Из рода Бурого Медведя. Том 1 - Федор Анатольев

Я для доли смертной, Ох! Для доли смертной, И жених завидныйИ товарищ верный, Догони меня, догони меня, Да лицом в траву урони меня, Утоли печаль, приложи печать. Пуля горяча, пуля горяча.

А для жизни этой, Ох! Для жизни этойУ меня ни веры, Ни Любови нетуДогони меня, догони меня, Да лицом в траву урони меня, Утоли печаль, приложи печать. Пуля горяча, пуля горяча.»

В этот момент кто-то захлопал, а другие закричали: «На бис», «ещё», «Спой ещё!», «Спой её ещё раз…» Одни просили спеть про полковника, другие про «звезду по имени Солнце», но большинство требовало про «пулю». Поддавшись напору большинства, я спел ещё раз про пулю, «Строевую» Черницкого. Почему-то я вспомнил ребят беспризорников из фильма «Пацаны», где я собственно эту песню и услышал первый раз. Было у них что-то с витязями общее…

Ещё час я играл на разные лады, с разными темпом эти три песни. Я сыграл бы и другие, но вот только те песни, которые мог спеть более менее сносно я знал не больше десятка. Поэтому пришлось экономить. В итоге мне даже накидали денег, больше ста рублей… Я сперва запротестовал, что играю вовсе не за деньги, а потом спохватился, что выхожу из образа простого парня и деньги забрал.

В пол первого ночи я вышел из «Муара», уставший но довольный. Слава богу у меня хватило мозгов приехать на мотоцикле. Серый конёк горбунок, спасший нас от волков, мирно стоял у стеночки, дожидаясь хозяина.

Я немного постоял и вспомнил все моменты. Удалось даже выделить лидера среди всех этих витязей, это был некий Стас, худощавый крепкий дядька лет сорока с усиками. Впалые щёки и грубые, угловатые мышцы на руках говорили минимум об огромной силе. Он носил белую рубашку, с закатанными рукавами, иногда курил папиросы и пил водку, но мало. Он приглядывался ко мне, я к нему… было ещё несколько человек. Немолодой Яков по кличке Яшка Крот, чаще его просто кротом называли — он носил тёмные очки. Третий был Митя в тельняшке лет сорока.

Я завёл мотор и рванул по пустым улицам Петрограда в сторону дома. Не совсем пустынным конечно. То тут то там встречались поддатые компании людей. Обычных и явно одарённых. Попадались редкие экипажи и автомобили.

На следующий день встала проблема: лечить Сашку или потренироваться, перед отъездом в опасные дали. Ведь я ещё так и не смог овладеть огненным шаром, своего рода артиллерий магии огня. Съездив к Сашке в последний раз и полечив его, я сказал что больше не смогу лечить в ближайшие дни, только через месяц.

— Да мне работать в принципе можно. Пятка-то есть считай, не страшно…, — махнул рукой Сашка.

— Я числа двадцатого июля думаю уже к тебе заеду, и там мы залечим тебя до конца за неделю две…

— Хорошо барин, как скажешь, — согласился Сашка. — Сперва ведь вопрос не стоял могу ли я ходить, когда вы со своей маменькой пришли, стоял вопрос: буду ли я жить. Мне доктор то напомнил, я же в тот момент временами ничего не понимал…

Распрощавшись с Сашкой я двинулся домой. Нужно было потренировать защиту и нападение в движении. Но недолго. Завтра я с восстановленными силами планировал одолеть заклинание «огненный шар». До отъезда оставалось всего три дня. А ведь ещё следовало хотя бы один раз перед отбытием зайти в «муар» и спеть пару песен.

…Хорошо потренировавшись, я решил прокачать свой музыкальный навык. Следовало прорепетировать те песни, которые я ещё не исполнял. Так я и поступил, отдав этому делу около двух часов.

На следующий день мои магические силы вроде пришли в относительную норму и мы опять поехали за город тренироваться. Но опять ничего не вышло. Я запустил маленький шар огня. Хотел средний, но дед не дал. Сказал отдыхать, и сутки не тренироваться. Вообще никак. И так на следующий день мы решили попробовать во дворе. Благо участок был у нас большой пятнадцать соток, вместе с садом. До отъезда оставался день, поэтому следовало спешить.

На полянке дед вкопал несколько столбов за которыми стоял кирпичная хозяйственная постройка. Так что максимум что могло случиться я бы проломил стену, к соседям не должно было улететь.

— Ты всё равно целься, — сказал дед. — А теперь предстать как из тебя выходит мощь, энергия. Выходит со всех концов твоего тела, со всех ипостасей…

— Сила духа и тела что ли? — догадался я.

— Не трепись! — раздражённо ответил дед. — Делай давай!

— Дед, — вдруг осенило меня. — А покажи огненный клинок? На что он способен, к чему мне вообще стремиться.

— Достал ты меня, — раздражённо кинул. И из руки у него вылетел столб пламеня, ослепительно белый размером с большой нож. Дед подбежал к столбу и срезал его словно это было не дерево, а нечто эфемерное. Столб упал, глухо ударившись о землю.

— Теперь понял?! — грубо спросил дед спрятав огненный клинок. По красному лицу и каплям пота, я понял что деду это даётся нелегко.

— Да, — только и смог выдавить я.

— Тогда делай! — приказал дед.

Я напрягся как только мог, увидев как по моим прожилкам стекает к груди вся энергия. А затем ясно представил шар. Открыв глаза я сделал выдох… внутри словно гора сдвинулась! На секунду мне казалось что вновь не выдержу и эта гора закрывающая мою мощь, встанет опять на место. Но нет! Огромный огненный шар рванул из меня вперёд, довольно быстро надо сказать. Умчавшись в сторону столба, он ударился в твёрдое дубовое дерево, раздался взрыв и столб разлетелся на множество щепок попутно загоревшись.

Дед посмотрел на небо. Над нами продолжали висеть тяжёлые тучи, но дождь упорно не шёл. Дед увидел тлеющие угольки и побежал их топтать.

— Миша! Помоги мне потушить…

— Само затухнет дед! — крикнул я глядя как начинают тлеть щепки. В принципе трава была покошена и сухое сено сложено за кирпичным сараем.

— Миша это не просьба! Иди сюда говорю! Бери ведро, набирай воды и туши угольки…

— А магией ты не можешь?

— Магия силы забирает! А тут минута работы на двоих…

— Научи меня, я буду сам тушить, — логику деда было трудно понять. Одно он делает магией, другое не хочет. Видите ли жалко. Потом я узнал, что стихийникам огня, тушить огонь магией считался плохой приметой, неуважением к своей стихии что