Эмиссар пустоты - Владимир Михайлович Мясоедов

куда-то вдаль подобно кузнечику мага, отличить которого получилось по массивному стальному посоху с несколькими вделанными туда прозрачными резервуарами для крови и ударом правой руки обрывая такелаж, по которому куда-то вверх подобно обезьяне ринулся какой-то живчик в черном фраке и плаще с алым подбоем, будто бы сошедший не то со страниц бульварного романа, не то с театральных подмостков. Оный живчик, кстати, оказался единственным, кто избежал раздавливания в мелкую кровавую кашу, поскольку по воле чародея управляемая им материя сжалась словно тиски или скорее зубы некоего хтонического чудовища, разрывая затвердевшей чуть и не до алмазной плотности грязью неживые тела, ткани одежды, хрустнувшие подобно скорлупкам стальные доспехи…Это был не воспетый в легендах кол, что обязательно стоит вбить в грудь вампира Это был аналог как минимум дюжины подобных орудий, вонзившихся в ходячие трупы, рванувший их в разны стороны и четвертовавший те к чертям собачьим! Единственным уцелевшим оказался тот самый скачущий по канатам франт, всего-то лишившийся одной из конечностей, которую ему грубо оторвало где-то в районе плеча. — Я прямо будто не с опытными налетчиками дело имею, а с какими-то книжными мальчиками из хороших семей, где деньги и магическая сила есть, а вот навыков профессионально резать глотки несмотря на все старания гувернеров и тренеров как-то не завезли…Или, может, паркетными шаркунами, пусть и кровососущими?

Ударившие буквально со всех сторон в марионетку десятки кровавых копий, сопровождаемых целым облаком кровавых стрел, также словно бы соткавшихся из воздуха, доказали наличие на этом судне как минимум одного из тех детей ночи, которых даже хорошо вооруженным, тренированным и магически одаренным людям действительно стоило бояться. Непонятно откуда взявшиеся алые снаряды, состоящие из магии вне всяких сомнений высшего вампира и жизненной силы выпитых им жертв, пронзили слой жидкой грязи подобно снарядам и пулям, безошибочно прокладывая свой путь сквозь аморфное тело конструкта к его живому сердцу в виде Олега. Прокладывая и бесславно разбиваясь об возникший на их пути барьер, словно стеклянные иглы о бетонную стену. Пелена, которую чародей не видел, ибо его со всех сторон окружала смесь воды, земли и ила, но зато отлично почувствовал, под этим ударом даже не поколебалось. Выданное ему передвижное кресло дипломата было рассчитано на то, чтобы выдерживать атаки лидеров Атлантиды, их убогое подобие в виде какого-то европейского упыря, сравнимого с древними магами разве только уровнем самомнения, подобную преграду с одной удара сокрушить уж точно не могло.

— Ладно, за десантом гоняться не будем…Авось без магической и артиллерийской поддержки с борта галеона местные его сами уделают, — решил Олег, трансформируя кулаки своей марионетки в подобие громадных лезвий, а после прорезая ими дыру в палубном настиле, куда мог бы протиснуться паланкин, ну и все остальное просочится. Заодно он сотворил несколько водяных лезвий, которые направил вверх по сходящимися траекториям, пытаясь добить искалеченного подранка, несмотря на потерю конечности успевшего забраться аж в воронье гнездо…И разнес насест на верхушке мачты в разлетевшиеся по всей округе мелкие щепки, но юркого франта так и не достал. Останься он на прежнем месте или прыгни куда-нибудь вправо или влево, и чары бы с ним не разминулись, при необходимости слегка подкорректировав свой курс, однако же едва ли не в последний кровосос прыгнул в небо. Резко, сильно, высоко…А в самой верхней точке своего движения размылся алым туманом, из которого выпорхнула крупная летучая мышь, имевшая особую примету в виде обрубка крыла. И несмотря на травму сменивший свою форму вампир в воздухе держался уверенно, а летал быстро, причем отчаянными противозенитными зигзагами…Или так на его траектории движения отсутствие половины одной из конечностей сказывалось? — В конце-то концов, выживали же они тут раньше как-то в такой опасной близости от Южной Америки…

Накрывший весь центр поселения колокольный звон и яркий белый свет, мигом превративший ночь в подобие ясного солнечного полдня, дал ему ответ на этот вопрос. Судя по всему служители церкви в местном храме знали свое дело если и не на пять с плюсом, то по крайней мере на твердую четверку и пользовались достаточной поддержкой небес, чтобы при необходимости в рекордно короткие сроки вымолить бьющее по площадям натуральное чудо, особенно эффективное против всего инфернального или мертвого. Первого под рукой у Олега, конечно, а потому догадки его оставались чисто теоретическими…Но поскольку созданная им на базе самого себя нежить начала массово разрушаться, тлеть и пытаться превратиться в обычные кости несмотря на толстый изолирующий слой из земли, воды и ила, а также немалую магическую силу своего создателя и довольно высокое качество исходного материала, магистров все-таки далеко не каждый день на подобных кадавров пускают, можно было с уверенностью сказать, что местные ребята знали свое дело и находились у своего высшего руководства на хорошем счету. Ну или девчата, если источником данного воздействия являлся какой-нибудь женский монастырь.

— Теперь с десантом точно справятся, — удовлетворенно хмыкнул чародей, запуская внутрь проделанного отверстия пару тонн управляемой им грязи, которая должна была встретить первые удары защитников судна и краем глаза отмечая, как ведут себя высадившиеся в город вампиры. Те, к сожалению, не горели, видимо их массивная черная броня не только выглядела стильно и защищала от всяких досадных случайностей вроде крестьянских вил с осиновой рукоятью или выстрела из дробовика в живот, но и обеспечивала определенную защиту от магии, в том числе святой. Однако двигались заранее покушавшие и обязанные находиться на пике силы кровопийцы словно вареные мухи, с трудом переставляя конечности и скорее используя свои большие жуткие клинки как костыли или трости, чем размахивая ими в попытках кого-нибудь зарезать.Прямо сейчас выскочивший из закопченного строения в одни трусах детина, вероятнее всего кузнец, при помощи пары коротких одноручных молотов пытался сбацать нечто зажигательное на шлемах сразу трех детей ночи, а шлемы эти, гудящие на всю округу с каждым ударом и потихоньку все больше и больше начинающие напоминать не горшки, а какие-то чашки или даже блюдечки, находились на своем законном месте. Ударник тяжелого труда и тяжелого металла явно относился к числу одаренных, уж больно резво он двигался и отнюдь не легкими инструментами размахивал, но ведь отбиться-то от него высшая нежить пыталась хорошо слаженной группой! — Во всяком случае, если с галеона пушками церковь не разнесут…Но думаю настолько обнаглеть я этой падали уж точно не дам!

Внутренности судна встретили затекшую в них маленькую гору жидкой материи резким ослаблением противного природе всякой нежити света, матерными криками на неизвестном чародею языке, в котором