Великолепная Марго - Ivan Ivanovich

И почему-то Гарри показалось, что их всех только что переиграли.

* * *

А тем временем, в ином мире, в совершенно ином времени, сотни мужчин и женщин собрались вокруг погребального костра. На нем возлежал мужчина, большой и сильный, в полном расцвете сил, которые, однако, его покинули. И за всем этим наблюдала белокурая девушка в простом, но добротном платье. Роста она была среднего, с невесомой, но прямой осанкой и глубокими, фиалковыми глазами. Серебристо-золотые волосы были заплетены в замысловатые косы, а сама она смотрела прямо перед собой.

— Это ваш приказ, кхалиси? — спросил ее рослый смуглокожий воин, подойдя к ней, и весь его вид выражал сомнение.

— Делай, что должно, — сказала она и воин, кивнув, пошел к погребальному костру. Одно за другим, он расположил в их подножье три каменных валуна с замысловатыми линиями на них, которые при внимательном рассмотрении можно было принять за яйца.

— Дрого не нужны драконьи яйца в землях Вечной тьмы. — сказал ей другой мужчина, высокий и крепкий, с более светлой кожей, залысинами и остатками черных волос на голове, — Вы можете продать их и уехать в Вольные города. Прожить жизнь богатой леди.

— Мне дали их не для того, чтобы я их продала. — Отрезала девушка, не сводя взгляда с погребального костра.

— Кхалиси. Моя королева, — сказал мужчина, склонив голову, — я клялся служить вам и умереть за вас, если нужно. Но умоляю, отпустит его с миром, — стоило ему ето признести, как девушка посмотрел на него тяжёлым взглядом, — я знаю, что вы хотите сделать. Прошу вас, не надо, — впрочем, на мужчину ето не подействовало и он все равно продолжил говорить.

— Я должна, — произнесла девушка в ответ с болью в голосе. — Ты не понимаешь…

— Не заставляйте меня смотреть на то, как вы поднимаетесь на етот костёр, — мужчина был в явном отчаяние. — я не хочу смотреть на то, как вы горите!

— Это то, чего ты боишся? — спросила она и поцеловала его в щеку. Мужчина же, чье лицо исказилось от печали, лишь кивнул и отошел от нее.

Когда все приготовления были завершены, она поднялась на возвышенностью и начала говорить.

— Вы будете моим кхаласаром. Сейчас, я вижу лица рабов. Я освобождаю вас! Снимите ошейники; — приказала она рабам, которые ранее прислуживали в кхаласаре ее супруга и остались после того, как большая часть всадников покинула их, — кто хочет, может уйти; никто не причинит вам вреда. Ну а те, кто останется, будут братьями и сёстрами, мужьями и жёнами. — заявила она и все собравшиеся начали с удивлением переглядываться. В етот момент к костру въвели немолодую женщину, одетую в рубища, лицо которой выражало то ли презрение, то ли безучастие.

— Сир Джорах, привяжите эту женщину к костру. — приказала она и заметив сомнение на лице рыцаря, напомнила, — Вы клялись повиноваться мне. — после чего тот, чуть помедлив, потащил женщину к костру. И пока он привязывал ее к столбу, девушка произнесла, — Я Дейенерис Бурерождённая из Дома Таргариенов, от крови старой Валирии. Я дочь Дракона. И я клянусь, что любой, кто причинит вам вред, умрёт с криком на устах.

— Ты не услышишь моего крика, — сказала женщина тихо, но с явным вызовом в голосе.

— Услышу, — ответила Дейнерис, не оборачиваясь к ней, — но мне нужны не твои вопли, а твоя жизнь. — после чего, взяла факел и, дождавшись, пока сир Джорах отойдет, зажгла погребальный костер. Пламя очень быстро охватило весь погребальный костер и стоило языкам огня коснутся кожи женщину, как округу огласили ее истошные вопли.

Сама же Дейнерис смотрела на все безучастно. Словно давно и прочно для себя все решила. А затем, бросив последний взгляд на сира Джораха, шагнула вперед, не обращая внимание на отчаяние в ее глазах. Шаг за шагом он приближалась к костру, пока не вошла в огонь и не легла рядом с трупом ее покойного мужа под аккомпанемент последних криков той самой женщины.

Когда огонь спал и на месте остался лишь пепел, сир Джорах и другие воины с благоговением увидели, что несмотря на нестерпимый жар, их госпожа совершенно не обгорела. Только лишилась волос и одежды, но была совершенно невредима. Но главное было даже не это.

Рядом с ней, совершенно спокойно, сидели три маленьких дракона! Зрелище оказалось настолько поразительное, что сир Джорах совершенно инстинктивно стал на колени, а за ним и все те люди, что остались с Дейнерис.

И тем большее было благоговение, когда самый крупный из драконов издал протяжный рык! Вот только мало кто понял, что ето было не грозное рычание только родившегося грозного хищника, а возмущение на пополам с досадой, которое можно было перевести одним очень ёмким и всеобъемлющим словом:

— БЛЛЛЛЛЛЯЯЯЯЯЯТТТТТЬ!!!!!!!

Конец первой книги!