"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

и подвёл итог: — Мы ограничены количеством умелых мастеров. Собираем учеников со всего мира, отбираем лучших, но всё равно их не хватает. Поэтому и пришлось параллельно лить пушки попроще, из чугуна и бронзы. Эти металлы легче плавятся, поэтому можно отлить большие заготовки. И проковывать их потом не надо, только слегка обработать.

Я покивал многозначительно. Хотя на деле сложностей больше, клиновые затворы тоже непросто изготовить, даже сейчас, когда производство поставили на поток, да и производство гильз, снарядов и капсюлей — тоже та ещё морока. Но сейчас нас ограничивает именно производство стволов.

— Я-я-я по-ня-ял! — медленно протянул Александр. — Но почему тогда не делать такие же пушки со стволами из бронзы, а не из стали?

Надо же, он реально понял. И даже ухватил возможное направление решения.

— Мы думали об этом! — ответил я. — Но бронза плохо переносит бездымный порох, он слишком мощный.

— А если применить дымный? — быстро поинтересовался Неарх.

— Дымный порох в унитарном снаряде? — удивился я. Что за бред он предлагает? Хотя… Я ведь помню, что охотники даже в XXI веке использовали дымный порох. Вроде бы даже самостоятельно переснаряжали патроны…

— Выстрел получится не таким точным… — начал я перечислять возражения. — И дым будет мешать частой стрельбе, пушкари просто перестанут видеть цель…

— Всё это есть и сейчас! — возразил Неарх. — Из бронзовых и чугунных пушек мы стреляем дымным порохом. Дальность ниже, чем у стальных, и с точностью не очень. Но если перейти к заряжанию с казенной части, мы же ускорим перезарядку?

Я задумался. А ведь действительно, как мне раньше в голову не пришло? Крупповские пушки со стальными стволами — это середина XIX века, примерно 1850–1860-е годы, точнее не помню. А бездымный порох стал массово применяться только с 1880-х годов. Получается…

— Наверняка получится быстрее! Насколько именно — не скажу, но в разы, — согласился я. — И калибр тоже можно увеличить.

* * *

— Руководил нападением Ильдар Экбатани, бывший шпион царя Дария. Он потом поменял множество хозяев, а это задание получил от Диомеда Фиванца, стратега Сицилии, — тут царь слегка усмехнулся. — Никак не может мне простить того, того, как я наказал за мятеж его родной город. Экбатани, как и большинство нападающих уже мертвы. В Александрии вас ждала засада из трёх стрелков со штуцерами, их моей охране тоже удалось схватить.

— А других нет? — дрогнувшим голосом поинтересовался дед.

— Сейчас — нет! — заверил его Александр. — Взяли всех, даже химика, который изготовил взрывчатку уже здесь, в пригороде Александрии. И купца, который снабдил его нужными реагентами. Сбежали только проводники-ливийцы, они должны были обеспечить быстрое отступление. Но эти уже где-то в пустыне прячутся. Так что не бойся, Тигран, в ближайшее время новых нападений не будет.

С этими словами Македонский со своим флотоводцем удалились, оставив нас с дедушкой наедине.

— Руса, этого Фиванца надо убить! — вдруг строго и твердо произнёс раненый. — Нет, не из мести, а из обычной осторожности. Мудрость предков учит, что враги делятся на два сорта. Одни всегда не прочь тебя ограбить. Например, колхи, ливийцы, нубийцы и прочие соседи. С ними достаточно быть настороже и не поворачиваться к ним спиной. А другие уже твёрдо решили тебя убить. И не так важно, по какой причине. Но с ними нужно расправиться первым.

— Но спешить зачем? Плохо подготовленное покушение имеет мало шансов на успех. К тому же нужно подготовить не только его, но и отход исполнителей. Плохих людей на такую миссию не пошлёшь, а хороших терять не хочется.

— Хороших терять нельзя! — согласился он. — И их жалко, и другие, если увидят, что ты не ценишь жизни исполнителей, могут стать не столь верными.

Я кивнул.

— Но и ждать нельзя. Он нанесёт новый удар. Так что — поспеши! — тут он улыбнулся. — Тем более, что нам подсказали хороший способ: хорошие стрелки с дальнобойными мощными винтовками. В Патруле таких хватает, так что тебе осталось только придумать для них способ отступления.

* * *

— Селяне тупые! Дети осла и обезьяны!

Голос помощника Ангел услышал ещё с улицы.

— Сколько раз им говорил: если поранились, сразу же бегите сюда! Так нет, пока не гноиться не начнёт, не почешутся!

— Ты поменьше шуми! — а вот Асклепий говорил негромко и рассудительно. — Не приведи боги, Ангел услышит, он тебе клизму на пару кувшинов выпишет. И мне заодно, пусть и поменьше. Как за что? Я старше. Должен был тебя остановить. И напомнить, что рвать сердце из-за идиотов — последнее дело. Нам их надо просто лечить, но себя беречь.

Это верно, так он их и учил. Как и всех прочих. Но в этот раз концентрация дураков просто зашкаливала. Вот зачем, скажите, послали работников прочёсывать дно? Зацепили крюками остатки электрохода, вытащили на берег? Ну так и радуйтесь! Что-то уцелело и годится для повторного использования? Совсем хорошо! Остальное можно пустить в переплавку? Тоже неплохо. Чистая медь, стальные пластины сердечников, свинец из аккумуляторов, специальная бронза для винтов — всё это стоит немалых денег.

Но зачем эти работы продолжали⁈ Скажите, ради всего святого! В результате — один перелом, три растяжения, куча нагноившихся царапин… И в дополнение — дизентерия, ведь речная вода в этом месте мутна от ила и нечистот, а пловцы её немало наглотались. Ну и стоила этого та жалкая кучка металла, которую удалось достать? Нет, разумеется!

Лекарь в конце концов не выдержал и сходил к Русе с требованием прекратить это издевательство. Своих людей не жалко, так пусть подумают о том, что медиков всего трое, и работы им и так хватает.

— Говорить-то он говорит… — куда тише пробурчал помощник. — Но сам-то что делает? Он же вокруг Тиграна так и вьётся. Недосыпает, недоедает… И переживает, я же вижу!

— Тише ты! –зашипел Асклепий. — Ну да, переживает. Он с Русой давно дружит, а тот за жизнь деда волнуется. Вообще-то друзей и родню лечить нельзя… Но здесь кроме нас — некому раненными заняться.

«Всё видят!» — горько усмехнулся врач. Патриарха Еркатов удалось оттащить от края, отделяющего жизнь от смерти, но что вы хотите? Три перелома, воздействие взрывной волны, сотрясение мозга, огромное количество ушибов и ссадин… И всё это накладывается на возраст, непрерывной боль и жаркий климат. Вот