Прорыв - Аргус

- Все! Пора! Бери ее и целуй! — приказал отец.

— Так она не согласилась! — возразил Виктор.

— Целуй тебе говорю! Только нежно и аккуратно! Она ждет от тебя мужского поступка. Только целуй и не лапай ее за все выпуклости! Тормоз! — рассердился профессор.

Виктор набрал в легкие воздух, остановился развернул к себе Анна, глаза которой смотрели в пол, взял аккуратно ладонями ее лицо, мимолетно легко и нежно прикоснулся своими губами к ее губам.

— А я не разрешала, — тихо прошептала она.

— А я как доктор, исключительно в психотерапевтических целях, — твердо ответил юноша, и тихонько привлек ее к себе. Она прижалась к нему, но все еще держа согнутые руки перед собой.

— Знаешь, Аня, — прошептал он ей, — да ну ее к черту эту психологию. Мы что сами не разберемся?

Она тихо засмеялась и сказала:

— А сами это как? На третьем свидании ты меня в постель уложишь? И исключительно для лечебных сексуально психотерапевтических процедур? Разные подкаты я видела от парней, но вот такой хитрый, первый раз! Витя, я все это знаю и читала. Спасибо, что так заботишься обо мне. Но я не затюканная жертва подонка, с которой нужно общаться, как с убогой разумом! Ты мне нравишься. Очень! Но не будем торопиться! Я вообще думала, что никогда с мужчиной целоваться больше не буду! И вот тебе пожалуйста! Глазом моргнуть не успела, а ты меня уже обнимаешь. И мне просто хорошо! Не страшно, не противно, а хорошо! Спасибо тебе!

Виктор ехал домой, где не был со вчерашнего дня. На этот раз, охраны с ним не было. Но в машине снова лежал пакет со снедью от Степановны. Расставание с Аней оставило двойственное впечатление. Вроде бы все было хорошо, но что-то было не так.

— Все не так, — подал голос отец.

— Почему папа? — спросил сын.

— Сам смотри. Вы расстались, так?

— Так!

— А ни телефонами, ни электронными адресами не обменялись. Так?

— Так! — вздохнул Виктор, — но мы же поцеловались!

— Ты называешь это поцелуем? — скептически произнес отец, — а руки когда ты ее обнял, она держала перед собой. Дату нового свидания не назначили. Даже на свою выставку не пригласила, хотя обещала! Что из этого следует?

— И что?

— Тут возможен типичный случай Диоклетиана! — торжественно произнес историк.

— Это что такое? — не понял юноша.

— В юности, будучи простым солдатом в Галлии, будущий император (тогда носивший имя Диокл) получил предсказание, что он станет владыкой Рима, как только убьет дикого кабана (лат. aper). Он усердно охотился, но трон все ускользал от него. И он горько шутил, кабанов убиваю я, а императорами становятся другие, — пояснил отец.

— А причем тут это, и что стала с этим Диоклом? — спросил зумер.

— В двести восемьдесят четвертом году нашей эры, при загадочных обстоятельствах погиб император Нумериан. В его убийстве заподозрили префекта преторианцев по имени Аррий Апер (лат. Arrius Aper), чье имя по-латыни буквально означает «кабан».Когда войска провозгласили Диокла новым императором, он вышел к легионам и, поклявшись в своей невиновности в смерти Нумериана, на глазах у всех пронзил Апера мечом. Так было исполнено древнее предсказание. Сразу после этого он принял латинизированное имя Диоклетиан. А при том, что вылечим от психических последствий изнасилования Анну мы, а пожнет плоды наших усилий другой мужчина.

— Так вроде бы она ко мне была расположена, — не понял Виктор.

— Ключевое слово, была! — пояснил отец, — она была жертвой изнасилования с комплексом вины и ущербности. Благодаря твоей непрошенной помощи, комплекс вины мы убрали, комплекс ущербности убрали. И вуаля! Перед нами новая Анна! А вот, что это за новая Анна — это большой вопрос. И нужны ли мы ей, тоже вопрос.

В это время зазвенел мобильный телефон. Звонил фармацевт. Оторвавшись от внутреннего диалога с отцом, он ответил

— Ты где? — спросил его не здороваясь старик. Он вообще не отличался хорошими манерами.

— Еду уже домой,