Эволюционный предел - Андрей Андреевич Красников

– Да, конечно.

Дом, в котором располагалась корпоративная квартира, мне понравился – от старой кирпичной кладки веяло древней основательностью, а реставрированный фасад, крошечные балконы и огромные окна придавали зданию налет эксклюзивности. На фоне более скромных построек, а также маячивших вдалеке небоскребов оно действительно казалось чем-то особенным.

– Шестой этаж. Я вас провожу, Курт.

– Спасибо.

Встретивший нас консьерж передал мне два вычурных металлических ключа и пожелал хорошего отдыха, мы с Гарсией зашли в просторный лифт, тот с легким поскрипыванием стронулся с места, а еще через минуту я оказался на пороге своего будущего жилища.

– Квартира забронирована для вас на весь срок контракта, – объяснил сопровождающий, включая свет. – Здесь есть все необходимое для жизни, но вы можете дополнить либо изменить обстановку по своему вкусу. Если вам захочется снять жилье в другом районе города, институт не имеет ничего против.

– Мне здесь нравится.

– Отлично. Могу я еще чем-нибудь вам помочь?

– Думаю, нет.

– Прачечная расположена в подвале, доставка работает стандартно. Чтобы вызвать такси или что-то узнать, можно связаться с администратором. Внутренний телефон, код один-ноль-один.

Я наградил маленький стационарный аппарат откровенно недоверчивым взглядом, но затем принял новые правила игры и кивнул:

– Хорошо, буду знать.

– Здесь ваш пропуск в институт и моя визитка. Если забудете адрес работы или потребуется какая-нибудь помощь, звоните.

– Хорошо.

– В таком случае, желаю вам хорошего дня, Курт. Еще увидимся.

– И вам того же.

Наконец-то оказавшись в полном одиночестве, я медленно прошелся по квартире, заглянул в ванную комнату, после чего раздвинул шторы и сел на диван, изучая стену расположенного с противоположной стороны дороги здания. В голове творился какой-то хаос, мне хотелось упасть на кровать и отключиться, но подкравшийся голод заставил меня выйти в коридор, спуститься на первый этаж и подойти к уже знакомому консьержу.

– Не подскажете, есть где-нибудь рядом демократичный ресторан или магазин готовой еды?

– Конечно, господин Шнайдер. Как только выйдете из дома, сразу же поверните налево и дойдите до ближайшего перекрестка. Там есть хороший ирландский паб.

– Большое спасибо.

Посещение рекомендованного заведения обошлось мне в кругленькую сумму, но аванс я уже получил, так что мог позволить себе немного расслабиться. Тем более, что весь остаток дня от меня больше никто ничего не требовал.

– Хотите попробовать наш фирменный эль?

– Разве что самую маленькую порцию.

– Одну секунду, мистер.

Вернувшись после обеда к себе домой, я разделся, некоторое время простоял под теплым душем, после чего добрался до кровати и без сил упал на гладкую простыню. Силы куда-то исчезли, глаза начали слипаться, а в голове между тем все отчетливее и отчетливее проступала не совсем привычная мысль – я начал понимать, что каким-то чудом вырвался из тягучей немецкой рутины, обменяв ее на американский ритм жизни, американскую работу и американские возможности. У меня действительно получилось это сделать.

– Получилось...

Утро следующего дня оказалось гораздо более нервным – выбравшись из кровати и приведя волосы в порядок, я долго расправлял складки на своем единственном костюме и думал о том, что для начала следовало озаботиться пополнением гардероба, а не изучением ближайших ресторанов. Но время было упущено, старт рабочего дня приближался и в конце концов мне пришлось выйти из дома в привычном облике небогатого европейского студента. Благо, что на фоне прохаживавшихся по тротуарам бездомных мой внешний вид не вызывал явного отторжения.

Пешком до института следовало идти минут двадцать, поэтому я не стал искать такси, а устроил себе короткое знакомство с районом. Чего-то сногсшибательного здесь не наблюдалось, самые большие небоскребы находились в стороне, однако глобальный достаток местных обитателей все равно чувствовался – даже несмотря на традиционный мусор, разрисованный асфальт и тех самых бездомных.

Я заметил на себе взгляд седого афроамериканца в грязной вязаной шапке, после чего быстро пересек улицу, вышел на Лексингтон-авеню и наконец-то окунулся в ту атмосферу деловой жизни, которая была знакома каждому жителю нашей планеты по многочисленным голливудским фильмам. Рядом со мной одно за другим проезжали обшарпанные желтые такси, чуть поодаль злобно сигналил большой двухэтажный автобус, вокруг мелькали спешившие по своим делам люди, а еще дальше начинались бесконечные офисные здания.

Нужный мне дом оказался не таким уж высоким, зато основательным – в отличие от соседей, он растянулся на целый квартал и выглядел еще одним реликтом позапрошлого века. Чувствовалось, что здесь была произведена серьезная реконструкция, однако менять внешний облик в угоду современным дизайнерским решениям никто не стал – новой выглядела только входная группа.

Временный пропуск сработал безотказно, охранники не стали выставлять меня за дверь, однако дальше я был вынужден убить около десяти минут на процедуру биометрической идентификации, в ходе которой мне пришлось сделать сканирование пальцев и роговицы. После этого сотрудник местной службы безопасности торжественно достал из холодного пресса именную металлическую карту и сообщил, что она открывает доступ к четвертому этажу здания.

Не больше и не меньше.

– Я могу идти?

– Конечно, мистер Шнайдер.

Приближался самый напряженный момент – согласно озвученному Дитрихом регламенту, я должен был встретиться со своим непосредственным куратором и получить от него точное задание.

– Хорошего дня... мисс, вы не подскажете, где найти кабинет Уильяма Ридли?

– Налево и до конца, – откликнулась скучавшая за стойкой блондинка, окидывая меня внимательным взглядом больших наивных глаз. – Курт Шнайдер, верно?

– Да, мисс.

– Вы опаздываете.

– Уже иду.

К моему несказанному облегчению, начальник не обратил никакого внимания на крохотный просчет по времени – когда я оказался в его кабинете и мы обменялись стандартными любезностями, он сразу же перевел беседу в деловое русло.

– Скажите, Курт, кто именно был вашим научным руководителем?

– Профессор Марк Фишер.

– Во время изучения вашей аттестационной работы у меня создалось впечатление, что его руководство являлось чисто номинальным. Не могли бы вы прояснить этот момент?

– Профессору не нравилась выбранная мною тема, мистер Ридли. Он старался от нее абстрагироваться.

– Но вы не захотели ее менять. Это похвально.

– Во время разговора с мистером Дитрихом он ясно дал мне понять, что моя работа выглядит не совсем качественно.

– Да, это так, – не стал спорить с очевидным фактом собеседник. – Вы распыляетесь между смежными темами, не можете определить для себя стержневую концепцию, чересчур максималистично относитесь к историческим фактам и оперируете не самыми точными данными.

– Все настолько плохо?

–