Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

Алисе было уже около семи месяцев, и она опережала по развитию своих сверстников на Земле. Непонятно, с чем это было связано.

Боли стали сильнее, но периодически отпускали. Роза стала предполагать, что у нее предвестники схваток, но до последнего надеялась, что они ложные. Ближе к полуночи женщина проснулась от сильной боли и, вставая с постели, придерживала огромный живот, чтобы ослабить боль. Неожиданно по ногам потекла вода. «Воды отошли», - пронзила мысль. До этого она попыталась не разбудить мужа, теперь же наоборот его надо было поднимать.

- Херилим, - спокойно позвала она мужа.

Он, не открывая глаз, промычал что-то неразборчивое.

- Херилим, я рожаю, - уже громче сказала Роза.

Эти слова на мужчину подействовали, словно ушат воды, вылитый на голову.

Он тут же вскочил с постели, еще не до конца соображая после сна, что ему надо делать.

- Вызывай Романа Васильевича, - скомандовала она и стала наблюдать за собой. Промежуток между схватками составлял около получаса.

«Видимо, у меня произойдут быстрые роды», - подумала она, но вслух не сказала, видя беспокойство и нервозность супруга.

Роман Васильевич прибыл через час после вызова.

- Роман Васильевич, у меня быстрые роды, - шепнула она своему врачу, следившему за ней всю ее короткую беременность.

- Что значит быстрые роды? - напрягся тут же драк. - Это плохо?

Лицо его заострилось, скулы выделились, а руки сжались в кулак.

«Только бы не оборот», - простонала Роза. Тогда вначале придётся успокаивать его, а потом только заняться родами. А малыши ждать не будут.

- Это означает, молодой человек, что они проходят намного быстрее, чем у землян. Вот и все, - все это было сказано таким спокойным тоном, что Херилим тут же взял себя в руки.

- Роза Алексеевна, я его не буду выталкивать из комнаты, иначе он разнесет здесь все, поэтому пусть лучше будет у вас на глазах.

Она лишь кивнула головой, сил говорить не было, у нее начались очередные схватки.

Роман Васильевич — это врач с большой буквы. Умудриться успокоить мужа, чтобы у него не произошла трансформация, при которой даже он не сможет подойти к Розе и принять роды, тут же наблюдать за течением схваток и строгим голосом потребовать от драка спокойствия, когда происходит кульминационный момент. Звонкий требовательный крик прозвучал в тишине, младенец, обтертый и завернутый, перекочевал в руки новоявленного папаши, пока смогли отвлечь драка, пришло время второго малыша. Опять крик младенца, но более хлесткий и задиристый, чем у первенца, присоединился к затихающему крику первого.

Роза опрокинулась на кровать и глупо улыбалась, ей было так легко и хорошо, как никогда. Слезы радости покатились по ее щекам. Там, на Земле, она уже не надеялась на такое чудо, а здесь, в будущем, обрела счастье.

- Ну, давай, девочка, последний рывок, - вытаскивая ее из задумчивости, проговорил Роман Васильевич.

- Что, еще один ребенок? - удивлению драка не было предела. Он непривычно держал на руках двух младенцев и широко раскрытыми глазами таращился на врача.

- Успокойся, Херилим, это место будет выходить иначе, в акушерстве он называется послед. Это не больно. Все боли остались позади.

Херилим вздохнул, и вся напряженность стала уходить. Проделав все процедуры, Роман Васильевич прикрыл Розу и, усевшись в кресло, глубоко выдохнул. Пот, застилавший его лоб крупными каплями, вот-вот должен был скатиться, но врач вытер его тыльной стороной руки и счастливо улыбнулся.

- Ну что, первопроходка, как себя чувствуешь? - рассмеялся он.

- Теперь хорошо. Я думала, малыши родятся цветными, а они совсем белые, - удивилась Роза, заглядывая в такие незнакомые, но уже родные лица крох.

- Степанова, сейчас двойку поставлю. И как ты умудрилась дойти до двадцать второго уровня, не зная обычных вещей? - видя, что Роза напряглась, он рассмеялся. - Расслабься. Эта информация там отсутствует. Просто об этом знают все. Они всегда рождаются с белым цветом кожи, только к трем годам начинают ее менять. Если тон кожи изменится в серый, синий или зеленый, то такого цвета впоследствии будет его кожа. Хотя могут быть и желтыми, и зелеными, и даже красными. Не смотри так на меня, такие не рождались уже тысячи лет. Хотя с тобой говорить, что этого не может быть, нереально. Давай, я тебя еще раз осмотрю и пойду досыпать.

Он быстро специальным аппаратом просканировал состояние молодой матери и с удовлетворением хмыкнул:

- Вот ты знаешь, Степанова, почему женщины рожают чаще всего в ночное время? - хитро посмотрел он на свою пациентку.

- Если сказать на языке науки, то выходит: «Ночные роды происходят из-за сильного выброса в кровь двух гормонов: мелатонина и окситоцина. Про мелатонин слышали практически все. Это так называемый ночной гормон».

Роман Васильевич поморщился.

- А ты не думала о том, что любовью вы занимаетесь ночью, поэтому и детки рождаются в это же время? - усмехнулся он.

Роза почему-то от этих слов густо покраснела.

- Сейчас молозиво должно появиться, поэтому приложи деток к груди. Кормить малышей драков грудным молоком следует три месяца, они намного быстрее развиваются, чем дети землян.

Тут издалека послышался детский плач. Это взахлеб ревела Алиса. Роза готова была соскочить со своего места и помчаться успокаивать дочь, но врач крикнул:

- Куда полетела, тебе еще два часа в постели лежать. Шустрая какая нашлась, - остановил ее, потом еще долго ворчал.

Смит передал орущую девочку на руки Роману Васильевичу, она в своём истошном крике извивалась, перегибая спинку назад. Как только Алиса оказалась на руках матери рядом с крохами, крик ее тут же прекратился. Она положила голову на ее грудь, не мешая малышам, и, закрыв глазки, тут же заснула.

- И что это было? -удивился врач. - Ох, Степанова, ты у нас какой-то феномен, честное слово.

- А я думаю, что дело не во мне, а в ребятах. Смит находится постоянно с ней, и привязанности как таковой у нее нет, от силы я могу ей уделить два-три часа в день, а тут больше не плач, а именно требование. Просто она не могла это выразить словами, за неумением этого делать, и все воспроизвела криком.

Глава 24

Начались будние дни молодой мамаши. Роза по совету Смита взяла в помощники еще одного нора по имени Зирк, двоюродного брата нашего няни.