Бабник: Назад в СССР 2 - Роман Фабров

своём кресле, развалившись и по-хозяйски закинув ногу на ногу. Вид у него был такой, будто он уже как минимум первый секретарь ЦК: подбородок задран, взгляд снисходительный, пальцы небрежно перебирают бумаги — словно это не школьные ведомости, а судьбоносные указы.

— О, заходи, правая рука! — Игорь просиял, увидев меня. — Слушай, планы такие: после уроков не разбегаемся. Поедем в райком.

Он наклонился ко мне, понизив голос до заговорщицкого шёпота, и даже оглянулся на дверь, хотя в кабинете мы были одни.

— Познакомлю тебя с нашим активом и, главное, со Светланой Никоновой. Она у нас рулит всем молодёжным направлением. Женщина молодая, эффектная, но амбициозная — просто жуть. Ты с ней поаккуратнее. Шепчутся, что у неё папа в обкоме такой пост занимает, что нам и не снилось. Если ей понравишься — считай, все двери в городе перед тобой открыты.

Я кивнул, сохраняя на лице вежливую заинтересованность, но внутри лишь усмехнулся. Игорь так увлечённо расписывал свои связи, что даже не понимал: он сам для меня — лишь удобная ступенька. Его тщеславие — вот мой главный козырь.

Отыскал Зою я на следующей перемене. Она уже успела взять себя в руки, но в глазах всё ещё читалась холодная решимость. Вкратце обрисовав ей наши с Игорем планы по поездке в райком я прямо спросил совета: как вести себя с этой братией, чтобы не наломать дров?

Зоя на мгновение задумалась, машинально поправляя воротничок.

— Слушай внимательно, Гаранин, — начала она тихим, деловым тоном, в котором не осталось и следа от недавней истерики. — Помощники Светланы Андреевны — это так, массовка. Обычные девчонки на побегушках: смотрят ей в рот и своего мнения не имеют. На них время не трать. А вот сама Никонова — фигура серьёзная.

Зоя посмотрела мне прямо в глаза, и я увидел в её взгляде опыт настоящего аппаратчика — не по годам зрелый, отточенный годами интриг в комсомольских коридорах.

— Она дамочка крайне амбициозная и на дух не переносит пустобрёхов вроде нашего Игорька, — продолжила Зоя, чуть понизив голос. — Она таких приспособленцев за версту чует. Поэтому, если хочешь произвести впечатление, забудь про пустые лозунги. Ей нужно реальное дело. Предложи что-то конкретное.

Она сделала паузу, выверяя каждое слово:

— Например, предложи провести школьный вечер к годовщине Октября, но не по заезженному сценарию, а с размахом — так, чтобы не стыдно было позвать людей из обкома. Организуй выставку, подключи хор, пусть ребята подготовят литературную композицию по Маяковскому или Рождественскому. Сделай так, чтобы это не выглядело очередной формальностью для галочки. Если она увидит в тебе организатора, способного подать ей красивый отчёт «наверх», считай — ты в дамках.

Я кивнул, впитывая каждое слово. В голове уже начал складываться план не просто мероприятия, а настоящего спектакля. Зоя говорила уверенно, и я впервые почувствовал, что у меня появился союзник, понимающий правила этой игры не хуже меня.

Здание райкома встретило нас монументальной тишиной. Игорь всю дорогу в троллейбусе поправлял воротник своей новой джинсовки, явно пытаясь подавить мандраж, но стоило нам переступить порог, как он снова нацепил маску «важного чина».

— Держись уверенно, Лёха, но не высовывайся без нужды. Главное — поддакивай, когда я буду говорить о наших успехах, — прошептал он, когда мы поднимались по широкой лестнице на второй этаж.

Кабинет Светланы Андреевны находился в самом конце коридора. В приемной вокруг стола сидела троица — симпатичные девчонки из райкомовского актива, которые смерили нас колючими оценивающими взглядами. Игорь лихо козырнул им, но те лишь сухо кивнули в ответ.

— Светлана Андреевна ждёт вас. Проходите, — бросила одна из них, строгая девушка в очках с волосами, стянутыми в тугой пучок.

В кабинете было просторно и прохладно. Огромный стол под зеленым сукном, графин с водой, на стене — неизменный портрет Ильича. А за столом — молодая женщина, которая никак не вязалась с образом скучного партийного сухаря. Никоновой не было и тридцати. Дорогой серый брючный костюм, безупречная укладка и взгляд, который, казалось, видел тебя насквозь.

— А, школьный актив пожаловал, — голос у неё был ровный, с лёгким налётом скуки. — Садитесь. Игорь, я надеюсь, ты пришёл не с очередным отчётом о «проделанной работе»? Мне нужны свежие идеи для предстоящей годовщины Октября, а не твои дежурные лозунги.

Игорь замялся, открыл было рот, чтобы выдать заранее заготовленную тираду о верности идеалам, но она не дала ему вставить и слова. Вместо этого Светлана Андреевна в упор уставилась на меня.

— А это кто? — спросила она, окинув меня, как мне показалось, почти плотоядным взглядом.

— Это мой новый заместитель, — неуверенно проблеял Игорёк. — Надёжный парень. Алексеем зовут.

— Значит, Алексеем… — задумчиво, не сводя с меня глаз, почти прошептала она, явно прикидывая что-то в уме.

— Ну хорошо, — Никонова поднялась из-за стола, подошла к окну и небрежно отдёрнула тяжёлую портьеру. Взяла миниатюрную лейку и принялась поливать цветок на подоконнике. — Рассказывай, Игорь, какие будут соображения? — не поворачиваясь, бросила она комсоргу.

У того, понятное дело, идей за душой не было. Он пришёл по старой привычке — с заготовленным набором штампов, но здесь требовалось включить голову или хотя бы импровизировать. Вот только гибкостью мышления мой «соратник» никогда не отличался. Он начал что-то невнятно мычать про «усиление ответственности» и «охват масс», от чего Светлана Андреевна лишь поморщилась, ставя лейку на место и оборачиваясь к нам.

Кстати, фигурка у неё была что надо — я невольно отметил этот момент про себя. Да и на лицо она была весьма симпатична, особенно когда забывала нацепить маску строгой чиновницы. Длинные ноги, чуть курносый носик и аккуратная причёска — светлые волосы были аккуратно уложены в причёску. Макияж тоже был наложен умело, со вкусом. На вид ей можно было дать лет двадцать с хвостиком, если, конечно, не приглядываться. В общем, ничего такая барышня, подумал я. Да и, если верить слухам, папаша её тоже не последний человек в столице.

Однако время шло, а Игорёк так и не выдал ничего вразумительного.

— Светлана Андреевна, если позволите, — я подался вперёд, окончательно отодвигая Игоря на второй план. — У нас есть конкретное предложение. Мы планируем организовать торжественный вечер к годовщине Октября, но отойти от заезженных шаблонов. Хотим сделать всё с размахом, по-настоящему качественно — так, чтобы уровень мероприятия позволил пригласить гостей из обкома.

Я сделал небольшую паузу, поймав её взгляд, и продолжил:

— Программа будет плотной: сводный хор, сильная литературная композиция — Маяковский, Рождественский, никакой самодеятельности «для галочки». Я готов лично координировать подготовку и мобилизовать наш комсомольский актив. Уверен,