Прорыв - Аргус

(жидких, мягких, твердых, стерильных). На экзамене студенты не только отвечают теорию, но и решают ситуационные задачи, выписывают сложные рецепты и обосновывают технологические процессы. А преподаватели требуют точного понимания физико-химических свойств веществ и нормативов, а также не допускает грубых ошибок в дозах и прописях.

— Какая ересь! — засмеялся профессор, — мы решаем фундаментальнейшие вопросы жизни и смерти, а ты экзамены какие-то сдаешь на состав пилюлек и анальных свечек! Ладно, я сам справлюсь! Давай двигай, и будь осторожен на дороге!

Прошло пять дней. Виктор, вопреки своим опасениям, сдал экзамен на отлично, и работал у фармацевта в лаборатории над «эритроцитами смерти», как поэтично называл их профессор. Были технические сложности, но в принципе задача была уже решена.

— Слушай, Виктор, — сказал рассматривая графики на экране монитора Константин Сергеевич, — почти неделя прошла, а твой олигарх не торопится с нами рассчитываться. Оно конечно, миллион евро это неплохо, но сто-то лучше! Уж не вздумал ли он нас кинуть? Для меня, конечно, деньги не главное, мне за наше дело обидно! Может быть навестим жулика, и на нем испытаем наш «Эритроцид»?

— Что? — переспросил юноша.

— Для эритроцитов, заряженных ядом ускоренного старения Хронолизином, название «Эритроцид» (от эритроцит + латинское -cido — убивать) подходит идеально, — ответил профессор.

— Да уж, — вздохнул зумер, — вместо создания лекарств мы делаем яд!

— Как сказала швейцарский алхимик, врач и философ эпохи Возрождения Парацельс, — произнес фармацевт — «Всё есть яд, и ничто не лишено ядовитости; одна лишь доза делает яд незаметным». В современном, более кратком и популярном виде: «Всё — яд, всё — лекарство; то и другое определяет доза». И мы создаем, если глубоко подумать, лекарство!

— Это каким образом? — изумился Виктор.

— Мы создаем лекарство, которым будем лечить общество, избавляя его от бешенных собак! — назидательно произнес старик.

В это время завибрировал телефон юноши. Он взял смартфон и посмотрел на номер. Это был видеозвонок.

— А вот и олигарх, легок на помине, — улыбнулся он, нажав на кнопку ответа.

— Здравствуйте, Виктор, — на экране появился улыбающийся Петр Алексеевич. Он сильно изменился в лучшую сторону. Лицо стало розовым, исчезли выпирающие скулы и кости черепа. Даже появилась щетинка на голове.

— Здравствуйте, Петр Алексеевич! Вижу, что Вы выглядите гораздо лучше! — ответил Виктор.

— Это точно, и я перестал принимать обезболивающие! Профессор говорит, что я полностью выздоровею! — с воодушевлением произнес олигарх.

— Я очень рад за Вас! — вежливо ответил зумер.

— Ну что же, долг платежом красен. Я звоню, чтобы подтвердить, что реквизиты для перечисления остатка суммы остались прежними, — продолжал мужчина.

— Да! — кивнул зумер, а потом спросил, — а как чувствует себя Аня?

— Ну наконец-то! — телефон тут же рывком перекочевал из рук отца в руки дочери. Выглядела она очень сердитой, — с этого нужно было начинать! А то я уже решила, что ты и не спросишь обо мне!

— Здравствуй, Аня! Очень рад тебя видеть! — обрадовался Виктор.

— Да? А я вот на тебя очень обижена! — надула губки девушка.

— Но почему? — расстроился юноша.

— Уехал, телефон не попросил, контакты не взял! Если не хочешь со мной общаться, то так бы и сказал! А то наговорил в саду с три короба всего, и сразу сбежал! — продолжала обижаться дочка олигарха.

— Анечка, а я подумал, что это ты не хочешь со мной общаться! — вздохнул зумер.

— Это с чего ты так решил? — тут уже удивилась Анна.

— Ну так ты телефон не дала, контактов тоже. Я подумал, что я тебе уже надоел, — печально произнес Виктор.

— Нет, но это уже переходит все границы! — возмутилась девушка, — кто из нас парень, а кто девушка? Это ты за мной ухаживаешь, или я за тобой! Ты, что не знаешь, что это парень просит контакты у девушки, а она немножко поломается для приличия и дает их! А я бы тебе сразу дала! Контакты! — покраснела она, поняв как это двусмысленно выглядит со стороны.

— Из меня, наверное, плохой ухажер, — вздохнул юноша, — нет у меня успешного опыта общения с девушками. Извини меня, Анечка.

— Ладно, — девушка заулыбалась, — ну и ты где пропадал? Дома тебя не было. Может быть ты меня просто обманываешь? И все время с какой ни будь девушкой провел?

— Конечно! С целым гаремом развлекался! — и увидев как нахмурилась Анна, быстро добавил, — а звали их пробирка, колба и автоматическая пипетка!

— Бедный! А что ты делал? И что кушал? Степановна переживает! — заботливо спросила дочка олигарха.

— Мы сделали то, чем накажем одного негодяя! Подробности только при личной встрече! И у нас получилась идеальная вещь! — с гордостью произнес зумер.

— Витя! Завтра в одиннадцать часов утра открывается моя персональная выставка картин в «Галерея А3» на Арбате! Запиши адрес Староконюшенный переулок, дом тридцать девять (вход со двора). Обязательно приходи, я буду очень ждать! — предложила Анна.

— Конечно, я буду! Я соскучился, — признался Виктор.

— Не подлизывайся! Ты еще должен будешь заслужить мое прощение! — заулыбалась девушка, — ладно, папа трубу забирает. До завтра, Витя! Я буду ждать! Мне нужна твоя поддержка!

— Виктор, — отец девушки дождался, когда дочка покинет палату, — ты имел ввиду то, о чем мы говорили?

— Разумеется! — усмехнулся юноша, — этот шелудивый пес заплатит за все!

— Ты вот, что! Завтра, после выставки приезжай с Аней к нам, — попросил олигарх, — и совет. Будь с Анечкой поактивней. Она все эти дни переживала, что чем-то тебя обидела. Я ей говорил, что такие как ты, как засядут за работу, так и поесть даже забывают. Ты ей очень понравился.

— Она мне тоже, если честно, — признался зумер.

— Вот и молодцы! — обрадовался ее отец, — общайтесь, гуляйте, пригласи ее куда-нибудь! Вам обоим нужно развеяться. Тебе от работы, а ей, сам знаешь от чего! Так, что завтра ждем. А Степановна сказала, что приготовит тебе гостинцы с собой!

— Ну против гостинцев я точно не устою! — рассмеялся зумер, — Петр Алексеевич, последний вопрос. Это