Тактик 13 - Тимофей Кулабухов

«Да-да, веди её, просто без всякой спешки, дай мне добраться до Дома Правительства раньше вас».

«Босс, ты всё усложняешь. Ну, раз ты так просишь, то давай».

Маглита Пронзительная полностью оправдывала свое прозвище, если оно было продиктовано красотой, а не тем, что она склонна прокалывать людей насквозь.

Высокая, грациозная, с кожей тёмного цвета, но скорее голубоватого, чем как у людей, и глазами оттенка насыщенного фиолетового аметиста. Её наряд из плотной кожи морских змеев идеально подчеркивал хищную, смертоносную пластику тела.

Наверняка, если бы ей дали обтягивающую одежду с принтом леопарда, она бы её надела. В каждом её движении сквозила ледяная уверенность древней аристократки, которая умеет убивать.

Я и правда поспешил во дворец, предварительно отодвинув Первый полк, но оставив Второй, а так же разрешил портовому люду вернуться к работе.

Я прибыл в свой кабинет, с сожалением понимая, что в этой суете, ожидая нападения, я не умылся, не позавтракал и вообще хорошо подготовился только к драке. Но уж никак не к дипломатическому визиту.

Я очень плохо представляю себе, что такое «свободный радикал». Максимально далёк от понимания.

Но я отлично представлял себе, что такое «свободная политическая сила». Я и сам сформировал такую силу, сочетающую в себе военную и экономическую систему, которая теперь стала ядром молодого государства.

Клан «Братство Бойк» представляло собой свободную политическую силу, но, всё же, скорее с военным уклоном.

Через четверть часа в кабинет заявилась «делегат» этой самой силы.

Я вышел на середину кабинета, чтобы встретить её не как директор свою подчинённую, а скорее, как равную.

— Правитель Рос, — Фаэн отвесил изящный полупоклон, элегантно указывая рукой на свою спутницу. — Позвольте представить Вам адмирала свободного флота и бессменного лидера Братства Бойк, несравненную Маглиту Пронзительную.

Тёмная эльфийка остановилась в трёх шагах от меня. Её взгляд, острый как хирургический скальпель, прошёлся по моей потрёпанной броне, по стенам со следами повреждений, окнам, которые ещё не восстановили. Я не считал свой кабинет приоритетным, бригады гнали строительство стены, новых ворот, башен, зданий в Цитадели, а окна… Окна — это второстепенная ерунда.

В этих фиолетовых глазах не было ни капли уважения или страха, только интерес и лёгкая ирония. Она смотрела на меня с высоты своего тысячелетнего опыта, оценивая только представителя молодых и не особенно долго живущих рас, возомнившего себя серьёзным игроком.

Конечно же, эльфы, который были способны жить сотни лет, смотрели свысока на все прочие расы, потому что мы рождались, жили и умирали на их глазах. Другое дело, что в ходе своих коротких жизней люди и орки были способны снести с горизонта когда отдельного эльфа, а когда и эльфийское государство.

Я лично, так уж получилось, был в отменных отношениях с гномами (например, королевством Ошо), с орками (Умар), с высокими эльфами (орден Сияющего Орлана). А вот с государствами людей отношения что-то не задались.

— Значит, это и есть знаменитый рыцарь-герцог, взбаламутивший весь сухопутный мир Гинн, — голос Маглиты оказался глубоким, с лёгким поющим акцентом, необычным и, в то же время, красивым. — Фаэн представился Вашим другом и пел мне ночами напролёт песни о горах золота и грандиозных планах мести. Но передо мной лишь закопчённый порт и кучка напуганных орков в броне.

— Ну, давайте начнём с того, что Фаэн безусловно мой друг. Перепуганные орки, а с ними эльфы, люди, гномы, гоблины и тролли ставили на колени лучшие армии континента.

— Так уж и лучшие? — она изогнула свои губы в лёгкой улыбке.

— Ну да, буквально. Есть такое выражение… Мужество есть лишь у тех, кто ощутил сердцем страх. Кто смотрит в пропасть, но смотрит с гордостью в глазах. И мои воины, представители всех рас, видели смерть и даже высоких её представителей, например, Рыцарей смерти и всё же имели гордость держаться, стоять, драться и побеждать. Им нет нужды надувать щёки и делать надменные лица. Наши дела говорят за нас.

— Красивые слова для правителя, прячущегося за каменными стенами от гнева короля Фрея. Братство не вступает в союзы со слабаками, герцог. Мои корабли могут перевезти Ваших людей, но я не собираюсь отправлять своих матросов на убой ради чужих амбиций.

Встретить равного по духу лидера в этом мире политических интриганов и трусливых аристократов было сродни нахождению эпического лута в низкоуровневой локации.

— Мне не нужны Ваши корабли, прекрасная Маглита, — перебил я её.

Она несколько раз открыла и закрыла рот, всё это время широко взмахивая ресницами.

— Что, простите? — она повернулась к Фаэну, а тот плюхнулся на стул около стола совещаний и расплылся в улыбке. Разумеется, мой офицер понятия не имел, что я собирался сказать. Откровенно говоря, я и сам не знал, потому что разговор с самого начала пошёл не по плану.

— То, что услышали Ваши уши, сестра-эльф. Вы пришли торговаться, набивать себе цену и рассказывать о своём величии. А у нас несколько другая ситуация. Посмотрите на Фаэна. Подозреваю, что Вы уже хорошо его рассмотрели. Но… Знаете, как я с ним познакомился и почему называю другом? Я вытащил его из тюрьмы и предложил умереть. И был момент, когда вражеские панцирники пёрли на стену, он сиганул с неё, чтобы выпустить три стрелы под наилучшим углом.

— Приземлился как кошка? — уточнила эльфийка.

— Нет, его спасли орки.

— Позволил себя спасти низшим? — нахмурилась она.

— Позволил себе наплевать на это. Наплевать на собственную жизнь, на орков, на меня, на город, на гордость. Он разящий клинок, он выше богов и ниже улитки, он танцует на кончике клинка. Он лучшее, что есть в вашей расе.

— Мы с ним не родня, — попыталась возразить Маглита.

— Всё, что Вы можете… — я проигнорировал эту попытку рассказать, как тёмные эльфы отличаются от остальных эльфов, — или не можете, тут уж как повезёт… это соответствовать его уровню. Иметь такую же смелость, когда мир будет сгорать в огне конца света, как и он.

Маглита изящно приподняла тонкую бровь, явно заинтригованная моим утверждением и скосила глаза на Фаэна.

— Вопрос ведь не в том, кто из нас круче, сестра-эльфийка, а в том, чего Вы хотите и чего хочу я.

— И чего же я хочу? Просветите меня.

— Месть. Малодушные скажут «да я не хочу мстить, да ладно, да пусть живёт». Но нет!

Я