Народный юрист - Алексис Опсокополос

— Ты же бросил, — сказала Марина.

— Да? — удивился я. — И давно?

— Ну вот примерно как раз в конце мая.

— Да ладно⁈

Я остановился и прислушался к себе. И правда. Не хочется курить. На автомате начал искать место для курения, а ведь реально не тянет. И это при том, что я сейчас на стрессе. Обычно в такие моменты полпачки за час улетало, а сейчас ничего, полный штиль. Удивительно. Но раз бросил, то и начинать не стоит. Давно собирался, да всё никак не получалось. А тут вот так. Хоть что-то хорошее в этой истории.

Мы отправились к парковке, на которой стояло довольно много машин. Света шла уверенно, явно зная, куда идти, и вывела нас к большому белому пикапу, припаркованному в третьем ряду. Машина серьёзная, не городской паркетник, а полноценный рабочий внедорожник с высоким клиренсом и кенгурятником. На двери красовался логотип какой-то фирмы. Кира уже сидела за рулём с опущенным стеклом и ждала.

Я сел на переднее пассажирское сиденье, Света и Марина устроились сзади. Кира тронулась с места раньше, чем я успел пристегнуться. Вела уверенно, не суетилась, не смотрела в навигатор. Знала, куда ехать, поэтому я не стал называть адрес.

Но через несколько минут, глядя за окно, я понял, что едем мы не в ту сторону.

— А куда мы едем? — поинтересовался я.

— Домой я тебя везу, — ответила Кира, не отрывая взгляда от дороги.

— Так мой дом в другой стороне.

— Дядя Илья, раз вы не помните, что было в последние месяцы, то вы и про переезд не помните, — подала голос Света с заднего сиденья.

Мне конкретно резануло слух это «дядя», но гораздо больше напрягло слово «переезд».

— Какой ещё переезд? — спросил я.

— В новый дом, — ответила девчонка.

— В какой ещё новый дом? Вы издеваетесь? Что я ещё успел за эти три месяца? Докторскую по математике защитил? Нобелевку по химии получил?

— В СИЗО десять дней отсидел, — невозмутимо сообщила Кира.

— В СИЗО? — переспросил я. — За что⁈

— За зверское избиение пяти человек.

— Это глупая шутка, — заметил я.

— Это не шутка, — отрезала Кира.

— Не шутка, — подтвердила Света.

Я откинулся на подголовник и закрыл глаза. Замечательно. За два с половиной месяца, которые я не помню, я, оказывается, стал партнёром Манькова, переехал в новый дом и отсидел в СИЗО за избиение пятерых. Да, ещё бросил курить и обзавёлся племянницей. Красота. Ничего не пропустил? Может, я ещё миллиард в лотерею выиграл или в космос слетал?

— Имейте совесть, — сказал я, не открывая глаз. — Я ничего не помню, а вы издеваетесь. Поехали уже домой.

— Уже приехали, — сказала Кира, паркуя машину.

Я открыл глаза. Пикап стоял у обочины, а за тонированным стеклом пассажирского окна возвышался жилой комплекс, от вида которого у меня непроизвольно отвисла челюсть. Новый, из тёмного кирпича и стекла, этажей двадцать, с остеклёнными балконами и декоративной подсветкой фасада. Ухоженная территория, кованая ограда, шлагбаум на въезде, подземный паркинг, камеры видеонаблюдения на каждом столбе.

За оградой виднелись подстриженные кусты, дорожки из серой тротуарной плитки, детская площадка с яркими горками и фонтан, выбрасывающий тонкие струи воды на добрые три метра вверх. На фасаде крупными буквами блестело название: «Триумф». Однозначно розыгрыш. И пора бы его прекращать.

Однако Марина молча открыла дверь и вышла. Света поблагодарила Киру и тоже выбралась из машины. Я тоже поблагодарил Киру, не придумав, что ещё сказать, и вышел следом.

Кира тут же дала по газам, белый пикап рванул с места и через несколько секунд исчез за поворотом, а Марина и Света уверенно двинулись к проходной. Я пошёл за ними. А что мне ещё оставалось делать?

Глава 2

Вход в жилой комплекс представлял собой небольшой застеклённый холл с кондиционером и мраморным полом. За стойкой сидел охранник в тёмно-синей форме — коротко стриженный мужик лет тридцати пяти, с рацией на плече. Марина приложила к считывателю магнитный ключ, стеклянная дверь бесшумно разъехалась, и мы вошли внутрь.

Охранник равнодушно проводил взглядом Марину и Свету, но на мне его взгляд задержался. Он чуть подался вперёд и спросил с сочувствием:

— Как вы? Всё нормально?

Видимо, видел, как меня утром увозила скорая. Если, конечно, она меня отсюда увозила.

— Всё хорошо, спасибо, — ответил я.

Мы прошли через холл и вышли во двор. Вблизи всё выглядело ещё внушительнее, чем снаружи. Ухоженные газоны, обрамлённые аккуратно подстриженными кустами. На площадке раскачивались на качелях малыши, а на лавочках рядом сидели молодые мамаши с телефонами в руках. Дорожки из плитки разбегались в разные стороны, между корпусами виднелась зелёная зона со скамейками и фонарями.

Я рассматривал всё это и не мог уложить в голове. Это не мой дом. Не может быть это моим домом. Квартира в этом жилом комплексе стоит столько, сколько я не заработаю за всю жизнь. Здесь живут люди совсем другого уровня. У меня хрущёвка с потрескавшимся потолком и текущим краном на кухне. А не вот это вот.

Я не выдержал и сказал:

— Марина, если это всё окажется розыгрышем, я тебе этого никогда не прощу. Это слишком жестоко.

— Это не розыгрыш, — спокойно ответила Марина. — Это наш дом. Нас сюда переселили.

— Переселили? — переспросил я. — Насильно, что ли? И кого «нас»?

— Весь наш дом, — пояснила соседка. — Всех жильцов. За минусом двоих говнюков.

— Что за бред⁈ — воскликнул я. — Кто будет переселять жильцов из хрущобы в такой дом?

— Застройщик сопротивлялся, не хотел, но ты его заставил.

— Что⁈

Я махнул рукой. Уровень сюрреализма давно зашкалил, а Марина несла откровенную чушь, в которую не поверил бы ни один здравомыслящий человек. Я заставил застройщика переселить целый дом в элитный комплекс? Может, я ещё и главу города сместил, но пока не помню об этом? И президенту позвонил, попросил дорогу до родительской дачи нормально заасфальтировать? Бред. Лютый, дикий бред!

Но мы куда-то шли. Марина и Света шагали уверенно, явно по знакомому маршруту. А я молча плёлся следом, потому что деваться мне было некуда.

Мы подошли к подъезду. Марина приложила магнитный ключ к считывателю, дверь тяжело и плавно открылась, и мы вошли в