Ходящая по снам - Юлия Зубарева

Василиса стояла рядом, но взгляд был встревоженный. Никто Лизе не верил.

— Во-первых, это не моя тайна. На чем хочешь поклянусь, что никакого криминала и рядом не стояло. Наркотики в сене я тоже не прячу. Это скорее из разряда шаманств и любимых твоих экстрасенсов. Утром поговорим об этом. Да обещаю я тебе, не тряси ты меня как сливу.

— Точно? Честное святое слово? Чтоб у тебя волосы выпали, если утром не расскажешь.

— Честное святое слово. Сама все поймешь.

Ленка еще поворчала для приличия, цыкнула на Ваську, чтоб отнесла мужчинам тарелку с нарезкой, а не уши грела и, надувшись как мышь на крупу, начала с грохотом мыть посуду. Лиза только плечами пожала. Лучшая подруга всегда была такой. Вынь и положь ей логически обоснованное объяснение сверхъестественного. А как его вынуть, если все в области сновидений. Вот поспит в Лизином сне, тогда и поговорим по душам. Все равно уже так все переплелось с действительностью, что скрывать смысла нет.

Вернувшись в беседку, застала конец разговора. С разгромным счетом Акимыч победил в торгах, довольно потирая руки. Куда былая немощь делать только. Возген выглядел слегка ощипанным, но вполне довольным разговором. Правильно говорят, что есть такая порода людей, что легко отданное ценить не будут.

— Разбей нам Лизавета. Будет тебе и работники, и камень на фундамент дома нового. Возген Ашотович самолично обещал ребяток с двумя грузовиками камня прислать. Негоже Хранительнице в сараях обитаться. Верно я говорю?

— Все верно, батоно. Слово дано и слово услышано. Справедливая цена за будущее целого царства. Лучший камень привезут вам из Колхиды. Мамой клянусь, бригаду сам соберу. Люди надежные.

— Вот и договорились. Разбивай Лизавета, — и протянул руку новому владельцу козлика.

Лиза только посмотрела на любопытных сорок, что опять устроилась на заборе и поглядывали на беседующих. Одна, самая любопытная даже на перила беседки вскочила, людей не побоялась.

— Лес нам свидетель. Договор, — по наитию приплела посоветовавшего покупателей лешего и опустила ладонь на рукопожатие двух переговорщиков. Сорока громко вскрикнула, пронеслась над головами и улетела, только ее и видели.

— Уфф, вот и договорились. Пойду-ка я полежу малька, устал. Проводи, внучка, полежать треба, — Акимыч расслабился, и видно было, что тяжелые переговоры изрядно вымотали двужильного деда.

— Я вернусь, — пообещала Лиза.

Нашла в аптечке два нераспечатанных шприца, ножнички, пару бумажек из блокнота вырвала. Повела гостей в сарай. Козлята с детской непосредственностью лезли на руки оба, ластились и дали отрезать каждый по клочку шерсти. С кровью было сложнее, но Вазген сам взял по чуть-чуть, слегка царапнув ушки.

Подготовившись, попросила у новых владельцев что-нибудь памятное, чтоб в сон свой провести. Получила перстень-печатку от Вазгена и иконку на засаленном шнурке от малыша Додо.

— Ночью долго не сидите, спать ложитесь пораньше. Пока вас малыш не выберет, денег и всего остального не возьму ни копейки. Только по добровольному согласию с его стороны. Если контакта не будет — не обессудьте. Да и придется вам задержаться у нас, наверно, Милка неделю почти болела, а тут совсем мелкотня.

Южане были согласны на все. Смотрели на Лизу, как на оживший идол времен поисков Ясоном золотого руна.

— Зачем вам козлик, кстати? Вы же вроде овец разводите, мне леший говорил, что пытаетесь вернуть златорунных баранов в стада Колхидские.

— Давняя эта история. Богаты горы наши и леса плодородны. Большие стада овец можно разводить, но война и смерть многое перечеркнула. Не осталось на лугах златорунных баранов, которыми так славилось наше царство. Проклятый грек забрал и наследницу престола, и счастье всего народа.

Наш род уже двенадцать поколений пытается восстановить былую славу. Знаешь ли ты, дитя северных лесов, что в каждом стаде есть вожак? Нет лучше вожака для стада, чем умный козел. Овцы — народ безропотный, не будет пастуха — разбредутся, в горах пропадут. Без собаки любой хищник схватит. А козел и сам дорогу домой найдет, и пастуху главный помощник. Малыш Додо в нашем заповеднике — главный пастух. Не смотри так, не обижай потомка последнего царя Колхиды.

Лизавета совсем по-другому взглянула на огромного и простоватого Додо. Это в мешковатой одежде, нечёсаный он смотрелся диким горцем, а приодень его, корону на голову нацепи — хоть сейчас монеты отливай с профилем.

— Мы свой заповедник уже не первое десятилетие выхаживаем. По крупицам знания собирали. Стадо от той давней породы, как детей, пестуем. Нет счастья. Болеют овцы, приплод гибнет. Люди говорят, спит земля. Нет хранителя на южных пределах. Ушла благодать.

Лизе было очень интересно узнать про статус заповедника и как его получить, но к забору подьехала Нива ветеринара, а гости стали собираться в свой походный дом на колесах. Ехали долго, ночь не спали. Устали люди. Пора и честь знать.

Ивана пытали втроем на кухне. Смущающийся козий доктор подтвердил готовность стать соведущим для деда Василия, если тема будет касаться животных. Василиса вцепилась в зоотехника мертвой хваткой, набрасывая будущие темы для выпусков. Видно было, что и сам он не против с этим оператором поработать накоротке.

— Ну вот и увели у тебя жениха. Проворонила счастье свое, — Ленка не преминула подколоть подругу, пока собирали посуду со стола в беседке, оставив парочку увлеченно расписывать новые темы.

— Он вроде не козел, чтоб его уводить. Ты тогда вообще неправильно все поняла.

— Ну-ну. Как тут понимать, если мне ничего и не рассказывают. Одни тайны и секреты. Лиз, я лопну скоро от любопытства. Как переехала сюда, так сразу и мужики табунами, и расследования какие-то, а я вроде как сбоку припеку. Я тоже хочу. Ну расскажи, а ⁈

— Вот спать ляжешь — все тебе расскажу. Давай самое дорогое, что у тебя сейчас есть с собой.

Ленка порылась по карманам. Вытащила кошелек и протянула фотку смеющихся мужа с мальчишками.

— Нет, только твое. Личное. А то придется шевелюру портить, отстригу косу по самые уши.

— Ууу, ведьма. На держи. Только не потеряй. Завтра заберу, иначе мне Мишка голову открутит и назад не приставит.

Ленка стянула золотое колечко с безымянного пальца и протянула Лизавете.

— Мне бы и сережки хватило твоей.

— Так нету, все сняла перед поездкой. И сережки, и цепочку. Паспорт только если тебе отдать, но я там фигово получилась. Еще