-то диалекте, которого Рен не знала. Слышала молчание Анри – тяжёлое, плотное молчание инженера, который вдруг понял, что стоит перед чем-то настоящим.

Причины отказа. Протоколы восстановления. Инструкции.

Шестьсот лет человечество – и все остальные – гадали, что произошло. Строили теории, религии, империи на основании обрывков и домыслов. А ответ ждал здесь. В пустой системе, в восьмидесяти двух световых годах от ближайшего обитаемого мира. За нестабильным коридором, который звал, тянул к себе, пока кто-нибудь не приехал.

– Марен, – сказала Рен в коммуникатор. – Ты слышишь?

– Слышу. Каждое слово. Рен…

– Знаю.

– Что делаем?

Рен посмотрела на пульсирующий столб, на панели с их ровным голубоватым светом, на слова «ПОДТВЕРДИТЕ ГОТОВНОСТЬ К ПРИЁМУ».

Информация. Самый ценный ресурс во вселенной, где знание утрачено, а расстояния чудовищны. Информационный пакет