Фантастика 2026-90 - Василий Седой

— Все! Сдаюсь! Принимаю Равинского, как родного. Совет вам да любовь. И я рада за тебя, сестренка.

— Спасибо. Теперь твоя очередь рассказывать о себе. Что в твоей жизни нового и интересного.

— Ой, знаешь, я ведь от тебя не отстаю. В моей жизни тоже появился мой человек. Тот самый Дмитрий, я про него уже рассказывала. Похоже, у нас все серьезно.

— Наконец-то, — я молебно сложила ладони, — теперь ты счастлива? Только выглядишь, честно говоря, очень устало.

— Счастлива. — Зоя мечтательно улыбнулась. — Даже странно, что появился человек, с которым мы смотрим в одну сторону. На счет моего вида, думаю, что виновато одно событие. В общем, под утро я уже не спала, лежала в постели и ждала звонок будильника на работу, как вдруг передо мной появилась такая большая фигура, темная и неприятная. Какое-то существо, сгорбленное под потолок. Когда оно появилось, меня словно парализовало от страха, потому что я моргнула, и вот оно уже стоит у кровати. Это существо мне вдруг говорит: «Я посланник царя мира. Если ты захочешь, твой Валентин будет великим, он прославит тебя среди нас и сбудет пророчество». Он как-то назвал себя, я не запомнила, потом исчез, пообещав вернуться.

Я удивленно смотрела на сестру. Ее рассказ очень взволновал меня, хотя, по сути, в дреме разное может привидеться.

— Когда это случилось?

— Вчера на рассвете. Я точно не спала, Саша, все очень странно, потому что он назвал имя Валентин.

— И что тут странного? Кто он такой? У тебя ведь Дмитрий.

— Накануне мы с Димой узнали, что станем родителями, я уже сделала УЗИ, но срок маленький, и, конечно, не видно пол. Но мы договорились девочку назвать Юлией, а мальчика Валентином. Понимаешь? Нашего сына — Валентином.

— Что? — Я раскрыла глаза. — Ты скрывала от меня свою беременность?

— Сначала я сама не знала, потом ты была недосягаема, не раз меня отправляли домой твои помощники.

— Это же здорово! — Я обняла кузину. — Только странный твой сон…

— Теперь ты меня не слышишь! — вскинула руки Зоя. — Я не спала. Когда существо исчезло, на пушистом коврике у кровати осталась огромная вмятина. На этом месте стоял этот некто. Представь мое состояние, когда я увидела след.

— Постой, когда это было, вчера на рассвете? — Я задумалась. — А имя ты не запомнила?

— Нет, там что-то как из сериалов. Рафаэль, Гудиэль…

— Самаэль? — настороженно спросила я. — Кузина отрицательно качала головой. — Асмодей?

— Вот! Точно, он самый! — подскочила Зоя. — Я Асмодей, посланник царя мира.

Меня бросило в жар. Я ошарашенно смотрела на сестру, не веря в саму возможность такой ситуации. Потому что ситуация была страшна. Решив не пугать кузину, я не стала развивать тему того случая, но сразу же после ухода Зои рассказала все Косте.

— Понимаешь, сначала я даже не приняла во внимание ее рассказ, но потом ужаснулась. Если тринадцатый тогда был у Барковских и действительно навестил Зою?

Константин задумчиво смотрел перед собой, размышляя и сопоставляя информацию.

— Очень похоже, — сказал он. — И время сходится, когда Самаэль распустил своих гончих в наш мир. Об этом сюрпризе, вероятно, говорил Асмодей, он знает, что у твоей сестры будет сын и то, что его имя Валентин. Ему многое известно.

— Боже, только не это, — прошептала я. — Мы должны поскорее запечатать переход и уничтожить книгу.

— Да, нужно говорить с учителем, еще раз прибегнуть к магии и уничтожить исток.

Костя и Тоши Кимура выполнили задуманное, проведя ритуал закрытия портала на темную Изнанку бытия, затем настала очередь книги, и когда ее сжигали, она кричала разными голосами, что было жутко слушать, словно горит живое существо.

Все было кончено. Мы сделали, что могли, и надеялись никогда больше не столкнуться с этой ужасающей силой тьмы.

Глава 29

Финал

После всех страшных событий моя жизнь протекала счастливо. Давно я не испытывала таких чувств, еще со времен, когда мама была жива. Отец показал могилу, которую скрывал от всех, и теперь я имела память о маме. Было тяжело сознавать, что она находится в страшном месте по ту сторону, но отец Адриан научил меня словам, которые нужно произносить, и обещал молиться за нее особым образом.

Как-то мы с Костей сидели в моей комнате на кровати и молчали. Нам было хорошо вдвоем, каждый из нас скучал по такому человеку всю жизнь, и теперь мы получили в подарок друг друга.

— Саша, мне нужно попросить тебя кое о чем.

— Проси, — я улыбнулась.

— Будет нормально, если ты оставишь меня. Чувство благодарности не должно быть основой отношений, я все пойму, не переживай.

Я покачала головой:

— Прошу тебя о том же. Пока мы не привыкли к тесному присутствию друг друга.

— Не ожидал такой реакции. — Костя взял меня за руки, словно хотел передать все свое тепло и чувства. — Если ты меня не оставишь, я сам не смогу этого сделать никогда. Ты совсем не понимаешь, что я к тебе испытываю.

— Если я нужна тебе, давай больше не будем говорить об этом, все это грустно.

— Нужна. Очень нужна. Я просто боюсь нелюбви, понимаешь? Не хочу занимать твою жизнь вхолостую, ты должна быть счастливой.

— Тогда слушай и знай, я счастлива, потому что нашла тебя. Это все. Поэтому мне хотелось удержать тебя хотя бы крестинами сына. Ведь я давно признавалась тебе, разве ты не помнишь?

— Помню, Саша. Я помню каждое твое слово, каждый твой взгляд в мою сторону, и особенно начиная с того момента, когда ты подошла ко мне в клубе, а я торчал на стремянке и выкручивал лампы. У меня тогда оборвалось сердце.

— Спасибо тебе за терпение. Выдержать мои капризы и все равно остаться рядом, чтобы помочь. Ты боролся за меня, вытягивал с того мира, звал, я всегда слышала твой голос. Потом рисковал, попадая в астрал, чтобы привязать к себе Ментора. Кто еще был способен на это? Твоя связь со мной больше, чем можно представить.

— Я не мог иначе. С того момента, когда ты появилась в клубе, мой мир пошатнулся, и я отчаянно начал воевать против себя. Мой рассудок был холоден, а сердце неумолимо оживало, что было недопустимо. Я боялся даже думать о тебе, чтобы не спровоцировать рецидив чувств, но жизнь стала сводить нас, словно издеваясь надо мной. Мне было очень тяжело. Я пытался оторвать картинку мира от себя, как газетный лист. Мира, в котором появилась ты. Долго я строил для себя другой мир, в нем не было место чувствам,