Торговец будущим 5 - Мархуз

начали мне предлагать «очень выгодные» предложения, вплоть до почти бесконтрольного владения Финляндией. И ещё один государственный займ и всякие другие блага с льготами и привилегиями. Лишь бы я помог деньгами им выйти из сложной ситуации, что позволит без проблем утвердить датского принца в качестве их правителя.

— Не выпрашивайте, уважаемые херен, давайте сделаем проще. Я просто дам вам безвозмездно триста тысяч фунтов стерлингов и вы закроете с лихвой ваши финансовые дыры. Для меня это проще, чем морочить себе голову финскими землями и тем же вашим очередным займом.

Чтобы понять изюминку ситуации следует чуток разобраться со шведскими финансами данного периода времени. Серебряный риксдалер соотносится к британскому фунту стерлингов по курсу 4.5 к одному. А вот бумажные риксдалеры из-за того что их напечатали слишком много котируются по курсу 118 к 1. Так что они вполне могут закрыть свой государственный долг предложенной мной суммой. Тем более, что часть этих денег ко мне и вернётся, ибо я уже скупил их международные долги по дешёвке из расчёта один реальный фунт к двум с половиной «долговых». Банкиры были рады продать то, что выглядело безвозвратным в тяжёлой для Швеции ситуации.

— А льгот и привилегий мне не нужно, так как правильная экономика базируется на едином для всех подходе, а не на скидках и прочих подобных мерах.

Обрадованные риксдагеры умчались счастливые в Стокгольм, дабы поделиться с другими столь простым решением проблемы, а заодно продемострировать кучу аглицких бумажек. И мне проще разок откупиться лишь бы не приставали больше, по крайней мере в тот момент я именно так считал. Увы, но не всё коту масленница, как впоследствии выяснилось. Да и сами представители парламента удивились, когда сия инфа ушла в народ.

Дело в том, что не только народ, но и высшие эшелоны власти отреагировали на мои действия странным образом, не предусмотренным мной.

— Зачем нам датский небогатый принц, когда есть очень обеспеченный король небольшой страны? — вот какой лейтмотив распространился повсюду достаточно быстро.

— Так король Денис Первый и поможет все долги закрыть за свой счёт и экономику наладить, чтобы она прибыльной стала…

— Но, херен, он же требует внести изменения в Конституцию, а значит будет строгим правителем. То ли дело послушный Кристиан Фредерик…

— Вашего датчанина с его семейством придётся кормить за счёт бюджета, а короля Алгарве кормить не надо, ибо он требует, чтобы королевская семья жила за свой счёт…

— А вдруг мы захотим его сместить и выбрать нового короля, тогда как? Снова Конституцию менять?…

Разногласия расходились повсюду волнами, что привело к очередным волнениям и общественным беспорядкам. Оттого что некоторые не хотели «строгого» правителя большинство должно страдать от неопределённости и последствий кризиса власти. Хорошо, что выданные мной деньги позволили закрыть долги по жалованью военным, а то и соответствующий бунт мог возникнуть. Солидную часть внешнего долга закрыли, но всё равно бюджету не хватало средств.

В августе партия «ларссонов» поставила вопрос ребром — Дениса Первого пригласить на королькование, если не хотят погрязнуть в беспорядках. Кстати, сам принц Кристиан Фредерик не рискнул принять возможное предложение стать кронпринцем. Какими бы гордыми нищеброды не были, но как-то нелепо приходить во власть с пустым карманом в эти новые времена.

К концу августа наконец-то риксдаг принял более-менее разумное решение, удобное королевству, но не мне вообще-то. Скорее всего просочилась информация о том, что мои свободные капиталы исчисляются в таких размерах, что Швеции и не снились. Конечно, когда за сто двадцать бумажных «фунтиков» полагается лишь один британский фунт, то даже обычный миллион аглицкого вида равен… мама дорогая, да таких денег шведский бюджет не видел и о них даже не мог мечтать. Поэтому меня снова пригласили выступить в шведском парламенте с хоть какой-нибудь программой действий.

Я бы отвертелся или в крайнем случае ещё несколькими сотнями тысяч откупился, но Романовы вызвали меня на ковёр и единым тандемом класса «мама-сын» объявили какой должна быть нынешняя «политика партии».

— Денис Дмитриевич, нам нужна послушная Швеция в качестве союзника и единомышленника, поэтому не перегибайте палку, пожалуйста. Иначе поссоримся, — было заявлено достаточно серьёзно.

Я не бог и не герой и ссориться с Россией реально опасаюсь, поэтому пошёл на заклание якобы по доброй воле, подготовив вполне продуманный план действий по вытягиванию бегемота из болота. Благо не очень накладно это будет сделать, дай бог в пару аглицких лямов можно уложиться.

Доклад полный условий и требований состоялся практически через год после такого же предыдущего и ничем особым от него не отличался. Правда реакция парламентариев на этот раз оказалась другой, не столь выпендрёжной, а очень даже покладистой. Нечто вроде того как в книге Стругацких было написано:

— А почему бы благородным донам не поцеловать башмак дона Рэбы…

Ясен перец никто мои башмаки не челомкал и к ногам не припадал, но по сути риксдаг вынужден был согласиться на строгое правление и даже признать моё право остаться при своих религиозных убеждениях. Тем паче, я не настаивал на том, чтобы весь народ разделил мои верования. Священников высокого ранга уломали (пусть и не физически), а те и согласились за какие-то вшивые сто тысяч фунтов стерлингов в виде пожертвования мной лидирующей шведской церкви (в общем плане, а не отдельно взятой церквушке, гы-гы).

Так что в конце сентября, когда Наполеон уже объявил войну Османской империи и его войска двинулись из Иллирии в балканские земли (а армия Мегмет Али подготовилась с помощью французов к действиям к северо-востоку от Египта), риксдаг торжественно признал меня новым кронпринцем Швеции.

Мне пришлось закрыть за свой счёт все имеющиеся финасовые дыры, а также открыть финансирование той техническо-промышленной перестройки, которую я сам и провозгласил. Простой народ обрадовался, хотя кое-какие чиновники и остались недовольными. Всё-таки я ввёл свой воинский контингент в страну для несения полицейской службы и в качестве Пограничной стражи. Мало того, по согласованию с парламентом был создан Комитет национально-экономической безопасности с особыми полномочиями (а по сути та же кровавая гебня в якобы овечьей шкуре). Для небольшого населения Швеции в два с половиной миллиона жителей это очень даже серьёзные силы, что ни говори.

И куда мы придём, если провозглашён своеобразный подход к экономике в виде сокращения торговли сырьём и усиление производства товаров или хотя бы материалов из собственного сырья? То же самое, что и в России, но в минимизированном варианте, причём без крепостной зависимости, которая в Швеции так и