Искатель 23 - Сергей Шиленко

Шершавый камень царапал её спину, но ей было плевать. Длинные сильные ноги плотно обхватили мои бедра, а когти до боли впились в плечи. Я двигался жестко, в грубом ритме дикой природы, наслаждаясь тем, как её узкое обжигающее лоно жадно и тесно сжимает меня с каждым толчком. В этом не было нежно романтики шелковых простыней, только ничем не прикрытая безудержная страсть на поле боя. Когда напряжение достигло предела, с глухим рычанием выплеснул в неё свое семя. Сафира задрожала в мощном оргазме, мурчание сорвалось на счастливый, скулеж. Я прижался губами к её горячей шее, чувствуя бешеный стук её сердца.

Моя женщина.

Под конец дня мы все собирались вместе, возвращаясь через портал Кору. Старая схема охоты за год успела набить оскомину, так что эта оптимизация неплохо освежала наши серые будни.

Мы вовсю готовились к грядущим походам по подземельям. Как только оптимальный костяк достигнет шестидесятого уровня, включая запасных бойцов для гибкой смены в затяжных боях, нам понадобятся лучшие из лучших. Шип и Юлиан взяли Хелиму, начальницу стражи Мароны, к себе в группу. Она показала себя самым компетентным и высокоуровневым Защитником во всем Теневом крестовом походе, затмив по характеристикам выживаемости даже Лиана, и с фанатичным упорством наращивала уровень, идеально подходя на роль главного Защитника для высокоуровневых подземелий.

Единственное, что омрачало ситуацию — Хелима отчаянно хотела попасть в мою группу. Когда перетасовывал отряды, видел слепую надежду в её глазах, но бездушная математика Системы была безжалостна. Хелима — классический, медленный Защитник, принимающий удар на себя, ей требовался постоянный Целитель за спиной, моя же мобильная группа строилась на скорости и постоянном маневрировании. Если Сафира еще могла выжить на простых лечебных зельях за счет своей природной ловкости, то медлительную Хелиму твари просто разорвали бы на куски без постоянного исцеления.

Мне пришлось отказать ей, и это логичное решение оставило горький осадок, а потому я изо всех сил старался загладить свою вину перед очаровательной брюнеткой. Жаркие долгие ночи в её крепких объятиях доказывали ей, что она всё также желанна и любима, несмотря на бездушные требования боя.

И хотя очередное событие совершенно не относилось к тренировкам или снаряжению, но стало приятным бонусом от Системы. Когда Хелима перешагнула порог пятидесятого уровня, с её лица словно стёрли всю тяжесть прошлых лет. Уровень за уровнем вымывал из неё последствия тяжелой жизни, и теперь она выглядела так, будто ей едва перевалило за двадцать: чертовски привлекательная, с идеальной кожей и сияющим взглядом. Конечно, я перевёл её в основной состав группы для зачистки подземелья шестидесятого уровня исключительно ради её боевых навыков, но, если честно, искренне порадовался, что рядом со мной в полевых условиях появилась ещё одна роскошная женщина.

Наш график был забит до отказа, мы буквально разрывались между планомерным уничтожением активов Консорциума и подготовкой к финальному штурму. Кровь, грязь, планирование и битвы стали нашей рутиной, но даже в условиях этой бесконечной войны мы находили время просто жить.

Фелиция наконец-то отпраздновала своё восемнадцатилетие, и в тот же день они с Лианом поженились. Для всего Теневого крестового похода эта свадьба стала глотком свежего воздуха, мощнейшим зарядом энергии.

Моего бывшего оруженосца и его очаровательную жену-кошку любили и уважали все в лагере, и их праздник подарил нам несколько недель отличного настроения. Эти двое практически никогда не разлучались с самого дня их знакомства, и видеть, как влюблённые наконец дают друг другу клятвы на всю жизнь, было чертовски приятно.

Я никогда не видел Лиана таким счастливым. Его улыбка, казалось, освещала всё вокруг, и эта радость заражала всех.

Естественно, молодожёны заслужили свой медовый месяц. Учитывая наши походные условия, они просто исчезли на пару недель, растворившись где-то на природе, чтобы насладиться друг другом как муж и жена. И, зная их планы провести всю оставшуюся жизнь в совместных приключениях, это стало идеальным началом брака.

А чуть позже наступил и наш черед. Через пару месяцев после того, как я сделал Розе предложение, мы сыграли свадьбу. Правда, по её настоянию, мы организовали тихое, скромное торжество только для нашей семьи. Никто из крестоносцев на нём не присутствовал, всё прошло за закрытыми дверями.

В тот вечер Роза предстала передо мной в белоснежном платье из тончайшего шелка. Ткань мягко струилась, подчеркивая её изящные изгибы, фигуру, которой позавидовала бы любая дриада. У меня буквально перехватило дыхание. Она выглядела настолько неземной, что казалась ожившим сном. И, глядя на то, как она краснеет, застенчиво опуская длинные ресницы, я всё ещё с трудом верил, что эта потрясающая женщина стала моей женой.

Сама церемония прошла в невероятно трогательной обстановке. Мы обменялись клятвами в окружении моих жён, делясь своим счастьем лишь с самыми близкими.

А вот наша брачная ночь… О, это выглядело совершенно по-иному. От церемониальной нежности почти не осталось и следа, только мы с Розой, её жаркое дыхание, дрожащие пальцы и пылающая страсть, которую она так долго прятала за застенчивостью. Остальные жёны проводили нас улыбками, короткими поцелуями и напутствиями, словно передавали мне свою любовь и доверие, но за порогом спальни праздник стал нашим личным. Роза не нуждалась в зрителях или чужих руках, ей было важно другое: почувствовать, что я принимаю её не как робкую гостью в семье, а как свою жену, свою женщину, равную всем остальным.

Спустя какое-то время Роза забеременела. Обычный срок вынашивания у кунид — всего пять месяцев, но живот Розы рос совсем не по графику её расы. Темпы развития плода явно указывали на то, что она вынашивает ребенка с моими генами, человека. Это стало для всех настоящим сюрпризом.

Конечно, мы знали механику Системы: у кунид могли рождаться дети других рас, но шанс родить мальчика был один к семи, и точно такой же призрачный шанс, один к семи, выносить ребенка чужой расы. Однако, раз уж геном изменился на человеческий, вероятность пола малыша теперь составляла стандартные пятьдесят процентов.

Роза вся светилась от счастья.

— Я так надеюсь, что он станет копией своего папы! — радостно щебетала она, поглаживая свой пока ещё плоский живот. Её длинные ушки трогательно подрагивали. — Ох, Артём, я уже так сильно его люблю, что в груди щемит!

— Ты, кажется, довольно уверена, что это именно мальчик, — с улыбкой заметил я, притягивая её к себе.

Она звонко хихикнула, прижимаясь горячей щекой к моей груди.

— Ну, раз теперь шансы не один к семи, а один к двум… Это же практически стопроцентная гарантия! — с очаровательной наивностью заявила она.

С математикой у неё явно