Великолепная Марго - Ivan Ivanovich

окрестностям нотки потусторонней жути, заставляя местных максимально избегать этого странного и страшного места. На атмосферу так же работало то, что прямо сейчас в этом месте шел сильный ливень с грозой, создавая непроницаемую стену, из падающей с небес, воды.

И конечно же, всё что находилось по соседству с этим кладбищем приобретало довольно-таки своеобразную ауру. Таким местом был возвышавшийся на одном из холмов особняк, когда-то давно принадлежавший семье местных эсквайров. Со стороны он мог показаться заброшенным, однако это было бы заблуждением.

Доказательством этого могло служить то, что прямо сейчас перед главной дверью особняка стоял человек с костылём, который, не особо церемонясь, толкнул дверь и беспрепятственно проник во внутрь. Изнутри особняк выглядел ещё более запущенным, нежели снаружи. Было явно видно, что здесь уже очень давно никто не живёт и, чтобы привести это место в божеский вид, необходимо было привлечь пару десятков уборщиков и несколько ремонтных бригад.

Впрочем, ремонтопригодность данного место меньше всего волновала человека с костылём. Он целенаправленно шел в одном ему ведомом направлении, довольно шустро и, главное, привычно ориентируясь в этом месте с затхлым воздухом, пока наконец не добрался до одной из комнат и не открыл дверь.

— Шшшшшшшшш! — встретило его сердитое шипением, заставив остановиться и чуть поморщится из-за сверкнувшей за окном молнии, осветившей его покрытое шрамами лицо, и, главное довольно необычный глазной протез, постоянно вертящийся туда-сюда, рассматривая запущенную спальню.

— Барти! Мой дорогой слуга! Ты пришел ко мне! — слабое, словно свистящее шипение раздалось из кресла рядом с окном и змея, что мгновение назад готова была напасть на вторженца, мгновенно успокоилась.

— Да, мой лорд, — мужчина опустился на колено перед гомункулом, отложив в сторону свой костыль, — у меня дурные вести!

— Что…что случилось? — сидящее в кресле существо не было похоже на человека… скорее, это был уродливый, искорёженный карлик с серой кожей, красными глазам и с двумя дырками вместо носа. Впрочем, существу хватало сил удерживать в руках волшебную палочку.

— Барти Крауч… он… вырвался из-под Империо! Хвост мертв! — сказал Барти, а лорд Волдеморт встрепенулся… настолько, насколько ему хватило сил.

— Что?! Так… вот… так вот почему его нет уже почти неделю, — задумчиво произнес Волдеморт, — хорошо, что ты пришел… мне нужно… подкрепится… да…

— Слушаюсь, мой лорд, — кивнул Барти и направился к месту, где, насколько он знал, Питер Петтигрю хранил особое зелье, которое поддерживало жизнь Волдеморта в теле гомункула.

— Империо! — вот только стоило ему обернутся, как Волдеморт направил на него палочку и применил заклинание подчинения, — позволь же узнать, мой дорогой последователь, — со слащавой интонацией, за которой можно было уловить бешенство, спросил он Барти, — когда же ты успел предать меня?

— Неделю назад меня избавили от метки, — обернувшись, с остекленевшим взглядом сказал Барти.

— ТЫ ВРЕШЬ! — закричал Волдеморт, а змея заняла атакующую стойку.

— Экспелиармус! — из-за двери неожиданно прилетело заклинание, отбросившее палочку Волдеморта в сторону.

— Сириус! Змея! — закричал женский голос, пустив заклинание по змее и тут словно из ниоткуда появился серебристый клинок ударивший прямо по голове змеи, которая тут же, издав предсмертный хрип, развалилась на куски.

— Нагайна! Нагайна! — Волдеморт в шоке рассматривал то, как его фамильяр буквально исчезает в воздуха, а в комнате, тем временем величественно вошел седобородый старец.

— Ну здравствуй, Том, — сказал он, держа в руках палочку.

— Дамблдор! — прошипел Гомункул.

— В этот раз мы не дадим тебе возродится, — сказал он и посмотрел на стоящего в сторонке Сириуса Блека, которъй приводил в сознание Барти Крауча, — Кассиопея, видимо, была права. И змея так же оказалась крестражем.

— А меч Гриффиндора отличный инструмент для их уничтожения, — весело ухмыльнулся Блек и уставился на зло зыркающего на присутствующих Волдеморта, — тьфу ты! Меня бы тут и одного хватило.

— Не будь слишком самоуверен, Сириус, — немного снисходительно сказал Дамблдор.

— Кто бы говорил! — насмешливо заявил Волдеморт и тут из гомункула начала сочится черная дымка.

— Он сейчас удерет! — закричал Сириус, достав свою палочку, а за ним последовал уже пришедший в себя Барти. Вот только сам Дамблдор от чего-то был не просто спокоен… он словно этого и ждал.

— Зря ты это затеял, Том, — покачал он головой, когда дымка полностью покинула гомункула, достал небольшой инкрустированный золотом и драгоценными камнями ларец, открыв его, произнёс, — fio spiritus servus huic pectoriстань дух рабом этого ларца — после чего дух Волдеморта, который уже почти покинул помещение, внезапно начало затягивать в ларец. Мгновение, и ничего не напоминало о том, что прямо сейчас в этом месте был какой-то там дух.

— Не зря мы потратили столько времени на подготовку, — усмехнулся Сириус, — спасибо, бабушка Касси, — сказав это, он посмотрел в сторону двери, где стояла симпатичная женщина в очках.

— Все хорошо? — спросила она, осматривая присутствующих цепким взглядом.

— Да, Кассиопея, — ответил ей Альбус, кивнув на ларец, — теперь уже он не уйдет, — сказав это, он выдохнул.

Дело было сделано.

* * *

В тот день завтрак в Большом зале Хогвартса мало чем отличалось от стандартной трапезы. Как и всегда студенты расположились за столами своих факультетов, обсуждая школьные новости и, конечно же, главную сплетню Хогвартса — Второй этап Турнира трех волшебников. Точнее, вспоминали скорее не само испытание, а то, кого спасали трое из четырёх чемпионов. И если про Седрика Диггори с Чжоу Чанг и так все знали, а Крам со спасённой им девушкой из Хогвартса лишь вместе открывали Святочный бал, то вот второго Хогвартского чемпиона и его избранницу все никак не хотели оставить в покое.

— Когда же они успокоятся, — пробурчала Гермиона, уставившись в толстенный талмуд и стараясь абстрагироваться от щепоток вокруг нее и Гарри.

— Прости, Миона. Это все из-за меня, — смутился Гарри, которому было не очень хорошо от того, что Гермиона оказалась объектом сплетен. Они не делали секрет из того, что начали встречаться, но от чего-то именно после второго этапа об этом заговорили всерьёз.

— Причем тут ты? — пробурчала Гермиона и бросила взгляд на Слизеринский стол, за которым над чем-то очень активно смеялся Малфой и группа его подпевал. И что самое обидное, смеялись они, не сводя взгляда с нее и Гарри!

— Я всегда причем, как любит говорить Марго, — с кривой самоироничной усмешкой заметил Гарри и не успела Гермиона ответить, как над ними раздался совиный крик!

— Ух ты, почта! — громко обрадовался сидящий неподалёку Симус Финнеган и стал быстро развязывать тесёмки довольно объёмной бандероли.

— Смотри… интересно… не может быть! — со всех сторон начали раздаваться голоса читающих утренний выпуск Ежедневного пророка студентов, а на их лицах стало провялятся удивление и… странные взгляды в