Пыльная буря - Сергей Александрович Самохин

–Мы? – Опешил я немного. – Мне нужно уехать. Далеко. А вы… Наверное тут останетесь. Не знаю. Я думаю, что в Центре спокойнее всего…

Я осекся, вспомнив, что то же самое говорил им еще до недавней новой волны излучения. И вряд ли оказался прав. Лея что-то сказала, глядя на меня. Добавила еще пару фраз, и тронула сына за плечо. Он перевел, подумав:

–Мы тут не останемся. Мама говорит, тут уже все плохо, а будет только хуже. И просит не удерживать нас тут силой.

Я глянул на них в беспомощности. Не потому, что не знал, как их убедить, а потому, что не знал, в чем их нужно убедить. И вдруг понял, что сейчас моя задача не убедить их, а помочь им. И тут же все стало легко и просто.

–Так. Доедайте спокойно, и пойдемте со мной. Я помогу вам выйти отсюда, и постараюсь помочь с припасами. Твоя мама водит машину? Умеет?

Лука перевел, Лея кивнула головой в ответ. Глянула с недоверием и непониманием. Котелок с кашей быстро опустел, потом они оба поднялись и подошли ко мне. Мы вышли из палатки, и добрались до того места, где меня оставил Антон. Его еще не было, и я развернул свою потасканную карту перед Леей.

–Смотрите. Вы, конечно, все решите сами, но если станет совсем плохо, и понадобится помощь, то идите вот сюда. – я карандашем отметил на карте точку. – Тут маяк, и на нем находится маленькая база выживших, она так и называется, "Маяк". Я вам сейчас напишу записку, на той базе спросите человека по имени Сиди Дольсанидис, он там один из командиров. Если он жив, он вам поможет обязательно. Ему можно доверять.

Я вырвал листок из блокнота, который был у меня всегда с собой, и быстро написал короткую записку для Сиди, сложив ее, и протянув ее Лее.

–Сейчас сюда придет Антон Кнолль. Это один из тех людей, которым я бы без сомнения доверил бы свою жизнь. Он вас выведет отсюда, даст припасы, сколько сможет, и возможно даже даст машину. Я вас очень прошу выжить. Вы меня спасли, уже два раза, причем. Наверное не зря. И теперь прошу дать мне шанс помочь вам хоть как-то в ответ.

Тут к нам подошел Антон, кивнул моим спутникам, и я сразу обратился к нему:

–Антон, у меня к тебе есть огромная просьба. Личная. Эти два человека два раза спасали мне жизнь. Они хотят уйти отсюда. Помоги им, пожалуйста. Оружием, едой, и машиной. Машину можешь выдать за счет жандармерии. Я очень тебя прошу.

–А они уверены, что хотят уйти? Я могу за ними тут лично присмотреть…

–Спроси сам. Они итальянцы, но мальчик говорит по-английски.

Антон повернулся к Лее, и заговорил с ней по-итальянски. Получалось у него, на мой взгляд, неплохо. После короткого диалога он кивнул головой, и сказал уже мне:

–Хорошо. Я сделаю так, как ты сказал. Из оружия дам только пистолет, и патроны к нему. Из другого они стрелять всё равно не умеют. Продуктов дам, но не очень много – нам тут народ кормить еще… Машину, думаю, найду. Женщина умеет водить.

–Спасибо, Антон.

–Перестань! Так, теперь по тебе. Твоя машина вон стоит. В багажнике две автоматические винтовки, три пистолета, и один карабин. Два цинка патронов. Несколько гранат. Две полные канистры, и бак тоже полный. Туда хватит с лихвой, обратно – вряд ли, но вы что-то найдете, я не сомневаюсь. Еды положил на несколько человек, на несколько дней. Воды в бутылках немного, но воду вы раздобудете по пути.

–Понял тебя. Тогда я поехал. Время в нашей ситуации…

–Езжай. Заедь в жандармерию. Там точно кто-то есть, солдаты говорят. Я не хотел бы, чтобы ты ехал один. Могу дать тебе пару солдат потолковее, если хочешь.

–Я заеду в жандармерию. Домой, как ты сказал… Почитаю там тот дневник, что ты дал. И поеду. Еще раз спасибо.

–Когда тебя ждать обратно?

Я удивленно глянул на совершенно серьезного Антона.

–Антон, спасибо за этот вопрос. Я задерживаться не буду – решу вопрос, и сразу обратно.

–Правильно. – кивнул Кнолль. – Тут будет куча дел. Полагаю, что тебя не будет дня три. Потом ждём обратно, с докладом. Так что давай поскорее.

У меня даже защипало в глазах. Чем увереннее звучал Антон, стараясь подбодрить меня, тем больше это все походило не на расставание, а на прощание. И тут меня за руку тронул Лука:

–Можно твой блокнот? И карандаш!

Я протянул ему требуемое, но блокнот перехватила Лея. Она написала что-то на листике, вырвала его из блокнота, и отдала все мне.

–Мы будем тут. Ты нас найдешь потом. Если хочешь. Тут адрес. Найти трудно, но можно.

Она оказывается не так и плохо говорила по английски, не очень грамотно, но вполне понятно. Я только кивнул, пряча блокнот в планшет на боку, а листик с адресом – во внутренний карман рубашки. Я пожал руку сперва Луке, потом Лее. Кивнул обеим. Ненавижу прощаться так, как будто в последний раз. Нифига.

–Все, я поехал. Антон, позаботься о них. Увидимся!

–Я не такой старый, чтобы мне одно и то же каждую минуту повторять. – проворчал Антон. – Езжай уже. И быстрее обратно.

Я поднял руку, отсалютовав всем, и быстро зашагал в сторону машины.

Антон не подвел – машина, третья машина из привезенных нами из мастерской, стояла за углом одного из зданий. Около нее маячил незнакомый мне солдат. Увидев меня, он коротко отдал честь, и ушел. Как он меня опознал – непонятно. Я открыл машину полученным от Антона ключем, поднял тяжелую крышку багажника. Оружие лежало в приоткрытой военной сумке, цинки с патронами стояли тут же. Три пятилитровые бутыли с водой, и военный рюкзак, видимо с провизией. Две канистры на полу багажника. Надеюсь, не протекают.

Я захлопнул багажник, сел за руль, завел мотор. Полный бак. Ну вот, до свидания, Центр. Хочется сказать именно "до свидания", но получается, по сути, "прощай". Я вырулил с площади, подъехал к воротам, и тут же сообразил, что даже не спросил у Антона, как мне выехать из города. Выпустят ли? Вместо ответа ворота открылись, впуская меня в предбанник. Там ко мне никто не подошел, молча выпустив в город. Выходит, герр Кнолль и тут обо всем позаботился.

До нашего здания жандармерии я добрался практически без происшествий, и без задержек. Стрельбы на улицах почти полностью затихла, людей тоже нигде не