Система дефрагментации - Сергей Сергеевич Мусаниф

— Ладно, — сказал я. — Деньги есть. С кем тут надо поговорить? Бухгалтерия по ночам работает?

— Не знаю, — сказал Федор. — Но, наверное, это надо с ректором обсуждать. Это он кредит выдавал.

— Пойдем, разбудим старичка, — сказал я.

— Да он не спит, — сказал Федор. — Маги его уровня никогда не спят.

* * *

Академик Ниссен не спал.

Оно и понятно, когда тебе приходится нести ответственность за целую школу магии, полную разной степени таланта учеников, одни конкуренты дышат в затылок, а другим конкурентам должен дышать в затылок ты сам, а перед тобой открывается целый океан неизученных возможностей, времени на сон практически не остается.

Кабинет ректора был подсвечен фиолетовыми ароматическими факелами, на полу была начертана пентаграмма, а сам Ниссен стоял рядом с ней и, видимо, только что закончил читать заклинание призыва, потому что напряженно всматривался в клубящийся внутри дым.

Мы вошли без стука. Точнее, один раз мы все-таки постучали. Виталик стукнул ногой, когда дверь открывал.

Ниссен повернул голову к двери.

— Вы кто такие? Я вас не звал. Идите…

— Опа, — сказал Виталик, не отводя глаз от пентаграммы. — Кажется, мы не совсем вовремя. Или вовремя. Или не кажется.

Дым в ней перестал клубится, и оказалось, что на полу стоит женщина. Молодая, полуголая, чертовски привлекательная.

Правда, с рогами и хвостом.

— Не уверен, что это противозаконно, — сказал Виталик. — Но, скорее всего, это аморально и подает студентам плохой пример. А разве не задача ректора — подавать студентам исключительно хорошие примеры, к хренам?

— Вы не понимаете, — сказал Ниссен. — Это эксперимент.

— Все мы понимаем, — заверил его Виталик. — Я прямо вижу, что подушки на ковре навалены исключительно в научных целях. А на столике не вино и фрукты, а реагенты и реактивы.

— А нам запрещено вызывать демонов в стенах Академии, — заметил Федор.

— А жена твоя знает о твоих экспериментах? — поинтересовался Виталик.

— Я холост, — сказал Ниссен. — А вы кто такие? И как вы сюда попали?

— Мы к вам, профессор, и вот по какому делу…

— Я не профессор, — сказал Ниссен. — Я академик.

— Хрен, как говорится, редьки не любознательней, — сказал Виталик.

Ниссен наконец-то встал в позу кастующего мага и от его ладоней стал идти легкий дымок.

— Я вас сейчас испепелю, — пообещал Ниссен.

— Ты угрожаешь испепелить нас, но делаешь это без уважения, — сказал Виталик. — Кроме того, я уверен, что в уставе вашего учебного заведения наверняка есть пункт, запрещающий испепелять студентов в свободное от занятий время.

— Вы — не мои студенты, — заявил Ниссен.

— Вот он, — Виталик ткнул пальцем в Федора. — Вполне себе студент.

— Да, — подтвердил Федор. — Я студент.

Суккуб соблазнительно изогнулся внутри пентаграммы.

— А, помню, помню, — сказал Ниссен. — Мистер Сумкин, кажется. Я вам еще кредит на обучение помогал получить.

— Мы как раз по этому поводу, — сказал я. — Сколько он вам должен?

Ниссен назвал сумму. Федор поник плечами. Виталик присвистнул.

— Те пять лет едва начались, — заметил я. — А первый год он оплатил из собственных средств.

— Таковы условия подписанного им договора, — развел дымящимися руками Ниссен. — Кредит предоставляет наш банк-партнер…

— А договор наверняка был написан очень мелким шрифтом, — сказал я.

— Ростовщики везде живут неплохо, — заметил Виталик. Некоторые вещи не меняются вне зависимости от времени и обстоятельств. Небо голубое, вода мокрая, банки наживаются на доверчивых простофилях, оказавшихся в тяжелых жизненных обтоятельствах.

— Вы можете адресовать свои вопросы им, — сказал Ниссен. — Их ближайший офис находится в ста пятидесяти километрах отсюда и открывается в десять утра, так что вы вполне можете успеть.

— Мы сами решим, кому нам, сука, адресовать вопросы, — сказал Виталик.

— Я в любом случае не могу его отпустить…

Виталик медленно расстегнул кожаный плащ. Выяснилось, что зомби подготовился к разговору и переложил свой дробовик из инвентаря под одежду. Кроме того, на его поясе обнаружился внушительных размеров тесак.

— Мы пришли сделать тебе предложение, от которого нельзя отказаться, — медленно и спокойно сказал Виталик. — Кстати, у тебя есть любимая лошадь?

— Э… нет, — сказал Ниссен.

— У него есть любимый грифон, — подсказал Федор.

— Грифон тоже подойдет, — согласился Виталик и погладил тесак.

— Вы отдаете себе отчет, что угрожаете могущественному магу в месте его силы? — поинтересовался Ниссен.

— Отдаем, — сказал я и покрутил в руке «дезерт игл».

— Огнестрельное оружие тут не действует, — сказал Ниссен.

— А это не огнестрельное оружие, — сказал я. — Это магический артефакт с тримеритовым боеприпасом.

Суккуб обольстительно улыбнулся уже мне. У демонов либо нет проблем с кариесом, либо отличные стоматологи.

Ниссен сглотнул.

Он знал, что такое тримеритовый боеприпас.

Конечно, он был академиком магии в месте концентрации своей силы (строить собственную академию в любом другом месте было бы верхом неосмотрительности), у него было несколько уровней защиты, наверняка имелся Амулет Возрождения с максимальными шансами на успех и способности к телепортации.

Но нас было трое, и среди нас был легендарный физрук, чьи подвиги, в том числе и вымышленные, воспевали в своих балладах засевшие на каждом третьем углу менестрели.

Он был наслышан обо мне и явно не хотел рисковать.

Тот факт, что мы в принципе смогли проникнуть к нему в кабинет в сердце его цитадели, и он пока еще не понимал, каким образом, уже говорил не в его пользу.

— Что вы хотите?

— Разорвать договор, — сказал я. — Признать его недействительным. Формулируйте, как хотите.

— Придется заплатить неустойку, — сказал он.

— Сколько? — спросил я, понимая, что вопрос уже практически решен. Если уж он начал торговаться…

Он назвал сумму, всего лишь на десять процентов меньшую, чем в первым раз.

Плечи Федора поникли ещё ниже. Виталик задумчиво достал из ножен тесак и принялся водить большим пальцем по лезвию, проверяя его заточку.

— А без процентов? — спросил я.

— Вы забираете у меня моего лучшего ученика…

— Я не большой специалист в образовательной сфере, — сказал Виталик. — Но мне кажется, что ты недостаточно хорошо обращался со своим лучшим учеником. Посуди сам, он жил в каморке под лестницей и ты сделал так, чтобы он был должен тебе хренову кучу денег и отдавал их еще двадцать пять лет, фактически становясь на это время твоим крепостным. Какие-то хреновые у вас тут, сука, стимулы.

— Дополнительная мотивация…

— Себя-то ты другими методами мотивируешь, — заметил Виталик и подмигнул суккубу. — Зайка моя, как насчет того, чтобы провести незабываемую ночь в обществе элитного упыря? Ты — демоница, я — нежить, мне кажется, мы могли бы найти общий язык.

— Могли