Смерть шпионам - Вадим Владимирович Чинцов

подменена верой в Маркса! Он теперь для товарища Молотова святой! А я не вижу вреда от посещения людьми церквей и их веры в всепрощающего Бога, если священнослужители не будут настраивать своих прихожан против Советской власти, а будут как и прежде вещать, что всякая власть — от Бога. И да, я предложил восстановить храм, так как он является памятником русского зодчества, в который своим пролетарским трудом вложились художники и каменщики, создавшие то, что можно будет через века показывать нашим предкам. Мы же не уничтожаем царские дворцы, наоборот — реставрируем их. Уверен, что нужно прекратить уничтожать соборы и начать реставрацию оставшихся. Пусть люди ходят молятся какому-то Богу, чье существование, как и впрочем несуществование доказать невозможно.

Андреев с сожалением покачал головой, считая, что его человек режет сам себе яйца тупым серпом.

Сталин усмехнулся и задал вопрос моему начальнику:

— Товарищ Судоплатов, как вы считаете, товарищ Сергеев прав и его можно оставить на посту вашего заместителя?

Павел окаменел лицом, поднялся и произнес:

— Я считаю, что в чем-то мой заместитель прав. Действительно, вера в Бога подменена верой в товарищей Маркса и Энгельса. Взять хотя бы тех, кто придерживался ранее учений прежних философов, никто же не объявлял их святыми, их идеи критиковали. Почему сейчас критика учения товарища Маркса стала опасной и невозможной, мне это непонятно. Каждый человек может ошибаться.

Я добавил:

— В том числе и товарищ Ленин и товарищ Сталин! Все ошибаются, нет идеальных людей.

Берия изумленно вытаращил на меня глаза и повернулся к вождю:

— Товарищ Сталин, предлагаю немедленно арестовать Сергеева за его вражескую пропаганду и преклонение перед религией.

Жданов кивнул:

— Согласен! Посмел замахнуться на самих товарищей Ленина и Сталина! Наших вождей революции!

Сталин покачал головой:

— Я не считаю, что товарищ Сергеев враг народа, иначе бы он вел свою вражескую работу молча, не оповещая руководство страны о своих взглядах. Возможно он и категоричен в своих выводах, но с другой стороны, если все будут молчать, боясь критиковать чужие ошибки, то мы со временем превратимся в запуганное стадо баранов, которые засунули свои языки в одно место, опасаясь ареста и последующего расстрела или в лучшем случае десятки лагерей. Да, у меня, как и каждого простого человека, были ошибки. Я много доверял сначала Ягоде, затем Ежову, которые превратили общество в запуганное стадо овец, покорно подписывающих невероятные признания в подвалах Лубянки. Я верил, что войны на два фронта Гитлер не допустит, а оказалось, что я ошибался. Предлагаю рассмотреть вопрос о церквях и соборах отдельно. Те соборы, что представляют культурную ценность, внести в план по реконструкции. Возможно что пришла пора встретиться с Митрополитом Сергием Страгородским, главой Русской православной церкви, Патриаршим Местоблюстителем. Если он обеспечит, как сказал товарищ Сергеев, молитвы своих священников в соборах за Советскую власть, проповедуя, что всякая власть от Бога, пожалуй и позволим им служить.

Какие еще вопросы у нас на повестке дня, товарищи?

Андреев вытер пот со лба и наконец позволил себе вздохнуть полной грудью — его ставленник умудрился не рухнуть вниз.

Глава 19

Митрополит Сергий с декабря 1925 до конца 1936 года был заместителем патриаршего местоблюстителя (арестованного митрополита Петра), фактический руководитель РПЦ; с 1 января 1937 года — патриарший местоблюститель (в связи с получением ложного извещения о смерти митрополита Петра, патриаршего местоблюстителя с 1925 года). Канцелярия (и резиденция) митрополита Сергия располагалась в Москве — в Бауманском переулке (ранее — Девкин переулок). Тогда это была восточная окраина старинного села Елохова, а дом входил в приход Богоявленского собора в Елохове. Главный престол собора освящён в честь Богоявле́ния (Крещения Господня), северный придел — во имя Николая Чудотворца, южный — в честь Благовещения.

В 1922 году, во время Гражданской войны, из храма в фонд помощи голодающим изъяли церковные ценности. В 1927 году храму был присвоен статус памятника церковной архитектуры первой категории и поставили на учёт музейного департамента Московского отдела народного образования. Через год под руководством Ивана Кузнецова в храме провели реставрационные работы живописи главного купола. В 1929 году военком Первого конвойного полка Павел Иванович Горячев отправил письмо в Моссовет с просьбой закрыть церковь и передать помещения казарме на 350 военнослужащих. По решению секретаря президиума Моссовета В. Ф. Козлова храм не закрыли. Однако в 1930 году вышло постановление о передаче комплекса Государственному музею керамики. Это вызвало протесты верующих: было собрано более 4800 подписей с требованием отменить распоряжение, что и произошло на заседании Президиума Всероссийского центрального исполнительного комитета 30 июня 1930 года.

Храм приобрёл де-факто особое значение с начала 1930-х годов в связи с переносом из разрушенной в 1938 году Богоявленского собора в Дорогомилове в храм в Елохове кафедры Патриаршего местоблюстителя и размещением недалеко от него канцелярии и резиденции заместителя патриаршего местоблюстителя митрополита Сергия. Власти предполагали закрыть собор 22 июня 1941 года — после завершения воскресной литургии, но решение не было исполнено вследствие известия о возможном начале войны с Германией.

Прибытие Сталина с немногочисленной охраной в храм стало для Сергия неожиданностью. Поэтому, наскоро облачившись в ризу, митрополит поспешил к фактическому главе государства. Сталин с интересом осматривал храм, всматриваясь в лики святых, глядящих на него с досок, лишенных драгоценных окладов.

Иосиф юношей написал четверостишие под названием «Коле Кавсадзе»: Пусть, друг мой Коля, «Гардживари» Дарит тебе жизнь долгих лет, Поможет в деле начинаний, Хранит тебя от всяких бед.

Упоминаемая в тексте стихотворения «Гардживари» — церковь вблизи родного города Джугашвили Гори.

Со ссылкой на решения XII съезда РКП(б), Сталин издал 16 августа 1923 года циркулярное письмо № 30 «Об отношении к религиозным организациям» всем губернским комитетам РКП(б) с требованием запретить закрытие церквей «по мотивам неисполнения административных распоряжений о регистрации», а также за неуплату налогов, аресты «религиозного характера», если они не имеют связи с контрреволюционными деяниями. В циркуляре имели место предостережения от гонений на верующих, поскольку «гонения только укрепляют религиозные предрассудки». 14 ноября 1936 года постановлением Комитета по делам искусств за глумление над Крещением Руси была запрещена пьеса Демьяна Бедного «Богатыри», поставленная в московском Камерном театре режиссёром Александром Таировым. В пьесе былинные богатыри выступали в роли жандармской охранки; Владимир Святой к концу спектакля принимал образ царя-держиморды. О том, что эта пьеса была запрещена не без указания Сталина, свидетельствует тот факт, что за несколько лет до этого (12 декабря 1930) в письме Демьяну Бедному Сталин подверг критике его уничижительные высказывания о русском народе. Сталин обращал