Эмиссар пустоты - Владимир Михайлович Мясоедов

без надзора пироманта вот-вот должно было проесть толстую мешковину. За ним ещё четыре, которые Олег запустил телекинезом под такими углами, чтобы те разлетелись в разные стороны. Струйки сей субстанции, управляемые им напрямую, попытались просочиться внутрь вдоль пола и потолка…И еще пара мешочков, самых крупных, перемещалась по пузырям внутри деревянных перекрытий судна, чтобы рвануть подобно заложенной бомбе когда противник отвлечется на более очевидные угрозы.

План чародея сработал частично. Зашвыриваемые внутрь пылающие мешки так и не взорвались, поскольку пламя угасло, сбитое тонкой, но очень уж цепкой пленкой крови, окутавшей каждый снаряд и потушившей его. Мигрирующую полость с взрывоопасной начинкой раскурочили и вычистили, словно гнилой нарыв, видимо обнаружив сенсорным чарами. А вот пущенный потоком порох перехватить толком уже не успели, и потому когда Олег запустил внутрь рой огненных искр, то внутри помещения бумкнуло. Не слишком серьезно, высшую нежить таким не убить и даже не ранить серьезно, но всякие ритуальные круги, взведенные мины-ловушки и прочая тонкая магия или механика грубых воздействий не любили, как и ходячие трупы, по одной лишь природе своей особо чувствительные к свету и пламени. А потому Олег рискнул…И направил внутрь часть своего полужидкого камуфляжа вместе с облаченным в минеральную шубу и шапку скелетом, которых вампиры могли пытаться убить и высушить хоть до посинения, если конечно их бледные хладные тела все ещё могли синеть от чрезмерных нагрузок.

— Твоя жалкая маскировка не поможет против меня, бурдюк! — Рявкнули внутри на английским, впрочем с таким чудовищным акцентом, что сразу было понятно — данный язык кровососу не родной и используется исключительно как средство межнационального общения, на котором в любом конце земного шара можно собеседника послать подальше или же расстаться со всеми своими ценностями взамен на прекращение страданий. — Из тебя такой же дух, как из меня — ангел небесный!

Говорить и атаковать этот пока ещё лично не знакомый Олегу кровосос умел одновременно, а потому на поток грязи обрушились множественные теневые клинки, разрывающие и разбрасывающие в стороны не слишком-то прочную материю, дабы обнажить шубу, шапка с алой звездой и их обладателя, радостно лыбящегося вечной улыбкой черепа.

— Это ещё что такое… — Спросил на том же языке уже совсем иной голос, с куда меньшим акцентом и определенно женский. И Олегу даже не нужно было использовать ясновиденье, чтобы понять, насколько его обладательница обескуражена видом ходячего трупа в столь экстравагантном одеянии…Экстравагантном, но эффективном, а ради большей силы своих защитных или атакующих чар в этом мире одаренные без проблем нацепили бы и трусы поверх штанов в комплекте с бронебикини. Притом даже беглого взгляда хватило бы, чтобы понять, перед ними не обманка родом с ближайшего кладбища для бедняков, а действительно наполненные энергией кости весьма могущественного одаренного высокого ранга. А вот понять, лич ли к ним зашел в гости, умертвие экстра-класса или же просто марионетка, сделанная не сильно-то умелым некромантам из баснословных по стоимости и редкости материалов, без весьма сканирующих ритуалов или чар ещё попробуй пойми. — Привет с Летучего Голландца? Но разве мы с ними ссорились?

Посеять смуту и вызвать междуусобные разборки между двумя фракциями высшей нежити этого мира было бы весьма завлекательно, но Олег сомневался, что ему хватит для мастерства, дабы выдать себя за одного из обитателей этого печально известного плавучего некрополя, который на дно-то отправляли многие, а вот уничтожить окончательно так вроде бы никто и не смог. Да и вообще не собирался он сегодня оставлять свидетелей, а потому вошел внутрь рывком. Через расступившиеся по его воле перекрытия. В стороне от официальных дверей или дыры в потолке, которую демонстративно прорезал совсем в другом месте.

Помещение оказалось на удивление просторным, слишком просторным для всего лишь корабля. Видимо кто-то тут хорошенько поигрался с магией пространства, используя полученные от сородичей из Южной Америки наработки по магии пространства атлантов, а может и систему готовых артефактов. И кандидатов на роль главного упыря сей посудины было целых двое: худой, сгорбленный и морщинистый старик с пергаментно-желтой кожей крайне болезненного вида в алой мантии, сжимающий необычный хрустальный посох, заполненный кровью и увенчанный черепом какого-то демона, а также словно в противовес ему симпатичная улыбчивая мадам в странном черном гибриде траурного и бального платья, которую легкая бледность совсем не портила, лишь придавая шарма. Ещё в заклинательном покое имелось примерно зависшая в воздухе бледно-зеленая пупырчатая сфера, словно бы слепленная из множества куда более мелких шариков и изрядно шарашившая эманациями некроса во все стороны. В дальнем углу жалось к стене штук пять опасливо чего-то бормочущих то ли слуг, то ли ассистентов, облаченных в единообразные простенькие коричневые балахоны и, судя по аурам, довольно слабых и относящихся к числу низших вампиров. И тела. Пол оказался буквально усыпан иссохшими телами младенцев разных рас, сейчас напоминающих скорее не детей, а изюм. Вспыхнувшее в голове Олега пророческое озарение открыло ему, что количество шариков, слепленных в единую конструкцию, идеально соответствует количеству крохотных тел, которые ныне валяются под ногами их убийц. А ещё, что данную категорию живого товара повышенной компактностинежить держала в каких-то стазисных боксах с глубоким анабиозом, тем самым убирая на корню проблему кормления или регулярной смены пеленок. Все два минуса было у данной системы хранения питательных элементов. Во-первых после извлечения аура находящихся внутри маленьких людей оказывалась необратимо повреждена и начинала разрушаться, а потом их следовало употребить в течении считанных минут после разморозки, а потому чьи-то сыновья или дочери, попадавшие в то хранилище, оказывались обречены сразу же, как только за очередной партией «батареек» захлопывалась дверца бокса, в котором они содержались. А во-вторых, время от времени сей аварийный запас следовало целиком обновлять, поскольку процесс порчи шел потихонечку даже если никто ничего с этими несчастными делать не собирался, ведь комплекс артефактов был плоховато настроен, а исправить это могли лишь единицы краснокожих немертвых мастеров, требующих за свою работу просто сумасшедшие деньги или же их эквивалент в невольниках. Всунуть внутрь новую партию некондиционных трофеев, которые на невольничьих рынках все равно особо никого не интересует в отличии от взрослых рабов, было проще и дешевле.

Появление Олега, несмотря на все меры по отвлечению внимания не прошло незамеченным. Стремительно развернулись в его сторону парочка главных кровососов, сейчас двигающихся с такой скоростью, что обычный человек просто увидел бы на их месте лишь смазанные пятна разного цвета. Соткавшиеся прямо в воздухе теневые клинки по мановению пальцев левой руки старого упыря рубанули грязь в десятках