Целитель на прицеле - Виктор Викторович Зайцев

— Не переживайте, после нынешних событий к Борису Николаевичу академики в очередь выстроятся, станут лечить его и всех его сотрудников. А Вас, Ольга Михайловна, я прошу придержать моё заявление пару дней, я же временно оформлен, так что две недели не надо отрабатывать. Потом отдайте в кадры, они его там неделю промаринуют по привычке, я уж в Свердловске буду.

— Так оставайся, Федя. Все к тебе привыкли, человек ты хороший, не то что твоя мымра.

— Увы, Ольга Михайловна, через неделю у меня учёба начнётся на пятом курсе института. Да и как Вы представляете мою жизнь в Москве на зарплату санитара на полставки, и без своего жилья? Вот закончу мединститут, тогда и видно будет, где смогу работать. Может, к вам приеду, если не забудете. Только ещё два года ждать придётся. А медицинское образование заочно получить никак нельзя. До свидания! — Я оставил своё заявление, датированное двадцать вторым августа девяносто первого года, и вышел в коридор.

Ирина к этому времени давно ушла, попрощался на выходе из здания с охранниками.

— Меня отпустили на ночь, завтра с утра приду, не теряйте. Много переработал за эти дни.

— Счастливчик, мы к тебе привыкли. А то ночью податься некуда, Скорая-то не ездила. — Приуныли парни.

— Ничего, думаю, бардак закончился, Скорые тоже начнут работать.

Я вышел за дверь и вдохнул ещё тёплый и душный московский воздух. Как я прикинул, до Арбата пешком было от трёх до пяти километров. Но мне пришлось идти больше часа, часто отвлекали весёлые пьяные компании, чуть не плясавшие на улицах.

— Свобода! К чёрту партию! Гнать всех партийцев! Натерпелись! Ура!!

Меня такие вопли несколько напрягали, в провинции в моё время такого активного празднования не было. Народ всё воспринимал философски-равнодушно, слишком далеки мы были от Москвы. В наступление счастья после разгона партийцев никто не верил.

Ближе к Арбату толпы счастливых интеллигентов сменились откровенно хулиганскими группами. Те под шумок, как обычно, разбивали витрины и без того пустых магазинов, не забывая грабить и бить поздних прохожих. Три таких группы мне пришлось усыпить часа на два — натренировался, мои возможности потихоньку росли. К концу года я надеялся дойти до трех или больше часов. Однако усталость взяла своё, едва приняв душ, я моментально заснул. Зато проснулся полностью выспавшимся в половине шестого утра, как по будильнику. Быстро состирнул грязное бельё, надел всё чистое и выглаженное, даже позавтракать успел.

И бодрым шагом, как в песне поётся, пошёл по утреннему холодку в Белый дом. Толкаться в общественном транспорте не стал, чтобы не портить настроение. Так, с улыбкой на лице, с сухим пайком и запасным бельем в спортивной сумке, я подошёл к парадному входу в Белый дом.

— Ты увольняешься, что ли? — открыл мне дверь старый знакомый Паша с необычным вопросом. Однако, как быстро слухи расходятся! Даже рабочий день не прошёл.

— Конечно, я и устраивался временно. Тем более, что учусь в институте, скоро первое сентября, если ты помнишь. — Улыбнулся я Паше и его коллегам, сгрудившимся вокруг нас. Одни из них и предложил:

— Так переведись в Москву или на заочное отделение?

— В мединститутах заочного образования нет. Да и как я проживу в столице на полставки санитара? Папы миллионера у меня нет, грузить по ночам вагоны на вокзале желания нет. А в Свердловске у меня квартира и частный дом, свой кооператив и какой-никакой заработок. Вот через два года закончу мединститут и приеду сюда, если не забудете. Чего вы расстроились, мне ещё два дня работать, насмотритесь на меня. Ещё надоесть успею. — Я помахал рукой и пошёл к себе на второй этаж.

В этот день Ельцин даже никуда не ездил. Если и уезжал, то нас с Ириной с собой не брал. Я практически отдыхал от последних суетливых дней. Но после обеда и к вечеру, меня всё же пригласили для поднятия тонуса, как это назвал Коржаков, к президенту России. Едва пробрался через толпу журналистов, стоявших в коридоре почти весь рабочий день. И это не считая журналистов и телеоператоров у входа в здание, чьи компании не добились допуска внутрь Белого дома. Так и прошёл мой рабочий день, чтобы после шести часов отправиться домой.

Последний рабочий день, двадцать четвёртого августа, во вторник, я сразу на работу принёс вторую сумку с вещами. Билет на скорый поезд уже лежал в кармане, но до шести часов я честно отработал, чтобы мои работодатели не подумали, что я обманом сбежал. Вечером я поработал над Борисом Николаевичем и Александром Васильевичем, вдохнул в них заряд бодрости дня на два, не меньше, и совершенно невинным тоном попрощался.

— До свидания, Борис Николаевич, Александр Васильевич. Я пойду? — Остановился у двери кабинета, якобы прося разрешения уйти домой.

— Пока, свободен. — Как всегда махнул рукой полковник.

Я вышел за дверь и попрощался с Ольгой Михайловной. Всё, можно ехать!

Глава 15

Возвращение

Хоть поезд считался скорым, до Свердловска шёл почти двое суток. Выходил я перрон ближе к вечеру, с чувством возвращения на родину. Хоть и прожил в городе два года, но этот город притягивает своей суровостью, что ли? Да, ехидно подсказал внутренний голос, в девяностые годы Свердловск или Ёбург станет исключительно суровым, от обилия преступных группировок. Люди не то что по вечерам, станут бояться просто на улицу выйти. Куда я вписался, на хрена мне вся эта борьба за жизнь или пещерный лев? Так говорил Рони-старший? Хотя у французского писателя была вроде борьба за огонь, а не за жизнь? Чёрт с ними обоими, и старшим и младшим.

С вокзала я сразу поехал домой, где застал своих подружек, чтобы весь вечер выслушивать новости последних месяцев и постоянно что-либо жевать. После двух часов такого ужина, я не выдержал.

— Скажите толком, картошку выкопали или нет?

— Конечно, нет, как мы без тебя управимся? — обрадовали меня девушки.

— Но, она хоть выросла?

— Да, мы неделю назад подкапывали пару кустов, картошка удалась, особенно на новом месте. Когда копать поедем?

— Давайте в субботу, завтра заберу машину, повидаюсь с секретаршей, чтобы она начала приглашать клиентов на понедельник. А в субботу с утра поедем в огород, чтобы пластаться там до упада. Испугались? — Поглядел я на своих подружек.

— Посмотрим, способен ли ты до