Бумажная империя 4 - Сергей Жуков

У нас появилось несколько секунд передышки. Нестеров тут же бросился в ближний бой с тремя бандитами, стоящими ближе всех. В него полетело множество техник.

Пользуясь отвлекающим манёвром, я поспешил к пристройке, чтобы попытаться сбить пламя. Но наши противники оказались не столь глупы. Двое из шести оставшихся в строю бандитов заметили мой отход и одновременно ударили по мне. Успев среагировать, я бросил воздушное лезвие, которое ударилось в летящий фаербол, развеяв его множеством огненных искр. Но к моему несчастью, из этого огненного облака вырвалась вторая атака. Молния летела так быстро, что у меня не было шансов увернуться.

Время замедлилось. Сначала я почувствовал небольшой укол в районе солнечного сплетения. Потом тепло, превращающееся в жар. Затем моё тело охватило нестерпимое пламя. Импульс боли расходился от места попадания вражеской атаки по всему телу, парализуя от нестерпимой боли.

Я почувствовал, как мои ноги оторвались от земли и тело приобрело мощный импульс. Со звучным ударом я влетел в кирпичную стену здания. Удар был настолько сильный, что у меня в глазах потемнело. Тело бессильно рухнуло на землю.

С трудом удерживая разум в сознании, я терпел, пока боль постепенно отступала. Мощнейший защитный артефакт, оставшийся после боя с Безумным Максом, отработал на все сто и смог поглотить силу молнии, сохранив мне жизнь.

Но удар о стену уже никто и ничто не смягчило. Но это оказалось не самое страшное.

Бандит, видя, что я пережил его выстрел, навёл на меня артефактное оружие снова. Сил хватало лишь на то, чтобы держаться в сознании, ни о какой защите и речи не шло.

И тут я услышал яростный лай.

Акали бросилась и вцепилась в руку, что держала оружие. Бандит заорал и выпустил его из рук. Стоящий рядом боевой маг мгновенно ударил по разъярённой собаке потоком огня. К упавшей матери тут же подбежало двое щенят, встав перед ней и начав пискляво лаять на обидчика их матери.

В руке мага мелькнуло зарождающееся пламя.

— Нет! — отчаянно выкрикнул я, собрав все силы и бросив в него всепоглощающую сферу.

Тело бандита отбросило на пару десятков метров прямиком в деревья, откуда раздался громкий хруст.

Разъярённый, я забыл о полученных ранах и уже подбегал к Акали, на ходу откидывая неприцельные техники, надеясь задеть хоть кого-то и создать себе «огневое прикрытие».

Когда я подбежал к лежащей собаке, щенки тут же замолкли, принимая меня как полноправного хозяина и защитника.

Развернувшись, я собрал последние силы и сплёл огромное воздушное лезвие, направив его в землю между мной и тем местом, где стояли бандиты. Техника взрыла землю, поднимая в воздух завесу из комьев осенней грязи и листьев, тем самым создавая мне краткосрочное прикрытие от глаз неприятелей.

— Ты как, красотка? — подбежал я к собаке, готовясь к худшему, но к своему удивлению обнаружил целую и невредимую Акали.

У неё была подвёрнута лапа от падения и она не могла встать, но на ней не было ни единого ожога и вообще какого-либо следа огня.

Что за чертовщина⁈ Собака вдобавок выглядела куда свежее и лучше чем буквально час назад. Бело-рыжая шерсть почти очистилась, словно огонь сжёг лишь грязь, абсолютно не тронув шерсть.

Ладно, думать над этим будем потом, а сейчас надо срочно унести её отсюда.

Подхватив Акали, которая болезненно поджимала переднюю лапу, я бросился в сторону дома.

— За ним. Он уходит, — послышались разрозненные крики сзади.

Грязевое облако оседало, раскрывая меня для прицельного удара. Защититься или контратаковать возможности у меня не было, потому что руки были заняты раненой собакой.

И тут произошло то, во что я поначалу даже не поверил.

— Стоять, ублюдки, — послышался неуловимо знакомый грубый голос.

Крики и переговоры бандитов тут же затихли и наступила звенящая тишина. Словно кто-то нажал на паузу и мир замер.

Медленно повернувшись, я едва не выронил Акали из рук.

Что⁈

Прямо между мной и остатками бандитов стоял… Волк. Лидер бандитов был живее всех живых и властно отчитывал своих подчинённых.

— Это призрак! — выпалил один из бандитов и бросился наутёк, выронив оружие на землю.

— Босс, я же лично видел как вас застрелили… — медленно протянул второй с ошалевшими глазами.

Ещё двое бандитов бросили на землю оружие и судорожно крестились.

Волк сделал шаг им навстречу и ледяным голосом произнёс:

— Предатели. Вы все предали меня. И за это вы поплатитесь своими жизнями!

Повернувшись ко мне, он весело подмигнул и я вышел из под его чар.

Вова, да ты просто чёртов гений! Актёрище. По тебе сцена плачет.

Аккуратно положив Акали на землю, я встал позади Вовы, который вновь повернулся к оставшимся четырём бандитам.

Собравшись, я закрыл глаза и сфокусировался. Собрав остатки энергии из своего тела, я создал множественные воздушные стрелы и запустил их в сторону неприятелей.

Сотня невидимых стрел с невероятной скоростью метнулись туда, повинуясь моему приказу. Они аккуратно прошли с двух сторон от стоящего на их траектории Вовы, разминувшись с ним в считанных сантиметрах. Неожиданно выскочив из-за него, они застали всё ещё не пришедших себя от шока бандитов и одним мощным ударом поразили их всех разом.

Привалившись к стене дома, я с трудом стоял на ногах.

Мы победили. Мы справились. Но какой ценой?

Я повернул голову влево и сердце опустилось. Пристройка, тайная комната — они горели, а вместе с ними сгорали секреты Нестеровых, Волченко и императорской династии.

— Кажется, стоимость поместья только что опустилась ещё сильнее, — хохотнул Вова, приняв свой обычный облик. — Хотя куда уж ниже.

— Что с тобой случилось внутри? Почему ты набросился на Нестерова? — спросил я у него.

Он пожал плечами:

— Потому что у меня с его родом кровная вражда.

— Что за чушь? Ты никогда не говорил подобного и не вёл себя так. Что-то произошло там, внутри, — пристально посмотрел я на него. — Ты случайно не взял с собой то письмо?

Вова засунул руки в карманы, проверяя их на всякий случай, а затем отрицательно покачал. Но следом его глаза округлились и он вытащил небольшой клочок пожелтевшей бумаги. Это было не то письмо, но тоже нечто старинное. Единственная вещь из сгоревшей тайной комнаты.

— Что это? — спросил я, забирая хрупкий клочок бумаги.

Она сохранилась куда лучше блокнота и письма. Чувствовалось, что бумага изначально была куда более плотной и качественной и оттого время не смогло уничтожить её.

«Забудь всё, что узнал от Нестерова. Род Волченко должен разорвать все связи с ними и начать кровную вражду.»

Когда я