Великолепная Марго - Ivan Ivanovich

Он вошёл в гостиную с той же привычной уверенностью, но теперь на нём не было звёздной мантии, длинной седой бороды и очков-половинок. Вместо этого — тёмно-синий костюм, белая рубашка, лёгкая небритость, которая делала его похожим на того самого Дамблдора, каким он был полвека назад. Молодого, живого и слегка смущённого.

Сириус, сидевший в кресле у огня с бокалом виски, медленно поставил его на столик.

— Бабушка… — начал он, голос его слегка дрогнул, — ты серьёзно?

— Абсолютно, — ответила я, чувствуя, как внутри разливается тепло.

Гарри, стоявший с Гермионой у камина, переводил взгляд с меня на Альбуса и обратно.

— Но… — выдохнул он, — это… вы… — он запнулся. — Вы знали?

— Не совсем. — кивнула я. — Я, так сказать, стала причиной его преображения, застала я уже результат, — пожимаю плечами и киваю на Альбуса.

— А теперь он ваш… жених? — переспросила Гермиона.

— Мужчина моей жизни, — мягко поправила я. — Но да, формально — жених.

И в этот момент в гостиную вошла Марго.

Она появилась в дверях с миской орехов, приподняла бровь, увидев Альбуса, и остановилась. На пару секунд. Потом поставила миску на стол, взяла один орех, задумчиво покрутила его в пальцах и коротко усмехнулась.

— Ну, надо же, — сказала она с лёгкой улыбкой, обращаясь скорее ко мне, чем к нему. — Выглядит даже лучше, чем я предполагала. Ты не мелочилась, наставница.

— Марго, — одёрнула я её скорее для порядка, чем из реального недовольства.

— Что? Я серьёзно. — Она щёлкнула орех и отправила ядрышко в рот. — Без бороды он выглядит на двадцать лет моложе. Мантия заменена на нормальный костюм. И даже взгляд не такой… проницательный? Нет, проницательный остался, но теперь это выглядит органично. Хорошая работа.

Альбус улыбнулся тем краешком губ, который она явно заметила.

— Рад, что мой новый имидж получил твоё одобрение.

— Не обольщайся, — спокойно парировала Марго и перевела взгляд на меня. — Я просто констатирую факты. Ты выбрала мужчину, который: а) умеет хранить секреты, б) явно дорожит тобой, раз уж пошел на… "это" — она ткнула наманекюренным пальчиком в Альбуса, имея ввиду его новый имидж) и в) не пытается влезть в мои дела. Это уже больше, чем я ожидала от кандидата в отчимы. — Она сделала паузу и добавила с лёгкой, почти незаметной усмешкой: — Так что да, я одобряю. Семья укомплектована. Можете не искать замену.

Сириус хмыкнул, отпил виски. Гарри с облегчением выдохнул. Гермиона тихо фыркнула, пряча улыбку.

— И кстати, просто для протокола. — Марго взяла ещё один орех и, не глядя на Альбуса, добавила: — если ты решишь сделать ей больно — я тебя сожгу, несмотря на твой новый образ.

Альбус посмотрел на неё с уважением.

— Заметано, — ответил он ровно.

— Отлично, — Марго кивнула и, развернувшись к двери, бросила через плечо: — А теперь давайте поедим. У меня сегодня финал Турнира, и я не собираюсь пропускать зрелище на голодный желудок.

Финальный гонг вырвал меня из воспоминаний.

— Итак, наши чемпионы готовы! — голос Бэгмена разнёсся по стадиону. — Первым в лабиринт входит Седрик Диггори!

Седрик шагнул в тёмный проём живой изгороди с достоинством человека, который знает, что на него смотрят. За ним — Флер Делакур, грациозная, но напряжённая. Потом — Виктор Крам, сосредоточенный и хмурый.

— Ну давай, Гарри, — прошептал Сириус, когда объявили четвёртого чемпиона.

Гарри вышел на стартовую линию. На его лице не было страха — только сосредоточенность и странное спокойствие. Я знала этот взгляд. Его вырабатывали не тренировки и не лекции профессоров. Его вырабатывали люди, которые не давали ему упасть. И один из них сидел сейчас на трибунах, лениво жуя попкорн и подбадривая мальчика коротким кивком, который никто, кроме нас, не заметил.

Гарри на мгновение задержал взгляд на ней, затем перевёл его на меня, на Сириуса, и в его глазах мелькнула благодарность. Потом он шагнул в темноту лабиринта — и изгородь сомкнулась за ним.

Стадион затих.

— Ну всё, — тихо сказала я, — теперь остаётся только ждать.

— Ты не волнуешься за него? — спросил Сириус.

— Волнуюсь, — честно ответила я, — но меньше, чем раньше. Марго сказала, что он готов. А я ей верю.

Мы замолчали. Вокруг нас шумели трибуны, кто-то кричал, кто-то обсуждал шансы чемпионов, но я слышала только, как стучит моё сердце — в такт с тем, как на поле раздавались далёкие звуки магии.

Конец POV Кассиопеи Блек

* * *

С трибуны, где я сидела, лабиринт выглядел как гигантская зелёная коробка без окон. Никакого тебе шоу, никаких спецэффектов — просто стены, которые то и дело вздрагивали от невидимых взрывов где-то внутри. Я отправила в рот очередную горсть попкорна и мысленно выругалась.

Ну и дурацкое зрелище. Половина удовольствия — наблюдать, как они там выкручиваются, а тут — пшик. Только треск да иногда вспышка над верхушками изгороди.

С таким же успехом можно было сидеть дома и читать отчёты организаторов.

Я ещё раз тряхнула коробку, ища особо острые кусочки, и вдруг поймала себя на том, что жую без всякого удовольствия. Просто механически. Чтобы занять руки, а не потому что вкусно.

Странно. Я вообще-то любила зрелища, адреналин, когда кто-то рисковал, а я могла наблюдать со стороны, прикидывая, что бы сделала на его месте. А сейчас… сейчас всё это казалось каким-то слишком далёким. Словно я была не на стадионе, а смотрела на происходящее через мутное стекло.

Внутри шевельнулось что-то неприятное. Не страх — я не умела бояться, или, вернее, не признавалась себе в этом. Но какое-то сосущее чувство в солнечном сплетении, которое обычно появлялось перед тем, как что-то шло не по плану. Такое же я ощущала перед побегом из Румынии. Перед тем, как решилась на сделку с Кассиопеей. Перед тем, как вломилась к Пожирателям.

Гарри был там. И он справится. Он справится, потому что я лично залила его амулет своей кровью, и ни один придурок-создатель лабиринта не придумал такой ловушки, которая бы могла пробить защиту, скреплённую с живым драконом.

Но чувство не уходило. Оно просто сидело внутри, как заноза, и ждало.

* * *

А тем временем Гарри пробирался сквозь лабиринт. Первые минуты — ничего. Только бесконечные повороты и тишина. А потом из-за поворота вынырнул дементор. Гарри уже приготовился к атаке, но вовремя вспомнил: «Это боггарт».

— Ридикулус! — фигура дёрнулась, съёжилась и исчезла.

Лабиринт петлял, и Гарри уже начал сбиваться со счёта поворотов, когда впереди замерцал золотистый туман, заполнивший весь проход. Он шагнул в него — и мир перевернулся. Ноги больше не касались земли, трава