Землянка для наемников - Тина Солнечная

Он задержался на секунду, задумчиво окинул меня взглядом и добавил:

— Хотя нет. Не способна.

Я стиснула зубы, чувствуя, как внутри поднимается волна раздражения. Но в этот раз не стала отвечать.

Вместо этого просто встала из-за стола и ушла обратно в каюту.

Неизвестно, сколько времени спустя…

Я сидела на кровати, прислонившись к стене, и глядела перед собой. Без часов или окна время потеряло смысл.

Как долго я тут? Час? Несколько?

Желудок уже не сжимался от страха, но внутри всё ещё было пусто. Как будто меня выбросили из моей старой жизни в ничто, и теперь я просто зависла между тем, что было, и тем, что ещё не определено.

Но сидеть вечно в этой маленькой каюте я не могла.

Я глубоко вдохнула, встала, направилась к двери и вышла в коридор.

Теперь, когда я не шла под конвоем, а просто двигалась сама, можно было наконец разглядеть детали.

Судно было огромным, но не казалось безликим. Широкие коридоры, гладкие металлические стены, кое-где покрытые следами царапин и вмятин, словно за плечами у корабля было немало боёв. Тусклое освещение, едва подсвечивающее поверхность, никаких ярких ламп или декоративных панелей — всё строго, минималистично.

Я прошла дальше, ступая мягко, вслушиваясь в глухое эхо шагов.

Через открытые переборки я видела технические помещения, какие-то панели с мерцающими символами, ряды оружейных стоек. В воздухе пахло металлом и чем-то маслянистым, но не было затхлости — судно поддерживали в идеальном состоянии.

Я свернула за угол… и чуть не врезалась в кого-то.

Он стоял, прислонившись к переборке, скрестив руки на груди, и смотрел на меня так, словно ждал, когда я сюда выйду.

Другой.

Не тот, с кем я разговаривала за ужином и не тот с желтыми глазами. Он был за столом, но я пока их плохо различала.

Этот был выше, плечи массивнее, руки покрыты чем-то похожим на едва заметный узор шрамов. Волосы тёмные, но с серебристым отливом, длиннее, чем у остальных, собраны в грубый хвост.

Но главные детали я увидела, когда он чуть склонил голову, рассматривая меня.

Глаза.

Они были разные.

Один — тёмный, почти чёрный.

Другой — бледно-голубой, с тонкой вертикальной щелью вместо зрачка.

Меня передёрнуло.

— Заблудилась? — его голос был ниже, чем у остальных, чуть хрипловатый.

Я не знала, что ответить.

Я сглотнула, ощущая, как внутри нарастает странное напряжение.

Этот Ранкар отличался от остальных. В нём было что-то хищное, но не агрессивное. Просто он смотрел не так, говорил не так.

Я почувствовала, как мои пальцы непроизвольно сжались в кулак. Было неловко. Разговаривать с ним казалось чем-то… странным. Как будто я вторгалась в пространство, куда мне не следовало соваться.

Но отступать было ещё глупее.

— Эм… — Я выпрямилась, пытаясь взять себя в руки. — Ты… один из них? В смысле, вы же все… Ранкары?

Он чуть приподнял бровь, словно раздумывая, стоит ли вообще отвечать, но всё же кивнул.

— Очевидно.

— А… как давно вы занимаетесь этим?

— Чем именно?

— Ну… наёмничеством.

— Достаточно давно, — уклончиво ответил он.

Я закусила губу.

— Это у вас… семейное? Или как-то по-другому?

Он чуть наклонил голову набок, разглядывая меня с выражением лёгкого недоумения.

— У каждого свои причины быть здесь.

Не слишком разговорчивый.

Но мне вдруг стало интересно.

— А у вас есть правительство? Какое-то единое объединение? Или каждый сам за себя?

— Есть. Но в нашем мире много кланов. Не все из них следуют одним и тем же правилам.

— Кланы?

Он кивнул, но не стал объяснять подробнее.

Я задумалась.

— А… твоя планета… какая она?

Он чуть дольше смотрел на меня, а затем медленно проговорил:

— Ты задаёшь слишком много вопросов, землянка.

Я почувствовала, как у меня перехватило дыхание.

Кажется, перегнула палку.

Возникла пауза, неловкая и затянувшаяся.

Я не знала, как её заполнить, и первое, что пришло в голову:

— А как тебя зовут?

Он не сразу ответил.

Его губы чуть дрогнули, но выражение лица оставалось прежним — холодно-оценивающим.

Казалось, что он просто не хочет отвечать.

Но потом, словно нехотя, он выдохнул:

— Дрейан.

— Дрейан, — повторила я. Затем осторожно добавила: — Мне нельзя было спрашивать?

Он чуть сузил глаза, а потом склонил голову набок, разглядывая меня с каким-то странным выражением.

— В нашей культуре, — проговорил он медленно, — женщины не интересуются именем мужчины, пока не рассматривают его в партнёры.

Я застыла.

Губы приоткрылись, но слова застряли в горле.

Он не шутил.

Мои щеки вспыхнули.

— Ох… — Я стиснула зубы, не зная, куда себя деть. — Прости! Я… я не имела в виду ничего такого!

Он медленно кивнул, но взгляд его оставался непроницаемым.

— Конечно, — сказал он ровным голосом.

— Тем более, у тебя, наверное, уже есть… жена или любимая? — Я попыталась как-то вырулить разговор в более безопасную сторону.

Но стоило мне это сказать, как что-то изменилось.

В уголках его губ дрогнула горькая усмешка.

— Это была плохая шутка, — сказал он, и в голосе прозвучала странная усталость.

Я открыла рот, но не нашла, что сказать.

— Хорошей прогулки, землянка.

Он повернулся и ушёл, оставив меня глупо стоять посреди коридора с ощущением, что я вмешалась во что-то, чего не должна была касаться.

Глава 3

Я продолжала бродить по кораблю, пытаясь запомнить коридоры, переборки и двери, ведущие в разные отсеки. В какой-то момент я повернула за угол и оказалась в столовой, а там он.

Тот самый желтоглазый, который первым заговорил со мной.

Он сидел за столом, склонившись над каким-то устройством. Его длинные пальцы ловко двигались, соединяя детали, скручивая провода. Вокруг валялись инструменты, некоторые из которых выглядели совершенно незнакомыми, но определённо высокотехнологичными.

Я застыла, намереваясь развернуться и уйти, пока он не заметил меня.

Но он поднял голову и, не прекращая работы, спокойно сказал:

— Оставайся, если хочешь.

Я моргнула.

Ну, раз так…

Я неуверенно подошла, присела рядом. Чувствовала себя не в своей тарелке, но любопытство пересилило неловкость.

Наблюдать за его работой оказалось завораживающим.

Он двигался уверенно, спокойно, с какой-то особенной сосредоточенностью. В руках у него что-то мерцало, вспыхивало маленькими огоньками. Он соединял детали, сканировал их, подносил к глазам, проверяя результат.

Я молчала.

Мы сидели в тихом, почти уютном молчании, и я чувствовала, как напряжение понемногу отступает.

Но внутри всё равно зудел вопрос, который не давал мне покоя.

Я набрала воздуха в грудь и, прежде чем успела передумать, выдохнула:

— Я хотела бы понять… почему Дрейан обиделся, когда я сказала,