Трон Войны - Guiltythree

новых Врат? Подавлять и уничтожать наших самых талантливых воинов, чтобы не дать им стать Святыми? Бросить миллиарды людей на смерть, потому что попытка спасти всех казалась менее выигрышной? Начать чёртову войну против собратьев-людей, вместо того чтобы направить свои драгоценные мечи на Кошмарных Существ⁈ Ты, мерзавец… это была твоя великая стратегия? Это лучшее, что ты мог сделать⁈»

Он зарычал и шагнул вперёд вместо того, чтобы отойти назад и избежать падающего лезвия меча Анвила. Поймав его на одати, Санни потянул оба клинка вниз и врезался локтем в лицо Анвила, с огромным удовлетворением ощущая, как что-то поддаётся под его титаническим ударом.

Когда Анвил снова попятился назад, а из его носа потекла кровь, Санни уставился на него с убийственным безумием, горящим в его чёрных, ужасающих глазах.

«И последнее…»

Он нацелил свой одати в сердце Анвила.

«Ублюдок, что за чушь ты нёс про выковывание Нефис в безупречный меч? Да ты совсем охренел, кусок мусора? Ну же, скажи это ещё раз… давай! Скажи это в последний раз, прежде чем я вырву твой язык и скормлю его тебе же. Я слушаю!»

Чёрный одати нанёс ещё один удар, повалив Анвила на колени.

Окровавленный и сражённый, Король Мечей посмотрел на Санни…

И улыбнулся.

Глава 2254

Дух пламени

Их схватка была быстрой, но жестокой.

Однако она также была… немного односторонней, что заставило Санни желать большего.

Но ничего не поделаешь. Как бы ему ни хотелось медленно сломить Короля Мечей, теперь, когда он стал Верховным, дисбаланс сил между ними был слишком велик.

Дело было не только в том, что Санни был Верховным Титаном, а Анвил — Верховным Зверем, и не в том, что Санни обладал Божественным Аспектом, — это было ещё и потому, что силы Анвила были подорваны и серьёзно подавлены.

Его Аспект также имел отношения к ремеслу и зачарованию, которые были лишь слабо связаны с боем. Во время боя доспехи и меч Анвила вспыхивали различными мощными зачарованиями, но Санни был достаточно силён и вынослив, чтобы не обращать внимания на их эффекты.

Это было почти как стратегия самого Анвила во время войны…

Ничто не помогало перед лицом подавляющей силы.

К тому же у Санни было шесть воплощений, а Анвил был один.

Поэтому к настоящему моменту Король Мечей выглядел изрядно потрёпанным.

Многие руны, светящиеся на его доспехах, были уничтожены, а сами доспехи восстанавливались медленнее после многочисленных ударов. Его лицо было в крови, а волосы, несмотря на леденящий холод, были мокрыми от пота. Даже Священный меч был поцарапан, его клинок был повреждён в нескольких местах.

Тем не менее Анвил не выглядел обеспокоенным.

Наоборот, его улыбка казалась искренней, когда он смотрел на Санни.

«…Чему улыбается этот ублюдок?»

Анвил молчал несколько мгновений, а затем хриплым голосом произнёс:

«Ты можешь насмехаться надо мной сколько угодно, Повелитель Теней. Но… взгляни… разве мой шедевр не прекрасен?»

С этими словами он повернул голову и посмотрел вдаль, где возвышающаяся фигура Королевы пошатнулась, выдержав разрушительную ударную волну ужасающего взрыва.

Когда лицо Санни исказилось в гневной гримасе, Анвил добавил:

«Она снова удивила меня. Она… завершена».

* * *

Вдали Нефис спустилась с безбожного неба, словно падающая звезда. Тьма встретила её успокаивающим холодом, а через долю секунды она столкнулась с колоссальным сосудом Королевы, и её пламя расцвело в ужасающий взрыв.

На этот раз титаническое существо действительно пошатнулось. Более того, ожоги на его плоти не исчезли сразу.

В тот короткий миг, когда Ки Сонг попятилась, Нефис посмотрела на то место, где Санни стоял на коленях, на грани гибели от рук Анвила.

Её сияющая фигура вдруг засияла ещё ярче.

«Он жив…»

Её охватило чувство глубокого облегчения.

Нефис боялась, что она опоздает, но Повелитель Теней не нуждался в её помощи. Он не только выжил, но и совершил тот же подвиг, что и она, — преодолел барьер, мешавший им достичь Верховенства, и стал Сувереном.

Суверен Света, Суверен Теней…

Когда они вдвоём стали Верховными вопреки всему, победа была практически гарантирована.

«Мы… победили?»

Она позволила себе на мгновение насладиться этим поразительным осознанием, а затем безжалостно задушила его.

Самонадеянность была смертельным ядом. Конечно, казалось, что Анвил и Ки Сонг, ослабленные их коварным заговором и сражением друг с другом, находятся в невыгодном положении по сравнению с узурпаторами… но именно в эти последние мгновения, когда победа казалась настолько близкой, что её можно было коснуться, погибло бесчисленное множество воинов, поддавшись иллюзии безопасности.

Нефис не собиралась совершать ту же ошибку.

На некотором расстоянии от неё две великие армии сияли светом её недавно созданного Домена. Тьма всколыхнулась, и бесчисленные тени поднялись из её глубин, обрушиваясь на врагов… Нефис показалось, что она видит несколько знакомых фигур среди тёмного легиона, но вскоре её мысли вернулись к врагу.

Королева за считанные мгновения восстановила равновесие и застыла, изучая её своим жутким пустым полотном безликого лица голема.

«…Верховенство?»

Вместо ответа Нефис подняла Благословение и нанесла сокрушительный удар.

Ей нечего было сказать.

Её душа была разрушена, а затем восстановлена бесчисленное количество раз, и ядра, которые она принесла в жертву, теперь снова были целыми. Так что в итоге ей не пришлось использовать свойство [Разрушение] Благословения — по крайней мере, пока. Она ещё не была настолько отчаянна.

Но оставалась ещё одна проблема…

Даже теперь, когда Благословение стало Верховным клинком, направляющим Верховное пламя души, наносимый им урон был недостаточно значительным, чтобы серьёзно повредить колоссального голема из плоти. Более того, Королева могла переносить весь урон на своих бесчисленных марионеток, и хотя их истреблял легион теней, они ещё не были уничтожены.

Нефис нужен был другой способ атаковать Королеву… более чудовищная атака, которая была бы продолжительной, а не кратковременной.

Приземлившись на равнину, Нефис посмотрела на ужасающее существо, которое ей предстояло уничтожить… она даже не могла увидеть его целиком с этого ракурса из-за огромного роста титанического голема из плоти.

Она была словно пылинка перед горой, исполненная решимости обрушить эту гору.

Опустив голову, Нефис глубоко вздохнула — вернее, сделала соответствующее движение, поскольку у её нынешней формы не было ни лёгких, ни необходимости дышать.

Она всё ещё находилась в форме духа света. Её сияющая фигура напоминала сосуд, который изо всех сил пытался вместить океан яростного пламени…

И когда Королева наклонилась, чтобы раздавить этот сосуд, Нефис с холодным презрением взглянула на неё, высвобождая пламя.

Позволив тонкому барьеру человекоподобной формы раствориться в чистом сиянии, она приняла свою истинную