Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

  Теперь оставалось только подвести девушку к Александру, который хорошо знал ее в лицо и позволить ей свершить отмщение. Задача была очень сложной, но вполне выполнимой. Для этого как нельзя лучше и подходил Калистрат, который как родоский торговец осуществлял снабжение македонского войска различными товарами во время их похода в Средиземноморье. Это позволяла торговцу незаметно доставить Арсиною в походный лагерь Александра.

  Воплощая этот план в жизнь, Гобрия уже неоднократно в качестве доверенного лица торговца посещал македонцев и уже не вызывал подозрения у лагерной стражи. Основная надежда заговорщиков была на пышное победное торжество по случаю падения Рима. Зная нрав Александра можно было не сомневаться в том, что он захочет отпраздновать этот успех. На торжестве бдительность победителей будет притуплена, и появиться возможность осуществить покушение.

  Переступив через черту и приняв важное для себя решение, Арсиноя горела желанием свершить священный акт отмщения, и длительное сидение вызывало у неё злость. Сидя у окна, она ненавидела погоду мешавшую пристать к берегам острова корабля из Италии. Обострившееся чутье подсказывало, что приход нужных ей вестей уже не за горами и только свинцовая пелена дождя легла непреодолимой преградой на их пути.

  Непогода длилась неделю, а через три дня после установления хорошей погоды действительно пришло долгожданное известие. Ворвавшись в комнату заспанной мстительнице, Гобрия ликующе проговорил: – Собирайся красавица. Рим в кольце осады македонцев и скоро должен пасть.

  Сборы были не долги, и вскоре Арсиноя отправилась в свое последнее путешествие на корабле Калистрата вместе с купцом и Гобрией.

                Глава XIV. Экспедиция в Иберию.

                Вопреки всем ожиданиям, Александр не стал праздновать свою победу в захваченном Риме. И дело было совсем не в тревожном сновидении, что по слухам приснилось македонскому царю, на следующий день после взятия столицы Римской Республики. Человека обратившего в руины Тир, Персиполь и Карфаген трудно было испугать подобными вещами. Покоритель Ойкумены и Потрясатель Вселенной смотрел гораздо дальше и в его видении, торжество по поводу взятия Рима было ненужным.

  Все дело заключалось в том, что пышное празднование победы означало завершение Западного похода, основными целями которого изначально являлось покорение Карфагена и Рима. Об этом Александр объявил своим соратникам перед началом похода, но жизнь внесла свои коррективы в царские планы. Теперь нужно было ещё покорить иберийские владения карфагенян и взять под контроль морской пролив у Геракловых столбов.   

  Изначально предполагалось, что эти территории автоматически отойдут под власть царя царей после падения Карфагена, но этого не случилось. Бегство части сенаторов из осажденного города перечеркнуло планы Александра. Теперь иберийское наследство нужно было присоединять силой, а великий полководец хорошо знал, как неохотно идут воины в новый поход, после объявления победы.

  Да, к этому моменту у Александра было обновленное войско, хорошо показавшее себя в двух походах. Да, второго бунта солдат в ближайшее время монарх мог не опасаться, но вот командиры у него были старые. Своими былыми подвигами и славными делами они уже обеспечили себе достойное существование и теперь хотели в полной мере успеть вкусить его. Гибель Пердикки и Кратера была ярким примером того, что даже стратеги из ближнего окружения царя, могли погибнуть во цвете лет и славы.

  Явный, пусть даже приглушенный звонок о желании стратегов близкого круга перейти к мирной жизни, прозвучал на военном совете, собранном Александром на шестой день после падения Рима.   

 - Друзья – величаво начал Александр, – ибо столь длительный поход не позволяет мне именовать вас по-иному.

  Услышав подобное обращение,  молодежь в лице Деметрия и Селевка разом подтянулась, а старые воины скромно улыбнулись, ибо они уже давно считали себя друзьями полководца.

 - Два главных  наших противника повержены к нашим стопам. Честь и хвала вам, чьими руками был совершен этот подвиг! Осталось еще немного, и мы завершим наш славный поход. В Иберии укрылись остатки разбитых вами карфагенян, а столь опасных людей нельзя оставлять на волю случая. Поэтому надо взять Новый Карфаген и уничтожить последнее вражеское  гнездо на побережье Средиземноморья. Дело очень важное и откладывать его в сторону было бы непростительной ошибкой. Давайте решим сроки и порядок выступления.

  Многие из стратегов встретили слова царя без особого энтузиазма. Все они надеялись, что сегодня царь объявит об окончании похода, начнет раздавать свои милости и вот новый поворот. Македонцы не понимали, почему поход нельзя завершить сейчас, а в Иберию послать лишь отдельную экспедицию. За два года погибло масса народа, включая Кратера и Пердикку, взяты Рим и Карфаген, а теперь для полного счастья им не хватает Иберии, в которой добычи меньше чем в Таренте.

  Зато причины двигавшие Александром прекрасно понимали Эвмен и Нефтех. Дуумвираты изначально предполагали, что царь захочет завершить поход у Геракловых столбов на берегу океана и были готовы к подобному повороту. Видя в нем отличный шанс, показать свою незаменимость, Эвмен был готов поддержать Александра и ждал момент продемонстрировать царю это. Гефестион, Мелеагр, Пердикка, Кратер – все кто стоял между ним и царем ушли, и наступала его пора стать первым среди первых. Правда, был ещё Птоломей, но зная его природную осторожность, кардиец намеривался обойти его на крутом повороте.   

  По повисшей после объявления царем о продолжении похода тишине, Александр вдруг отчетливо ощутил дуновение предательского ветерка с берегов Гефасиса. Тогда стратеги и солдаты отказались ему повиноваться, и поход продолжился лишь благодаря расторопности Эвмена.

  Вспомнив о походе на гангаритов, Александр встрепенулся и цепким требовательным взглядом стал окидывать лица своих соратников и чем больше он смотрел, тем сильней становился невидимый простому взору сквозняк.   

  Пифон, Аминта, Клит и Неоптолем смущенно отводили глаза, Птоломей как всегда загадочно молчал, сосредоточенно смотря прямо перед собой и даже Селевк и Деметрий, не выказали должной радости от слов Александра. Один только Эвмен, когда Александр посмотрел в его сторону, не отвел глаз и поднял руку, прося слова.

 - Я слушаю тебя, Эвмен.

 - Думаю, что ты совершенно прав, государь, спеша уничтожить остатки карфагенского сената засевшего в Иберии. Нет ничего опаснее недобитого врага, но отправляться в поход, не приведя к полной покорности Италию, также опасно. Будет разумным если, ты пошлешь в Иберию часть войска под командованием одного из стратега. Чтобы