Резидент КГБ. Том 2 - Петр Алмазный

* * *

В больничном коридоре под потолком горели тусклые люминесцентные лампы. За одной из дверей взволнованно бубнило радио. По полу гуляли сквозняки, пахло медикаментами и хлоркой.

— И как я её не заметил… — в который раз сокрушался Ферри, дёргая себя за воротник куртки.

Мысли мои были мрачны. Журналиста я ни в чём не обвинял, винил только себя. Я должен был увидеть Франческу, обязан был её спасти.

А вместо этого она спасла меня.

Заскрипели двери, что вели туда, куда не пускали посторонних. Показался белый халат, молодой медик направлялся к нам. Это был тот самый доктор, которому я сдал раненного Фабио, свой первый здесь контакт. Теперь вот пришлось обратиться к нему снова.

— Ну, что там? — вскочил я навстречу доктору, не сумев сдержать этот свой порыв.

Следом, заскрипев скамейкой, поднялся Ферри.

Доктор кивнул устало и успокаивающе.

— Всё прошло удачно. Будет жить.

Я схватил чудотворца в белом халате в охапку. Сжал так, что он ойкнул. Опомнился, отпустил и побрёл на улицу.

Покинув больницу, мы с Адриано Ферри поймали такси и полетели в его редакцию. Там все уже стояли на ушах. На моё присутствие никто не обратил ни малейшего внимания. Половина коллег Ферри бегала из кабинета в кабинет, вторая половина висела на телефонах, все что-то говорили. В специальной технической комнате слушали, как переговариваются по своим радиостанциям карабинеры.

Полиция, понятное дело, была поднята по тревоге. Но на след похитителей напасть не удалось.

Кроме прочего стало известно вот о чём. Незадолго до того, когда стартовало похищение премьера Моро, другая часть Бригад осуществила масштабное ограбление банка. Налёт получился неудачный, вовремя уйти не вышло, и теперь грабители, захватив заложников, забаррикадировались в здании банка. Полиция готовилась к штурму. Что-то мне подсказывало, что стараться взять террористов живыми карабинеры не будут.

Так и случилось. По тем данным, что обнародовали полиция, все грабители банка были уничтожены. С ними вместе погибли девять заложников. Франческе, можно сказать, повезло. Каким-то образом узнав о том, что меня захватили и куда повезли, она оказалась там — и из двух зол ей досталось меньшее.

Вечером итальянское правительство сделало заявление о похищении премьер-министра Альдо Моро. Тон заявления был резкий, на грани истерии. В произошедшем обвинялись не столько Бригадо Россо, сколько коммунистическая фракция парламента и левое движение страны в целом. О найденном на месте нападения трупе американского гражданина Рикардо Веги, в маске и с оружием, не упоминалось. Стало понятно, что расследованием похищения занимаются те же силы, что его и организовали.

На следующий день Бригады подбросили на телевидение и в редакции крупнейших газет своё «коммюнике № 1». В нём они брали на себя ответственность за похищение и требовали освободить сидящих по тюрьмам «бригадистов». Моро и его партия объявлялись главными врагами итальянского пролетариата. Похищение знаменовало собой начало «классовой борьбы за коммунизм», захваченного премьера грозились «подвергнуть пролетарскому правосудию». Эта и прочая чушь и составляли содержание «коммюнике № 1».

Всё это я помнил и так. И не обращал на это внимания.

В этот день я начал свои поиски Альдо Моро.

И встречался с одним человеком.

* * *

Ячейка Бригад, куда я внедрился несколько дней назад, перестала существовать. Бертолето был убит своим напарником Розетти, рядовых участников перестреляла при штурме банка полиция. Сам Розетти и те, кто ещё уцелел, сейчас где-то прятали похищенного премьера и тщательно скрывались сами.

Но кое-какие ниточки остались.

На кладбище я приехал ранним утром. Отыскал дыру в изгороди. По колено в сером неподвижном тумане прошёл к заброшенной часовне. Вскрыл замок. Когда недавно мы забирали отсюда оружие, здесь оставался целый арсенал. Теперь в подвале часовни было пусто. Только доски от разломанного ящика желтели под стеной да висел в паутине дохлый высохший паук.

Противник подчистил хвосты.

Хижина кладбищенского сторожа тоже оказалась пуста. А вот в церковных окнах горел тусклый свет.

Я вошёл под своды храма. Ноздри защекотал запах ладана. Мадонна, младенец и святые мученики строго взглянули с развешанных по стенам икон. Кроме них на меня смотрел ещё и живой человек. Его взгляд не был строгим. Он был, скорее, усталым.

— Вы отец Бенедетто, — сказал я.

Я знал, кто передо мной, я успел навести справки.

— Да, это я, — сказал высокий старик в сутане. — Что привело вас сюда, молодой человек? Хотите исповедаться?

— Нет, — ответил я. — Спасибо. Время для этого ещё не пришло.

Я сказал, что ищу кладбищенского сторожа. На лицо священника нашла тень. Оказалось, расположенный среди могил домик пустовал сегодня не просто так. С прежним сторожем не днях случилось несчастье. А нового на это место пока не отыскали.

— Он был невоздержан со спиртным, — печально объяснил отец Бенедетто.

Священник стал рассказывать дальше. Я сразу всё понял. Сторож упал в своей каморке, ударился головой. Он был там один, помочь оказалось некому, нашли его только утром. Полицейский патологоанатом зафиксировал несчастный случай.

Противник подчищал хвосты вполне качественно.

Мог ли отец Бенедетто не знать о том, как использовали на вверенной ему территории заброшенную часовню? И кто именно это делал. Возможно. Но мог и знать.

— Эта смерть не была случайной, святой отец, — сказал я. — А то, что хранилось в подвале кладбищенской часовенки, принесло и принесёт в мир ещё больше смертей.

— Что вы имеете в виду? — проговорил мой собеседник.

Но я видел: о чём идёт речь, он достаточно хорошо понимает.

— Те, кто взрывают людей на рынках и расстреливают на мирных демонстрациях, это определённо служители тёмной силы, святой отец. Кажется, вам пришла пора подумать, на чьей вы оказались стороне.

Священник нахмурился. Он неловко двинул плечом, и свечка в его руке погасла. Тонкая струйка дыма поднялась от неё и растаяла в воздухе.

Молчал отец Бенедетто долго.

— Наверное, вы правы, — наконец произнёс он.

И стал рассказывать.

В начале нашего разговора мой собеседник спросил, не для исповеди ли я сюда пришёл. Получилось так, что теперь исповедоваться пришлось ему самому.

До отца Бенедетто здесь работал другой настоятель. Это при нём из заброшенной кладбищенской часовни сделали тайник. Ну, как при нём… Стоящий выше него по церковному чину сказал ему, что это место займёт одна фирма. Люди, мол, хорошие, верующие, помогают с ремонтом храмов, нужно помочь. Только вот среди этих хороших людей прежний настоятель одного знал. Тот был не очень хорошим человеком.

Настоятель рассказал об этом церковному чину — думал, что тот не в курсе. А ещё он успел поделиться своими переживаниями с отцом Бенедетто, они были знакомы. Успел