Призрачная кровь 6 - Елена Шатилова

Вот этому я точно поверила, он теперь ни на минуту меня не оставит.

Но я не всё ему сказала. Видения были непростые, я видела себя в Чёрный путах. Но это был не полигон. Я стояла на самом краю, на границе двух миров. И, самое страшное, что я понимала назад мне нельзя, а впереди полчище тварей.

Это была не галлюцинация и не странный сон наяву, всё слишком реалистичное: запах, звуки, боль в ноге и даже привкус крови во рту — мне показали моё будущее. А может это будущее всего человечества, просто моими глазами? День, когда твари окончательно прорвут защиту и заполонят наш мир? Мурашки побежали по телу. И как не странно, как набат в голове — «научиться летать». При чём здесь это?

— Зачем они вообще к нам приходят? Что им нужно от нас? — я вопросительно посмотрела на Петра Михайловича.

Сотников опустил глаза, кажется, он меня понял.

— От людей, ничего. Твари давно бы поглотили нас, но что-то их сдерживает. И это не потуги магов. В честном бою мы бы и месяца не продержались.

А он действительно не совсем понимает, что помогает человечеству.

— Чёрная кровь их сдерживает, чёрные кристаллы. И выгребая их, люди вызывают те самые волны, — проговорила и сама испугалась сказанного. Я начала такую скользкую тему и даже не предполагаю последствий.

— Не знаю, где вы это услышали, но не стоит даже намекать на такую гипотезу, — в голосе Сотникова не чувствовалось порицания, он перешёл на привычный тон общения. И да, ждал, что я продолжу свои мысли.

— Вы хотите сказать, что в некоторых кругах её поддерживают, — я по-своему интерпретировала его слова. — И они правы. Кристаллы времени блокируют выход тварей за пределы Чёрных пут. Процесс не знаю, если предположить, то какое-то поле… Но выгребая чёрные кристаллы, человечество провоцирует эти самые Путы, обновлять, восполнять кристаллы на границе. Ведь когда приходят волны, их там появляется сплошной вал, — я восстановила кое-что из увиденного в видении. — Во время волн твари начинают беситься, потому что им больно, очень больно и в поиске спасения они бегут в наш мир, пробивая оставшийся барьер, впадая в безумие. А носители Чёрной крови приходят в боевую готовность, ведь они врождённые бойцы с этими тварями. Они же сами идут в чёрный мир, одержимые выполнить свой долг.

— Откуда вы это знаете? — Пётр Михайлович был заметно напряжён.

— Сны вижу, — я понимала какой будет следующий вопрос.

— У вас Чёрная кровь? — он встал, я чувствовала, что мужчина готов к бою, но глаза выдавали толику сомнения. Умный и опытный боец понимал, что я, несмотря на видимую хрупкость, сильней его.

— Чёрной крови у меня нет, — так-то правда, с небольшим, «но». От запретного дара осталось только действие, без опасных для общества эманаций. Можно сказать, в Призрачной крови все дары очистились и приобрели идеальное воплощение.

Я намеренно не стала включать никакую магию, для достоверности своих слов.

Сотников какое-то время смотрел на меня, потом сел.

— Анастасия, вы осознаёте последствия сказанного? — мужчина смотрел на меня, я видела, что его смущает моё спокойствие. А ещё последствия были конкретно для него. Если он в чём-то и сомневался до сего дня, то сейчас поверил. Сотников не мог контролировать эмоции, потому что они переполнили всё возможные пределы.

— Сами вчера сказали, что мои решения взвешенные. И да, я осознаю последствия. Но в ваших интересах ничего не менять. Изолировать меня нет смысла, — я хмыкнула, он даже не знает, на сколько его нет, но здесь я промолчу. — Для пользы дела я должна работать на свободе и получать от этого удовольствие, — судя по лицу Петра Михайловича, он был в шоке от меня. Скорей всего его смущало отсутствие у меня страха в голосе, да и поведении.

— Вы же понимаете, что прежних отношений уже не получится.

Ага, забыл добавить, потому что я тебя боюсь.

— Естественно, — я улыбнулась. — Теперь они станут ещё более открытыми и продуктивными.

Неожиданно мужчина рассмеялся.

— Ох, Настя, вы меня с ума сводите. Иногда задаюсь вопросом: а кто вы такая? Может реально высшее существо, посланное нашему погибающему человечеству?

— Ну что вы! Будь я реальной богиней, то не позволила так себя эксплуатировать, — я широко улыбнулась.

Сотников успокоился и продолжил пристально на меня смотреть.

— Но все свои секреты вы мне не расскажете? — он успокоился, видимо, по крайней мере.

— Я постоянно что-то говорю, наберитесь терпения, всему своё время. Если честно, многого я пока сама не знаю. Как бы абсурдно ни звучало, но это так. В чём-то вы правы, кто-то действительно даёт мне знания, но, к сожалению, я всего лишь проводник. Так что гениальность моя заимствованная.

— Допустим, что так и есть. Но если посмотреть на ситуацию здраво, то выбор проводника был неслучаен. Не один из известных мне магов, не то, что не способен до конца понять всё, что вы делаете, он даже мыслить в этом русле не сможет. Сомневаюсь, что этот кто-то, даёт вам уже готовые знания. А вы работаете, создаёте новое. Да в таком количестве, что ни один исследовательский институт с сотнями сотрудников не справиться даже за годы, — в глазах было восхищение.

— Так что вы намерены делать с информацией? И со мной, — всё же интересовал этот вопрос.

— Кое-что я знал, но вы подтвердили гипотезы, так сказать, изнутри. С одержимыми сложно работать, по многим причинам, и одна из них — безумство, они неспособны здраво отвечать на вопросы, но если правильно мотивировать, то беспощадные убийцы, чётко выполняющие задание. С вашей петлёй управления у меня получилось заставить отвечать. Но пока это просто обрывки каких-то действий и описание тварей. Сейчас в этих опасных опытах уже нет необходимости, вы, Анастасия Павловна, поведали суть происходящего. И я надеюсь, у вас будет, что мне ещё рассказать… Спасибо, — неожиданно поблагодарил.

Я же ждала ответа на второй вопрос.

— А насчёт того, что будет с вами? Вы правы, менять ничего нельзя, это только больше привлечёт внимание, но охрану я усилю. Во время поездки до границы вас будут сопровождать мои лучшие боевики, так же как и в гарнизоне. Вам придётся смириться ради вашей безопасности.

Скорей ради спокойствия самого Петра Михайловича.

Глава 18

До этого дня я спокойно относилась к поездке на практику. Но сегодня меня пробивал мандраж.