Империя Петра и Павла - Сумасшедший Писака

поводу… дай угадаю. Это вероятней всего был князь Беолстоцкий. Вадим Никодимович. Точно. По глазам твоим вижу, что он. Петр, ты во что нас всех втравил? Ты хоть понимаешь? А теракты? Куда смотрел Меньшиков? Почему тебе ничего не доложил? Куда вообще смотрело его ведомство? Ну, что ты молчишь? Как империю в пучину кровавых распрей кидать, так ты первый, а как ответ держать так в кусты? Как в детстве?

— Павел, ты разговариваешь с Императором… — Хотел было осадить брата Петр.

— Я с братом разговариваю. С младшим братом, за которого очень переживаю. — Оборвал его Павел. — Из-за тебя, чтобы спасти империю пришлось ее разделить! А ведь Отец! Ты слышишь, Петр! Отец! Он хотел, чтобы мы оба правили. Я и ты. Ты и я. Как одно целое. Понимаешь? Мы бы были друг у друга. А ты что сделал? Кто у тебя есть? А? Белостоцкий, который уже предал своего сюзерена, организовав покушение на меня? Или Меньшиков, который допустил это. Проморгал. Или может ты можешь доверять своей новой супруге, которую тебе впихнули, пообещав сладкую жизнь и вожделенную тобой власть? На кого ты можешь положиться?

Император Южной Деодоны молчал. Молчал, ибо сказать ему на слова брата было нечего. Он был прав. Как всегда. И от того ненависть в душе Петра разрасталась, пытаясь найти точки опоры. Но он держался. Держался и потому молчал.

— Ладно это. — После недолгой паузы, произнес Павел, меняя тему разговора. — Сейчас ты куда нас втравить хочешь? Ты зачем оборвал поставки? Ты вообще соображаешь, что ты делаешь?

— Так надо. — Упрямо опустив голову и взирая на брата из-под бровей, процедил Петр.

— Надо ему. — Тяжело вздохнул Павел. — Ты лезешь в игру, о которой ничего толком не знаешь.

— А ты можно подумать знаешь. — Недовольно бросил Петр.

— Нет. И я не знаю. — Парировал старший брат.

Они вновь замолчали, избегая смотреть друг на друга. Павел пробарабанил пальцами по столу, после чего поднял голову к потолку своего кабинета.

— Петр, ты уверен, что твоя Элизабет не играет тобой?

— Уверен. Она играет. — Искривив губы в усмешке, ответил младший. — А ты уверен, что тобой никто не играет?

— Мной? — Усмехнулся Павел, после чего пристально посмотрел в глаза Петру. — А мне брат не хватает человека, которому я смогу доверить свою жизнь. Был один такой. Был. Да сплыл. Теперь вот выживаю. Я и мой народ. Ты вообще помнишь, что самое главное в государстве?

— Контроль. — Коротко, даже не задумываясь, бросил в ответ император Южной Деодоны.

— Нет, брат. Контроль это костыль. А главное — люди. Без них твоя империя не стоит ничего. И важен каждый человек. Пока ты этого не поймешь, ты будешь не правителем, а паразитом. — С грустью произнес Павел. — Понимаешь, народ всегда является отражением власти. И власть всегда будет отражением народа. Нет, не каждого, но основной своей части.

— Ты опять ударился в свою философию. — Закатив глаза к потолку бросил Петр. — Оставь свои нравоучения своим подданным. Давай уже перейдем к решению насущных вопросов. И самое главное, дай мне уже ответ. Ты со мной, или нет?

Павел замолчал. Он молчал крутя в руках ручку-перо. Мысли в голове правителя Северной Деодоны в очередной раз взвешивали все за и против.

— Я соглашусь, но с одним условием. — Наконец-то произнес он, глядя на брата.

— Каким? — Недовольно уточнил Петр.

— Никакой войны. Слышишь, брат? Никакой войны между нашими империями. Никакой братоубийственной войны! Как бы на тебя не давила твоя Элизабет, орден и все остальные — никакой войны. Договорились? — Павел пристально вглядывался в глаза Петр, который не спешил с ответом.

— Хорошо. — Спустя минуту размышлений, бросил младший брат. — Я постараюсь обойтись без войны.

— Нет, брат. — Отрицательно покачал головой Павел. — Никакой войны. Как бы не складывались обстоятельства, никакой войны. Тем более между нами. Хочешь войны? У тебя есть вкусная цель на юге. А еще есть на западе. И я тебе помогу. Если мы будем командой, мы все сможем сделать, и даже вновь объединить империю, правда…

— Что? — Спросил у него Петр.

— Ничего. — Ответил Павел, понимая, что младший брат не оценит. Он на это не пойдет. Лишиться власти? Нет. Он точно на это не решиться.

Павел смотрел на Петра и думал. Думал о том, есть ли вообще смысл соглашаться на эту игру с орденом, или же лучше заняться более насущным вопросом — реорганизацией собственной империи? На самом себе, показать пример людям. Пример того, как оно все должно быть? Это был риск. Большой риск. Но другого пути Павел не видел.

— Я не могу тебе гарантировать, что в какой-то момент ситуация не потребует небольшой войны между нами. — Недовольно бросил Петр.

Он мог солгать. Мог обмануть, но… он знал, что брат не поверит. А еще он видел, что Павел не хочет… не хочет соглашаться на задуманную игру.

— Давай так. — Твердо глядя в глаза брату, произнес Павел. — Я тебе мешать не буду. Хочешь наступить на эти грабли — твои проблемы. Но если, ты сунешься в Северную Деодону, пеняй на себя. — Между братьями вновь повисла пауза. — И да, брат. Я не буду вводить ответные санкции против тебя. Теперь, что касается транзитного договора. Мы обсудим выдвинутое Южной Деодоной предложение в рабочем режиме. Надеюсь, контакты рабочих групп по данному вопросу не будут саботироваться с твоей стороны.

Вот и сидели сейчас два брата за одним столом, холодно глядя в глаза друг другу. Петр подавлял бушующее в нем бешенство, а Павел… Павел скорбел, что брат его так слеп и эгоистичен. Хотя оба считали друг друга слепцами.

— Хватит! — Резко оборвал разгорающийся за столом переговоров спор, император Северной Деодоны. — Мы принимаем предложения южной Деодоны, но с условиями, что для Западной Конфедерации, за транзит через наши земли, будет установлена пошлина в размере пятидесяти процентов.

— Но, это же немыслимо!

— Так нельзя!

— Кто так делает?

— Они же не захотят…

Представители министерств Петра гневно и возмущенно выкрикивали разнообразные аргументы, суть которых сводилась к прозаичном: «мы тоже так хотим, но нам нельзя, а потому и вам мы не дадим». А вот младший брат Павла, с прищуром смотрел на своего старшего. Он чувствовал подвох, который куда как глубже банальной экономической целесообразности.

— Тихо! — Резко рявкнул князь Белостоцкий, поймавший взглядом знак Петра.

— Благодарю. — Кивнул ему правитель Южной Деодоны. — Брат мой. Ты же понимаешь, что тогда возить товары через наши Империи для Конфедерации станет совершенно не выгодно, и в конечном итоге мы оба потеряем деньги. Это просто глупо! А за тобой подобное ранее