Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

— Кто пас?

— Кагэбэшники.

— Какие кагэбэшники? — воскликнул он и нахмурился.

— Те, которые налетели. Как я-то его мог подставить? Я чё, заранее знал, куда он меня повезёт? Или, может быть, прямо при нём позвонил и сообщил куда ехать, да? Вы даёте, Давид Георгиевич. Вообще-то он сказал своей бывшей женщине, чтобы она пригласила меня на ужин. Послал людей в форме, чтобы они меня взяли, сунули в машину и привезли на этот завод или что там у вас. И типа это я его подставил? Нескладно у вас всё получается, но всё одно, кругом Краснов виноват, да?

— Крутить-финтить только не вздумай! Даже не пытайся, ясно? Говори всё как есть, рассказывай! Почему за ним следили? Что ты сказал ФСБ? Почему его взяли, а тебя выпустили? Давай, давай! Рассказывай, если жить хочешь.

— Давид Георгиевич, его взяли, да. А я-то при чём? Меня-то за что брать? И если откровенно, это же он меня прессовал, наезжал на меня. Похитил, пистолетом угрожал, всех собак на меня хотел повесить. Не я на него. Я вам про него хоть одно слово плохое сказал когда-нибудь?

— Каких собак он на тебя повесил? Что ты несёшь⁈

— Да я записал разговор. Можно послушать да и всё.

— Что⁈ Ах ты, сука ментовская! — воскликнул Давид.

Он вскочил, глаза вспыхнули, уставился на меня, как Троцкий на буржуазию.

— Что⁈ — развёл я руками. — Вы чего шухарите? Сами послушайте и сразу всё поймёте.

— Так ты ментам сдал запись, сука⁈ Они тебе микрофон повесили?

— Каким ещё ментам? Вы киношек насмотрелись? Я, во-первых, специально купил на «Али» диктофон. Вот вчера буквально привезли вечером, я на почту зашёл перед тем, как это всё началось. Спросите у своих, кто меня обыскивал, в кармане квитанция с почты была. Зайдите на телефоне в мой личный кабинет на «Али» и посмотрите, что я там покупал.

— Зачем ты его купил? И где теперь твой диктофон? У ментов?

— Во-первых, это не менты, а фээсбэшники. Они его, я так понял, давно уже вели.

— Почему его вели?

— Из-за убийства, судя по всему, — пожал я плечами. — Он и мне грозил. Пушку в нос совал.

— За что?

— Ну как за что? За то, что я что-то украл у него из дома, из сейфа у Кати. Потом где-то ещё украл какие-то документы. Людей его украл. Ну всякую вот эту шнягу. Вы же знаете, что он на меня вешает. Всё, что вокруг него происходит, — дело рук десятиклассника.

— Ты тут сильно-то не расширяйся. Отвечай на вопросы, а не комментируй.

Зашёл охранник, подал ему квитанцию и мой телефон.

— Где сейчас диктофон? — спросил Давид, посмотрев бумажку. — Ты как вообще посмел записывать, а? Они сейчас это к делу пришьют! Они теперь из-за твоей записи Никитоса по полной раскрутят!

— Во-первых, я не знал, что будет облава. Во-вторых, диктофона у чекистов нет.

— Где он?

— Диктофон я скинул, когда они ворвались.

— Где ты скинул?

— Ну там, на заводе этом.

Он повернулся к телохранителю, который подавал квитанцию.

— Давай, езжай туда. Где ты сбросил свой диктофон?

— В сторону окна кинул, под батареей посмотри, справа от теннисного окна. Он как брелочек был на ключах у меня. Они, когда ключи достали, не обратили внимания.

— Рассказывай пока.

— Давид Георгиевич, знаете что, не буду я вам ничего рассказывать. Запись послушаете — сами всё узнаете. Потому что, честно говоря, я, наверное, больше не хочу с вами сотрудничать.

— Ты что ли будешь решать?

— Ну а кто, вы что ли? Хотел — работал, теперь увольняюсь. Секретов я ваших не знаю, так что живите спокойно.

— Не дерзи старшим, — ответил Давид и поднялся со стула.

Меня снова оставили одного. Собаки. Часа через полтора появилась та же группа товарищей.

— Нашли диктофон? — спросил я.

— Это что ли? — Давид показал брелок, который я оставил ночью в административном здании.

— Это, — подтвердил я.

— Ну, что там записано? Давай, где нажимать?

— Нигде нажимать не надо. Дайте телефон мой.

Давид махнул помощнику. Через пару минут появился мой телефон.

— Вот тут приложение у меня. Подождите. Сейчас аудио закачается.

Прошла пара минут.

— Ну давай уже, что ты тут сиськи жмёшь свои? — не выдержал Давид. — Показывай.

Я включил запись.

— Да похоже у него крыша поехала, — сказала Катя.

— Это Екатерина, на ужине, — пояснил я.

— Что вы будете пить? — раздался голос официантки.

— Подумаем ещё, — ответила Катя.

— Почему ты говоришь, что он с ума сошёл? — спросил я на записи.

— Так у него определённо поехала крыша.

— С чего ты взяла, Кать?

— Во-первых, у него там украли какие-то бумаги. Ну… вообще-то он молодец, конечно. У меня в доме устроил сейф. Я ни сном, ни духом даже не знала, что там тайник. Он в нём что-то важное хранил, какие-то бумаги. Их украли. Но вломились не к нему, а ко мне из-за этих бумаг.

— Может, ещё не из-за бумаг вломились-то? Дом зажиточный, просто хотели разжиться деньжатами.

— Ну да, там вроде и деньги какие-то были, не знаю. Ну короче, меня из-за этого чуть какой-то урод сифилисный не изнасиловал, ты понимаешь? Вот блин, спасибо.

— Но это ещё не признак сумасшествия.

— Это-то не признак сумасшествия, конечно. Но… То, что он считает, что это ты украл…

— Я украл?

— Но это тоже ещё не признак сумасшествия. Обычная паранойя. Но он сказал, — она понизила голос, — что ты Бешеный.

— Это оскорбление, конечно.

— Нет, в том плане, что ты — Сергей Бешметов, его друг по кличке Бешеный, которого убили тридцать лет назад.

— Мне о переселении душ ничего не известно, — усмехнулся я на записи.

— Вот именно. Я ему говорю, мол, ты что, в переселение душ веришь? А он как заорёт, типа, молчи, идиотка, всё из-за тебя, всё из-за баб! Как ты не понимаешь, тупица, это Бешметов! Я говорю, а почему в паспорте у него Краснов написано? А он опять разорался… Чуть не задушил меня. Кошмар вообще какой-то. Он, короче, тебя конкретно Бешметовым называет.

— Ну, может, я ему просто