Великий Кузнец - 3 - Анри Олл

Я сделал вид, что не заметил. Медленно потянулся, громко зевнул (демонстративно, чтобы звук разнёсся по тихому утру) и, не глядя на пенёк, повернулся и пошёл в сторону строящейся мастерской. Спиной я чувствовал, как те два золотых огонька на мгновение исчезли. Но я знал: стоит мне, нам скрыться из виду, как она проскользнёт к пеньку, быстрая и бесшумная, как тень, и миска быстро опустеет.

Путь к мастерской лежал через почти половину участка в 120 соток (3 акр). Земля здесь была утоптана, но ещё не очищена до конца: тут и там торчали пни, валялись обломки брёвен, куски старой, обугленной глины от печи сгоревшей избы. С каждым шагом до меня доносились звуки работы: глухой стук, скрип, приглушённые голоса.

Мастерская, или то, что должно было ею стать, представляла собой уже почти готовый короб из кирпича. Стены с крышей поднимались почти на три человеческих роста, были толстыми, массивными, с ровными, чёткими линиями. Сама же конструкция печей (две доменные, для плавки, и горн для ковки) уже стояла внутри, напоминая спящих каменных исполинов: они уже заждались работы со мной. Возможно стоит расчехлить их сегодня поздним вечером для ночной работы? Они уже достаточно были обожжены и достаточно томились в ожидании.

Вокруг этого каменного чрева кипела работа. Прохор (бригадир) руководил своими людьми. Их было четверо, как обычно: Григорий, светловолосый парень, что вчера таскал самые тяжёлые камни, раствор и балки; Андрей и Савелий, постарше, с умными, практичными глазами работали с деревом и набивкой для кровли; и Петька, юнец лет шестнадцати, вечно куда-то спешащий и вечно что-то роняющий.

— Яруха! — Прохор заметил меня первым, оторвавшись от развернутого на ящике чертежа. Голос у него был хрипловатый, как у человека, который много курил. — С добрым утром! Видал? Стены твои стоят, как скала. Кровля почти готова, скоро уже будешь принимать работу. — настроение у него сегодня явно было приподнятым.

Он махнул рукой в сторону груды длинных, ровных досок и балок, стропил, которые уже лежали неподалёку. Их только привезли и разгрузили.

— Балки отменные, — Прохор пошлёпал ладонью по ближайшей. — Сосна, сухая, смолистая. Кровлю думаем из дранки делать, между деревом глиняную смесь с соломой, мхом, льном и опилками насыпать, для тепла да солидности, а затем слой бересты с соломой, чтобы воду не пускала. Снизу доски еще специальным раствором на всякий случай пропитаем и промажем, ну и там еще всякое по мелочи. На пару-тройку дней работы осталось, не больше и готово твоё царство.

Я кивнул, окидывая взглядом стройку. Всё двигалось быстрее, чем я ожидал. Деньги, уплаченные Скалзу и бригаде, явно делали своё дело: люди не отлынивали, работали сноровисто и без лишней суеты.

— Слава Агн’Бъйору, — сказал я, используя старое междометие, которое подхватил от книжки Элиаса. — Выглядит солидно. Проблем нет?

— Агнбера? Редко можно услышать, такое произношение имя бога огня. И какие проблемы? — Прохор фыркнул, вытирая пот со лба грязным рукавом. — Материал есть, руки есть. Разве что… — он понизил голос, — твой зверь там, волколюд, что ли… Он норовистый? Петька чуть с ним не столкнулся вечером у ручья, так тот зарычал так, что у парня душа в пятки ушла.

«Сергей», — мысленно поправил я.

И вслух сказал:

— Сергей зовут его. Он не тронет, если его не трогать, а сторож хороший.

Прохор кивнул, спорить не стал. Люди здесь, в пригороде Аргониса, к зверолюдям относились с опаской, как к чему-то чужеродному и полудикому или как к диковинке. Но не со злобой, скорее с опасливым любопытством даже с печатью верности. Как я понял, Королевство Серебряных Шпилей — не очень большое государство со всего одним крупным городом и миром-осколком, Аргонисом, и родных зверолюдей тут не водится. И кроме как у дворян (средней руки и выше) в качестве диковинных слуг их редко можно встретить.

Я поболтал с ним ещё несколько минут, уточнил детали по кровле и дымоходам, потом, сославшись на дела, вернулся к дому. По пути мельком глянул на пенёк: миска и кружка стояли пустые, вылизанные до блеска. Я подхватил их и отнес на кухню в дом.

Внутри дома пахло хлебом, дымом и свежей штукатуркой. Аня, уже одетая в свою светло-синюю рубаху, с косой, убранной в тугой узел, стояла у грубого деревянного стола и сверяла что-то в маленькой потрёпанной книжечке: очевидно, списки от Василия. Видимо, осталась работа, которую её попросили закончить. Сергей сидел на корточках у печи, внимательно смотря на догорающие угольки. Его бронзовые глаза были полуприкрыты, уши настороженно повернулись, уловив мой приход.

— Вернулся, — сказала Аня, не отрываясь от записей. — Видел нашу гостью?

— Видел, что она ест, — ответил я, подходя к столу. — Пока всё идёт по плану: стройка продвигается, Прохор говорит, через пару-тройку дней кровлю уже доделают.

— Хорошо, — Аня закрыла книжечку. — Тогда нам сегодня в город надо. Белья у нас почти нет, да и провизии, чтобы не бегать каждый день надо бы прикупить на будущее. Я составила список. — Она протянула мне листок, исписанный её аккуратным, твёрдым почерком.

Я пробежал глазами по пунктам. Хлопковое постельное бельё на четыре кровати — для меня, Ани, Сергея и… потенциально для кошкодевочки. Мука, крупы, соль, масло, солонина, копчёности, сушёные овощи и грибы, чай, пряности. Мыло, свечи, веревки, гвозди… Список был длинным и продуманным.

— Серьёзный подход, — заметил я. — Не забудь купить пару масляных лучин с парой бутылок масла, пригодятся.

— Хорошо, — кивнула Аня. — мне нужна охрана и помощь с погрузкой. Так что, Сергея я беру с собой.

— Я бы мог пойти с вами, — сказал я медленно. — Но… сегодня я хочу закончить с черновиком Элиаса. А кроме того… — Я кивнул в сторону двери, за которой скрывался пруд и камыши. — Я не хочу оставлять её тут одну с рабочими: они чужие для неё. Могла бы среагировать непредсказуемо.

— … плюс, — продолжил я, глядя на Аню, — одного Сергея недостаточно, если нам вдруг придётся разделиться в городе. С тобой он пойдёт, поможет донести тяжести, отпугнёт слишком назойливых торговцев своим видом и остальных нежелательных личностей. Но если ты захочешь, например, зайти к Василию за документами или свериться по каким-то счетам, а мне понадобится к кузнецу за щипцами или в алхимическую лавку, то либо тебе, либо мне придется временно отказаться