Системный тактик 3 - Максим Игоревич Крынов

Марику за руку и повела к двери. Следом направилась одна из прибывших слуг, сопровождающая девушки: широкоплечая женщина в тёмном платье, рядом с которой слово «благонравие», похоже, обрастало железными пластинами.

Когда дверь закрылась, в гостиной стало тише. В камине негромко осыпался уголёк, ветер шуршал ветвями по стеклу, издалека донесся стук экипажных колёс. Служанка вынесла чайник, лакей поставил возле Селесты блюдо с тонко нарезанным засахаренным лимоном.

Леди Вейр выглядела спокойнее. Первая задача визита была выполнена: она убедилась, что наследник Даллосов не теряет сознание посреди беседы. Она могла вернуться домой с благоприятным докладом и считать семейную часть завершённой.

Ну, так она считала.

Мать и отец не обратили на выходку Элины никакого внимания: похоже, сестра не выкинула неожиданный фортель, а похитила мою невесту с их одобрения. Отец дождался, пока лакей закончит разливать чай, а потом подтвердил мою мысль:

— Леди Селеста, вы не будете возражать, если дальнейший разговор пройдёт без слуг?

В его голосе не появилось ни нажима, ни торжественности. Обычная просьба хозяина, пожелавшего коснуться деликатной семейной темы. Селеста посмотрела на него внимательным взглядом.

— Разумеется, лорд Эдвин.

Отец перевёл глаза на Марсдена.

— Оставьте нас и проследите, чтобы до звонка сюда не входили.

— Да, милорд.

Марсден поклонился, молодая служанка забрала запасной чайник, лакей поднял опустевший поднос, управляющий вышел последним и бесшумно прикрыл тяжёлую дверь. Шаги удалились по коридору, малая гостиная будто сжалась вокруг четырёх кресел, а потрескивание поленьев стало отчётливее.

В комнате остались Селеста, Мира, Эдвин и я.

Глава 2

Наигранная благожелательность исчезла с лица отца, оставив спокойную неподвижность. Отец собственноручно налил себе чай, разбавил его горячей водой и положил ложечку поперёк блюдца. Серебро коснулось фарфора с сухим звоном, который в опустевшей гостиной показался излишне громким. Затем Эдвин наклонился к кожаному портфелю возле кресла и вынул тонкую папку в тёмно-зелёной обложке.

Селеста следила за каждым движением, ещё не понимая, куда повернул разговор. Её чашка оставалась в руке, а на блюдце лежал нетронутый ломтик засахаренного лимона.

— Возникли затруднения с соглашением о помолвке? — спросила она, выбирая наиболее подходящую причину для разговора без слуг.

— Отнюдь. Будущее наших детей представляется мне безоблачным, — ответил Эдвин. — Тема связана с торговыми предприятиями наших Домов.

Улыбка Селесты сохранила прежнюю меру учтивости. Если неожиданный поворот её и насторожил, она никак этого не показала.

Отец положил папку на стол, но не передал гостье и не раскрыл её.

— Диспетчерская контора Вейров определяет порядок прохождения грузов в нескольких перевозочных компаниях, совладельцами которых являются Даллосы. Все верно?

— В пределах управляющих соглашений, — отозвалась Селеста. — Контора приняла это направление несколько лет назад. Насколько мне известно, результаты удовлетворяют всех совладельцев.

— Объём перевозок вырос.

— Да.

— Годовой доход увеличился, а средний срок задержки экспедиций сократился.

— Совершенно верно.

Эдвин открыл папку и провёл пальцем по первой странице.

— Такие сведения получил и я. Каждый отчёт был точен, каждая цифра подтверждалась книгами. Однако средний срок рассчитывают по всем грузам вместе: дешёвое сырьё и дорогие обработанные составляющие учитываются одинаково. Десять телег с рудой, пропущенных раньше срока, скрывают задержку партии артефакторских деталей, хотя потеря дня для этих грузов имеет совершенно разную цену.

Я уже знал общую схему и мог восстановить продолжение по памяти. Сырьё шло быстро, обработанные составляющие задерживались, мастерские расходовали прежние запасы, а складские владельцы собирали плату за ожидание. Но Эдвин не пересказывал Селесте мою записку. Он сжимал картину, оставляя лишь те части, которые подтверждались договорами, отчётами и найденной у управляющего синей папкой.

Селеста не шевельнулась и лишь через несколько ударов сердца спросила:

— Вы полагаете, что задержки были намеренными?

Голос оставался мягким, однако все осознавали, что светская беседа закончилась окончательно. Если бы мы не «полагали», разговора бы не было.

— Я полагаю лишь то, что могу подтвердить, а намерения ваших работников остаются для меня загадкой, читать мысли я не умею, увы. Но да, факты говорят, что грузы задерживались, а владельцы складов и приоритетных окон получали прибыль. Мастерские с долей Даллосов начали расходовать старые запасы. Ни одна строка заключенного между нами договора не нарушена, поэтому я не предъявляю Вейрам претензий.

Селеста поставила чашку на блюдце, и фарфор тихо звякнул.

— Тогда чего вы от меня хотите?

— Для начала ответа на один вопрос. Кто предложил оценивать работу диспетчерской конторы общим объёмом, средней задержкой и годовым доходом без разделения грузов по стоимости и степени обработки?

— Показатели обсуждались управляющими компаний, — едва заметно пожала плечами женщина.

— Наш представитель утверждает, что их предложили люди Вейров.

— Если ваш представитель утверждает, тогда, вероятно, так и было. Я не могу знать обо все, что происходит в наших компаниях, но даже если все обстояло так, как говорит ваш человек, в этом нет ничего необычного.

Отец достал копию документа с узкой серой печатью торговой комиссии. Бумага легла поверх зелёной обложки, и Селеста посмотрела на неё иначе. Пока она видела известные цифры, спор можно было свести к разному пониманию удачного управления. Серая печать обещала сведения из комнаты, куда посторонних не приглашали.

— За одиннадцать дней до публичного разъяснения страховых правил состоялось заседание предварительной рабочей группы. На нём присутствовали представитель диспетчерской конторы Вейров, специалист Касселей, юрист, связанный с Морландами, страховщики и управляющий компанией с нашей долей.

Вот теперь Селеста изменилась. Испуга не появилось, но родственница, приехавшая проведать выздоравливающего жениха дочери, исчезла. И без того прямая спина выровнялась ещё сильнее, подбородок чуть опустился, руки замерли на подлокотниках, а лицо приобрело неподвижность опытного игрока за карточным столом.

— Кассели предложили обязательную проверку обработанных составляющих, — продолжал Эдвин. — Страховщики обсуждали новые основания для отказов. Представитель Вейров предложил раздельно учитывать срочные и обычные грузы.

Я мысленно расставил названные решения в одну цепь. Платный приоритет увеличивал доход диспетчерской конторы и складов. Дополнительное хранение било по владельцам дорогих деталей. Страховые отказы лишали их возмещения. Обязательная проверка передавала Касселям право решать, чьё сырьё достаточно хорошо для рынка, причём нужный объём могли обработать лишь их мастерские. Все части механизма обсуждались в одной комнате. Прямого сговора бумаги не доказывали, но вера в случайное совпадение требовала уже не доверия, а слепоты.

— Рабочие группы собираются постоянно, — произнесла Селеста. — На них обсуждают десятки предложений, и значительная их часть не доходит даже до предварительного голосования. Присутствие служащего Вейров означает лишь