Руль 3 - Макс Вальтер

«Бах!» — выстрел разорвал предрассветную тишину, и на лице Боба застыло удивление.

— Вот же придурок, — произнесла жена и, дунув в ствол своего пистолета, сунула его в поясную кобуру.

— Ты… Зачем⁈ — возмутился я. — Я бы успел.

— Угу, — ухмыльнулась супруга. — Разве что в штаны наложить.

— Но… разве это не против правил?

— А ты здесь свидетелей видишь?

— Кхе-кхе, — прозвучало вежливое покашливание за дверью.

— А он? — вспомнил я про Меркатера и кивнул на вход в его лавку. — Он ведь наверняка всё видел?

— Я видел, что состоялась дуэль, — раздался приглушенный голос. — И на вашем месте я бы поскорее отсюда убрался, пока не заявились его дружки.

— Может, вы всё-таки сделаете для нас исключение? — Гюрза предприняла очередную попытку попасть в лавку в неурочный час.

— Простите, но правила одинаковы доя всех. На сегодня мой рабочий день окончен. Приходите завтра, после заката.

— Чёрт, — выдохнула супруга и спустилась с крыльца.

— Да что не так-то? — поинтересовался я. — Придём сюда завтра и всё решим.

— Ну-ну, — усмехнулась она.

— Ой, всё, — раздражённо отмахнулся я. — Вечно ты как эта, слова из тебя не вытянуть. Пошли в номер, телевизор погоняем. Только давай через кабак пройдём, я пивка нахвачу.

— Алкаш, — флегматично резюмировала жена.

— А ты у нас пример для подражания, — фыркнул я и взял курс на ближайший бар.

* * *

День прошёл спокойно. Никто не пытался ворваться в наш номер и отомстить за приятеля-придурка, которого пристрелила Гюрза. Возможно, на это повлиял наш общий знакомый, но скорее всего, виной тому были правила и законы форта. Боб погиб на дуэли — и это нормально. Но вот врываться в гостиницу и размахивать пушками здесь наверняка запрещено. Однако никто не мешал наёмникам отыскать нас на улицах форта и разделаться по всем нормам. Хотя гораздо проще сделать это за пределами стен, и именно этого я опасался больше, чем честной перестрелки, где решают навык и скорость, а не подлая засада. Впрочем, с последним мы как-нибудь справимся, опыта у нас хватает.

Проснулись мы ещё засветло и без всяких прелюдий выдвинулись к лавке Меркатера. Под прелюдиями я подразумеваю утренние нежности, кофе и плотный завтрак, которых я по какой-то причине был лишён. Не знаю как другие, а мне, чтобы нормально проснуться, необходимо соблюсти эдакий ритуал, в который обязательно входит большая кружка кофе. В противном случае я даже разговариваю со скрипом, а про активность мозга вообще молчу.

— Э, куда прёшь? — остановил меня бородатый детина метра под два ростом и примерно столько же в плечах. — Не видишь, здесь очередь⁈

— Да я только спросить, — пробормотал дежурную фразу я, на что получил точно такой же ответ:

— Здесь всем только спросить, — прогудел здоровяк. — А ну свалил, пока я тебе ноги с руками местами не поменял.

Я обернулся, чтобы отыскать конец очереди, и натурально взвыл. Вот теперь мне стала понятна спешка, с которой мы покидали номер. Как и кривая ухмылка супруги вчерашним утром. Да в МФЦ внешнего мира народу поменьше будет, чем столпилось здесь у лавки картографа.

— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул я, пристроившись в очередь возле супруги. — Может, я пока за кофе сгоняю?

— Дуй, — кивнула она. — Мне с молоком возьми. И пожрать чего-нибудь, и побольше.

— А где здесь на вынос дают? — принялся озираться я.

— Прямо и направо за цех, — картаво произнёс мужчина, который стоял за нами и неспешно жевал хот-дог.

— Ясно, спасибо, — буркнул я и отправился на поиски пропитания.

Отыскав кабак, из которого как раз выбрался человек с двумя картонными стаканами кофе, я вдруг вспомнил, что не взял камни. Пришлось возвращаться. Гюрза с лёгкой ухмылкой уже протягивала мне небольшой кожаный кошель, который я забрал, не говоря ни слова.

Кафе больше напоминало всем известный бренд быстрого питания. Стойка с двумя кассовыми аппаратами и огромная вывеска с непонятными названиями позади. Хорошо хоть, картинки догадались нарисовать, потому как в английском я ни бум-бум. Нет, знаю пару фраз для общения с представителями закона, но не более того. А уж разобраться во всех этих чизбургерах и макмафинах… В общем, без бутылки или опыта здесь делать нечего.

На помощь пришла великая русская смекалка. Прежде чем сделать заказ, я внимательно осмотрелся, чтобы приметить, кто и чего заталкивает себе в рот, а затем просто указал на них пальцем и попросил то же самое. Ну и плюс два огромных кофе, естественно. И как только передо мной установили первый стакан чёрного, тут же к нему присосался.

Странно, но мне вдруг захотелось покурить, хоть я уже давно бросил эту пагубную привычку. Однако эта зараза время от времени напоминала о себе. Побороть желание было непросто, но я справился. А вот второй глоток кофе сработал ровно так, как и должен был: надавил на нижний клапан.

— Простите, а у вас здесь есть туалет? — поинтересовался я у работника заведения.

— Там, — сухо кивнул парнишка за кассой. — Три камня.

Скрепя сердце я отсчитал положенную сумму и скрылся за указанной дверью. Вскоре, окончательно проснувшийся и довольный собой, я снова занял место в очереди рядом с супругой. Она утрамбовала аж три ход-дога, притом с такой скоростью, что я едва успел прожевать первый. Ну а второго мне уже не досталось. Точно пацан будет, аппетит у него совсем не девчачий.

Очередь постепенно продвигалась, при этом люди находились в лавке Меркатера разное время. Одни торчали там не менее получаса, другие выскакивали, едва переступив порог. И чёрт его знает, от чего это зависело. Однако у меня имелось желание пробыть там как можно дольше. Да, вот так, назло всем остальным. Просто я ненавижу стоять в очередях. Сколько раз такое было — во внешнем мире, естественно — когда я оставлял полную корзину продуктов, завидев длинный хвост у кассы в супермаркете. Вот такой странный пунктик. Зато Гюрза, казалось, сносила тяготы ожидания совершенно спокойно. И это при её вечном зуде в одном месте. Я же весь извился и постоянно норовил куда-нибудь отскочить.

В лавку мы вошли глубоко за полночь. Очередь к знаменитому картографу не то что не убавилась, а как бы не наоборот, стала ещё длиннее. И этот момент вызывал крайнее любопытство. Что же такого он мог дать, что к нему стремились попасть все без исключения? К слову, о его вчерашнем отказе: я бы тоже послал подальше любого, кто бы сунулся ко мне по окончании