Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

Морион прыснул. Он слегка расслабился, почувствовав, что Люциан наконец-то взял себя в руки и продолжил борьбу. Морион попытался прислониться спиной к изголовью, но прижался лишь к куче подушек, наваленных возле него. Устроившись полулежа, он скрестил руки на груди и ответил:

– В основном это были романы. Методом проб и ошибок я понял, что именно в них делается самый большой упор на человеческие чувства и переживания, именно в них обнажаются людские души. А поскольку автор вряд ли способен писать о том, чего не знает и не понимает, я предположил, что реакции героев из книг вполне могли бы принадлежать живым людям и их можно воспринимать серьезно, запоминать и анализировать. Некоторые истории и вовсе показались мне криком души, и я буквально изучал чужое сознание.

Люциан положил голову на подушки рядом.

– Звучит интересно, я почти не читал подобного. – Его голос был хриплым от слез, но в нем больше не слышалось ни с трудом подавляемой боли, ни тревоги.

– О, я не удивлен и рад этому. Если бы ты понимал все тонкости межличностных отношений, умел считывать намеки и скрытые мотивы, то мне с тобой было бы не так весело.

Люциан фыркнул, ощутив невинный укол по своей гордости, но обижаться не стал. Ему нравилось, что Морион доволен их общением, пусть и за счет его невежества.

– Но для полноценного обучения романов было недостаточно. Да, благодаря им я научился понимать внутренние мотивы людей, но по-прежнему не знал, как считывать внешние реакции, – продолжил Морион. – И вот тогда я открыл для себя театр. Наблюдал за актерами на сцене и внимательно изучал, как душевные переживания отражаются на внешности, как работает ваша мимика, жесты и их связь с эмоциями. Конечно, не всем актерам удавалось хорошо вжиться в роль, но те, кто достигал в этом определенного успеха, становились моими любимчиками. Особенно мне нравилась труппа, которая часто отыгрывала историю становления Бога Воды. И пускай сюжет ее сильно искажал действительность, актеры свои роли любили и всегда отлично в них вживались.

Люциан перевернулся набок и, вытянув руку под подушкой, лег на нее щекой.

– А ты… – спросил он, посмотрев на демона. В его голос зазвучала нерешительность. – А ты только по книгам и театральным постановкам учился взаимодействовать? Или, быть может, пробовал с кем-то… – он сглотнул, – что-то?

Морион расплылся в кошачьей улыбке, и Люциан почувствовал себя так, словно вот-вот превратится в клубок шерсти.

– Что, например? И с кем? – В голосе демона слышались нотки разгорающегося веселья.

– Ну… не знаю, – еще более нерешительно ответил Люциан, и все его тревоги о будущем вмиг затопило чувство неловкости. – Я затем и спрашиваю, чтобы лучше понимать, что ты пробовал… Ты вроде с Лилу хорошо общаешься, а она… ну…

– Владеет домом разврата и хороша в постели?

Люциан вскинул брови.

– А она хороша?

– Так говорят, – успокоил его Морион, лениво поведя плечом. – Я с ней в постель не ложился, впрочем, как и с другими жителями Асдэма. Для меня возлечь с темной сущностью все равно что сделать это с самим собой или, того хуже, со своим ребенком.

Люциан безмолвно отрыл рот, дивясь тому, что не подумал об этом раньше. Учитывая, что, в отличие от него, Морион полностью слился с нача́лом – прародителем и основой темных сил, – его связь с темными сущностями и отношение к ним были соответствующими.

– Тогда остаются смертные и светлые сущности, верно? – продолжил спрашивать Люциан, поскольку ответ на свой вопрос так и не получил.

– Смертные мне неприятны, – небрежно ответил Морион. – Демоническая часть меня воспринимает их как еду, а начало – как букашек под ногами.

– Значит… светлые сущности. Заклинатели и боги?

– От девяноста девяти из ста светлых сущностей меня ужасно воротит. Вынести могу лишь одну.

Люциан почувствовал, как его уши опалило жаром.

– Значит ли это, что ты… ну… ни с кем…

Морион кашлянул в кулак и слегка приподнялся, словно хотел поменять положение.

– Думаю, нам лучше закрыть эту тему.

«Но почему?» – мысленно воскликнул Люциан, едва не подскочив с места.

– Боюсь, любой мой ответ будет не таким, какой ты хотел бы услышать, – добавил Морион, словно прочел его мысли.

Люциан уже хотел поспорить с ним, но желание быстро улеглось, стоило ему обдумать варианты ответа и понять, что демон в своих предположениях не ошибся. Он никогда не ошибался.

– Ну а ты? – спросил Морион с наигранным спокойствием. – Вы с Амели?..

– О боги, нет! – Люциан встрепенулся и замотал головой. – Мое условие самосовершенствования не допускало постельных утех, да и физически мы с ней почти не взаимодействовали.

– Условие самосовершенствования… – протянул Морион, словно внезапно о чем-то вспомнил. – И что мы будем с этим делать? – пробормотал он себе под нос и слегка нахмурился.

– Ничего. Я его уже не соблюдаю, – спокойно сказал Люциан. – Теперь мне не требуются никакие ограничения, чтобы наращивать силу. – Он криво усмехнулся. – Как иронично, я всю свою жизнь прилежно тренировался, чтобы быть сильным и достойным трона, изнурял себя, ставил барьеры, которые нужно преодолеть, а в итоге все это не имеет смысла – я просто переродился.

– Про себя я вообще молчу.

Насмешливо хмыкнув, Морион поднялся с кровати и начал развязывать пояс. Сидеть в уличных вещах на кровати было некомфортно, а в комнате оказалось жарковато из-за теплой погоды, хотя за окном уже вечерело.

Люциан подпер щеку ладонью и стал наблюдать, как Морион снял с себя верхние черные одежды, украшенные золотой вышивкой, и небрежно перекинул через ширму. Он думал, что демон останется в нижних, но тот стянул и рубаху, оголяя крепкий бледный торс.

– Кстати, а почему в истинной форме у тебя нет пупка? – поинтересовался Люциан. Он давно обратил на это внимание, но раньше не испытывал желания спрашивать об этом.

– Откуда ему взяться, если я не развивался внутриутробно, как остальные люди? У богов, которые такими были рождены, тоже нет этой дырки в животе.

Морион открыл бельевой шкаф и достал серебристые ночные одежды – явно хозяйские. Люциан едва не подавился, глядя, как его вещи беззаботно натягивают на чужое тело. Не то чтобы ему было жалко, скорее непривычно.

– Удобно? – не мог не спросить Люциан. Он уже начал подниматься с кровати, чтобы тоже переодеться ко сну, как вдруг увидел, что Морион оттянул ворот рубахи и понюхал. Аромат его явно не разочаровал.

– Вполне. В этом воплощении наше телосложение очень похоже, эта ночная рубашка мне по размеру. – Морион со смешком оглядел себя. – Забавно.

Люциан не понял, что веселого демон нашел в их физическом